Чтение онлайн

— Отстрелялись! — проворчал Кассий спустя некоторое время после третьего выстрела. «Отдача» была очень сильной, и у исследователей долго еще путались мысли, а тело казалось каким-то не своим.

— М… м, — ответил Эрг. Кажется, он перенес «отдачу» много хуже товарища.

— Язык не ворочается?

— По… о… охо… же…

— Ладно, приходи в себя. А я тем временем запущу сортировочный компьютер.

— Ра… ана… введь…

— Лучше пораньше; все-таки масштабы времени относятся друг к другу, как миллион к одному. У нас тут секунда, у них — миллион секунд. У нас год, там миллион лет.

— Запускай…

Катаклизмы существуют всюду, они возникают на всех уровнях существования материи. Электрон сталкивается с ядром атома — на уровне микромира это катаклизм, да еще какой. Приливные силы планеты-гиганта разрывают на части более мелкую планету, подошедшую слишком близко к своему массивному соседу. Это уже катаклизм на уровне планет. Где-то во вселенной сталкиваются галактики. Приходится плохо их звездам, их планетам. Если в галактиках имеется жизнь, плохо приходится и ей. Но возникают катаклизмы и в суперпространстве. Многомерные вихри суперсил, неожиданно возникнувшие вследствие тех или иных причин, способны по-новому искривить его, изменить в нем ход времени, столкнуть между собой целые вселенные. Именно такой сверхкатаклизм неожиданно случился в суперпространстве, захватив район, где находилась сравнительно молодая, расширяющаяся вселенная I РЦ. Супервселенский катаклизм чуть было не столкнул I РЦ с другой вселенной примерно того же типа. Оба трехмерных мира стремительно перемещались в сверхпространстве один относительно другого, едва не задевая друг друга пульсирующими периферийными областями, которые взаимодействовали между собою и от этого кое-где приобретали четырехмерное и даже пятимерное строение. Межпространственное устройство Эрга и Кассия оказалось зажатым двумя вновь образовавшимися пятимерностями.

Оно напоминало теперь электрон, движущийся между двумя отрицательно заряженными, сильно искривленными поверхностями — подлетел слишком близко к одной из них, и тебя немедленно отбрасывает куда-то прочь по направлению к другой поверхности, куда-то на линию равнодействия сил. Иногда вселенные сближались так сильно, что тела Эрга и Кассия начинали деформироваться и исследователи теряли сознание. Управление тогда переходило к навигационным автоматам. Они продолжали работу людей и старались переместить межпространственное устройство в области суперпространства, где трехмерности находились относительно далеко друг от друга. Там силы отталкивания уменьшались, а исследователи приходили в себя. Автоматы снова и снова направляли устройство в узкие проходы между мирами. Двигаясь по этим пятимерным межвселенским фиордам, можно было рассчитывать на выход в открытое суперпространство, но проходы становились все уже по мере движения по ним, силы отталкивания неумолимо возрастали, и оба исследователя в который уже раз лишались чувств. Даже в состоянии глубокого шока они ощущали, как их сердца начинают в груди сокращаться с трудом, захлебываться, как вообще начинают деформироваться все ткани их тел, их чувства, их ужас, их бред. Был потерян счет времени… Эрг и Кассий не представляли, сколько дней, недель, месяцев они метались в западне, которая между тем становилась все меньше и меньше и из которой так и не находился выход на волю. Однажды, очнувшись после очередного «сплющивания», Эрг и Кассий услыхали, как робот-информатор доложил:

— Цивилизация в изучаемой вселенной достигла относительно высокого уровня. Сортировочный компьютер приступил к основной своей работе!

— Начал копаться в разлагающихся душах покойничков, — проворчал Кассий.

— Боюсь, в скором времени ему придется копаться в наших разлагающихся душах, — ответил Эрг в тон Кассию. — Еще парочка подобных нагрузок, и нам крышка.

— А вся накопленная нашим мозгом информация в виде пятимерной шаровой волны излучится в суперпространство.

Эрг уточнил:

— Будет излучаться. По мере разрушения умерших клеток нашего мозга.

— Ладно, будет излучаться — согласился Кассий.

В это время робот-информатор объявил:

— Выход в свободное суперпространство полностью перекрыт. Объем замкнутого суперпространства, в котором мы в данный момент времени находимся, непрерывно сокращается за счет встречного движения миров. Если в ближайшие двое-трое суток встречное движение не сменится касательным, экипаж погибнет.

— О-ох! — простонал Кассий, и тут же робот-информатор сделал новое сообщение:

— Разумные существа в изучаемой вселенной сформулировали понятие кривизны пространства и дали определение тензору кривизны.

— Часов через десять-пятнадцать по нашему времени они вычислят кривизну своей вселенной, — резюмировал Эрг последнее сообщение робота.

— Зато кривизна наших двумерных останков через эти десять-пятнадцать часиков будет наверняка равна нулю, — тут же отозвался Кассий.

— Не исключено.

— Как же ты намерен убить эти десять часов, эти милейшие часы накануне твоего собственного убиения?

Эрг молчал, и тогда Кассий с каким-то остервенением в голосе заявил:

— А я вот знаю, как буду приканчивать эти секундочки, минутки и часики! Прикажу компьютеру читать мне самые выдающиеся стихотворения самых-самых выдающихся поэтов, которые только родились среди обитателей I РЦ… Седьмой робот! Задание третьему блоку сортировочного компьютера. С вероятностью 85–90 % оценить весь поэтический материал, зарегистрированный в ходе массового улавливания выделяющейся в суперпространство информации. Робот номер десять! Читать вслух самые выдающиеся творения. На языке подлинника. Робот двадцать один! Осуществлять синхронную передачу в мой мозг смысла читаемого вслух. Когда мы оба околеем, приказываю исполнить самые выдающиеся траурные мелодии, созданные композиторами изучаемой цивилизации. Приступайте к работе.

Вскоре роботы приступили к выполнению несколько необычного задания Кассия. Чтение стихов прерывалось лишь экстренными сообщениями робота-информатора относительно возрастания отталкивающих сил. Эрг на эти сообщения никак не реагировал, зато Кассий весьма охотно комментировал их до того момента, пока был в состоянии ворочать языком. Последний комментарий второго пилота представлял собою странный набор звуков, означающий, что у любителя поэзии язык уже почти «встал». Вскоре Кассий совершенно замолк; робот номер семь продолжал между тем монотонно читать стихи, а робот двадцать один исправно осуществлял синхронную передачу смысла. Декламация поэзии, как и раньше, прерывалась только экстренными сообщениями робота-информатора. Траурные мелодии не раздавались…

Они очнулись почти одновременно. Им было легко, на душе спокойно. Робот по-прежнему декламировал стихи…

— Эрг, мы, кажется, живы! — Кассий приподнялся на ложе и посмотрел в сторону товарища.

— Куда важнее, что мы, судя по всему, находимся в открытом гиперпространстве… Робот семь, прекратить декламацию! — приказал Эрг, затем с его стороны последовало новое распоряжение. — Робот-информатор, доложите обстановку!

Автомат немедленно выполнил приказ:

— Межпространственное устройство в данный момент времени дрейфует в свободном суперпространстве в непосредственной близости от изученной вселенной I РЦ.

— Изученной? — удивился Кассий.

— Программа экспедиции выполнена, — доложил робот. — Несколько часов назад получены сведения о средней кривизне изучаемого объекта.

— Каким образом удалось вырваться в свободное гиперпространство? — спросил Эрг.

— Спустя несколько секунд после вашей клинической смерти, когда, согласно полученному распоряжению, мы готовились исполнить самые выдающиеся траурные мелодии, миры стали стремительно расходиться…

— Достаточно! — прервал Эрг робота. — Остальное ясно. Ну, Кассий, чем мы ознаменуем наше спасение?