Всё решит свадьба
Шрифт:
Крошечные ростки вдохновения и воодушевления гнулись под нависшим страхом и неуверенностью. В голове стучало: слишком рано, время неудачное, ты новенькая в городе и зря суешься в это дело. Но раз эта заметка регулярно пополняется мыслями, идеями, а теперь и конкретными названиями, именами, значит желание открыть свое свадебное агентство сильнее.
Глава 4
Лиза проснулась от звука дробящего асфальт перфоратора. Каждый. Звук. Бьет. В голову. Раз-дра-жа-ю-ще!
Она откинула тонкое одеяло и села, спустив ноги с кровати. Холодный пол. Темная комната. Открыла плотные шторы, запустив свет. Он быстро, как виртуозный пианист, перебирающий клавиши пальцами, пробежался по пустым стенам, столу, за которым никто никогда не сидит и тяжелому шкафу, с вещами, в которых кроме работы некуда идти. Свет лег на холодную половину кровати.
Лиза, в растянутой футболке и трусиках, пошаркала к кухне, поставила чайник и упала на стул, проверять обновления в социальных сетях.
Плюсы одинокой жизни: одеваешься как удобно и делаешь, что хочется. Примерно каждого второго Лизиного парня бесила ее привычка вжиматься в экран сразу после пробуждения. Каждый третий – дарил тонкие черные сорочки, намекая на смену спального гардероба. Из раза в раз Лиза пряталась в туалете или ванной, будто листать Инстаграм – преступление. Снова и снова пыталась уснуть на скользкой задирающейся тряпочке. Ничего не выходило.
Утро – часть романтики в отношениях, которая Лизе никак не давалась, как бы она не пыталась себя заставить себя быть нежной, изящной и сексуальной в любое время суток.
Перфоратор не прекращал работу и завтрак пришлось запить таблеткой от головной боли. Лиза встала перед зеркалом в ванной и помассировала виски. Только не сегодня. Сегодня примерка на первой свадьбе, которую ей доверила Света.
Сегодня Лиза как гимнастка под куполом цирка: на нее направлены лучи прожекторов, зрители смотрят пристально и обязательно есть тот, кто в тайне надеется, что она оступится и упадет.
Лиза покрыла лицо толстым слоем маски из голубой глины и вернулась на кухню, села изучать пару. Лиза так уже давно не делала, в потоке множества свадеб она строила мнение о ребятах на первой встрече и никого не гуглила заранее. Все-таки соцсети редко показывают людей настоящими.
Она прокрутила стену Кости Вконтакте, пролистала закрепленные сториз Иры в Инстаграме. Ничего необычного. Милая пара, много совместных фото и интересного досуга: прогулки на лошадях и гидроциклы летом, баня и тюбинг зимой. Тайланд из путешествий. Неплохой интерьер на фото из загородного дома родителей невесты.
Большой властный папа выдает замуж единственную красавицу-дочку. Не банальность, а классика.
Переживать не из-за чего. Лиза знает, что предложить. Но перфоратор долбит, маска стягивает кожу как-то слишком сильно, пятый бутерброд не утоляет голод, а только лишь надувает живот. Через час Лиза выходит из дома опухшей, уставшей и злой.
По пути к салону, туман в голове немного рассеивается. Подъехав, Лиза проверяет макияж (на светлом личике лежит немного пудры, два взмаха тушью и капля розового блеска для губ) и разглаживает по телу костюм (трикотажные бордовые брюки и белая блуза). Готова.
В «Мендельсоне» пугающе тихо, невероятно высокая молодая девушка встречает Лизу и басит:
– Примерка на 12?
– Примерка на 12, – чтобы ответить, смотря девушке в лицо, Лизе приходится задирать голову до боли в затылке.
– Может мне что-то заранее выложить?
Лиза осмотрелась. Салон небольшой, обставленный как и большинство таких же: белый диван, кремовые стулья, небольшой подиум и освещение, ведущее все взгляды на примерочную. Три больших зеркала составлены на манер советского трельяжа. Лиза уговаривала себя не волноваться, но все равно, высоченной консультантке она ответила:
– Пок-кажите… Гхм-хм, – затем слегка откашлялась и постаралась взять себя в руки, – Покажите пять моделей. Ту, что выбирает большинство ваших невест, самую необычную, с максимально пышной юбкой, что-то из струящейся по телу классики и самое дорогое платье.
Девушка закатила глаза и пошла в глубь салона. Лиза присела на краешек стула и ждала. Секунды с упорством утреннего перфоратора втыкались в паркет. Шестьдесят дырок – минута. Долгая нервная минута.
Невеста влетела в салон первой, впустив в кондиционированное помещение полуденный жар. За ней бежали мамы, за мамами – толпа девушек. Человек десять, не меньше, забились в тесный салон и шумели. Невеста тут же по-дружески обняла Лизу:
– Господи боже, вы такая хорошенькая! Простите, пожалуйста, мы опоздали.
– Пока вы все соберетесь! – говорит одна из мам.
– Так мы же только вас ждали, Нин Алексеевна, – отвечает невеста.
Все смеются, рассаживаются, Лиза инстинктивно улыбается и хихикает даже не слыша шутки. И тут откуда-то с дальнего ряда крик:
– Твою налево, Сазонова!
Улыбка спала с Лизиного лица и тут же сменилась удивлением.
– Что…Оля? Оля Леничкина?
Девушки подошли ближе друг к другу и прекратили удивленно восклицать. Секунду помолчав они просто крепко обнялись.
Нельзя сказать, что Оля и Лиза дружили в школе. Это будет преуменьшением.
Лиза весь десятый и одиннадцатый классы покупала в ларьке сигареты, говоря продавщице, что это для мамы, а на самом деле отдавала Оле. Продавщица думала, что Лиза врет конечно же, берет для себя, но все равно продавала. Лизу не волновала ее репутация, она помогала сохранить Олину.
Оля же, в девятом классе, пошла вместе с Лизой в косметологический кабинет и проколола пупок «за компанию», чтобы той не было так страшно. Сережку она сняла даже не дождавшись заживления.