Шрифт:
Всемогущественный Камень
На дальних рубежах Алгории прямо по линии границы высился тёмный смешанный лес. Получалось, что страна оказывалась окружённой естественной границей, не дающей проникнуть на территорию государства никакому врагу или нежелательному гостю. Люди, живущие здесь, на периферии, были настолько неосведомлёнными, что не знали ни названия страны, где живут, ни правителей, ни законов. Существовали, питаясь дичью да подножным кормом.
С языком тоже существовали проблемы. Жители соседних домов, постоянно общающиеся друг с другом, разговаривали понятно друг для друга, но стоило только отъехать хотя бы в соседнюю деревню, как начинались серьёзные проблемы. Слова вроде знакомые, но их сочетания вызывали недопонимание, поэтому торговля и прочие дипломатические отношения проходили не особенно активно.
В конце концов с взаимного молчаливого согласия было принято гениальное решение жить крохотными анклавами по две-три семьи, а про соседей забыть в принципе. Запасов, сделанных за лето, вполне хватало, чтобы кормиться всю зиму, которая продолжалась всего месяц. Благодатный климат Алгории давал столь богатый урожай диких фруктов и овощей, что собирать их было сплошным удовольствием. Тем более, иных развлечений здесь не водилось.
Семья Линфернов состояла из трёх человек: отец, мать и их сын Индлер. В соседнем доме жили брат с сестрой. Их родители погибли ещё несколько лет назад по вине какого-то местного хищника. Больше людей в округе не водилось. Это мелкое поселение с одного края выходило на реку, где во множестве водилась рыба, а со всех других сторон оказывалось окружённым хвойной частью Большого Леса.
Последние несколько недель Линфернов и их соседей мучила одна страшная беда: неприятнейшие насекомые – кротинги. Они нарывают высоченные кучи из земли и мусора и при помощи подземных ходов так и норовят проникнуть в жилые помещения, чтобы поживиться запасами. Сейчас была как раз зима: период их особенной активности. Летом они питаются тем, что растёт на деревьях, а в холодную пору вынуждены паразитировать на людях.
Внешний вид кротингов ужасает: тройные челюсти длиной со средний палец и туловище размером с человеческую кисть. По всему телу присоски, чтобы получать питательные вещества. Общую картину довершает ядовитый хвост. Один взмах по голой коже человека – неделю в постели пролежишь и кроме чая и воды ничего жрать не сможешь. Животных спасает шерсть, но если грозное орудие попадёт по морде, то жертва запросто может откинуть копыта.
Где-то пару дней назад кротинговая куча возникла прямо на границе между лесом и поместьем Линфернов. Причём настолько большая, что своей вершиной задевала верхушку ближайшей сосны. Линферны не на шутку испугались такого рода угрозы, и было принято решение немедленно избавиться от кротингов при помощи самодельной взрывчатки, которую отец семейства Окий изготовил самостоятельно из местных фруктов лисвы. Плоды этого дерева обладали полезным, но опасным свойством. Если их как следует заморозить, а потом резко полить кипятком, то происходил мощный взрыв…
– Ну как, мощный. Во всяком случае, достаточный, чтобы уничтожить этих паразитов, – заключил Окий и положил несколько лисв в ведро с водой, которое было вынесено на мороз, чтобы лисвы обледенели. После ночного ожидания лёд был отнесён к кротинговой куче и выбит при помощи молотка из ведра.
Окий с Индлером протащили шланг прямо ко льду, в то время как Ирайна (мать Индлера) вскипятила целый чан воды. Чтобы уж точно хватило!
Один конец шланга был вмонтирован в дно чана, а другой направлен на обледенелые лисвы. А чан был не совсем обычным, а с секретом: он обладал насосным эффектом. Откуда этот эффект возникал, ни Окий, ни Ирайна, ни тем более Индлер не знали, потому что людьми были тёмными. Однако стоило лишь нажать на специальный едва заметный рычажок на ручке, как вода мгновенно перетекала в то место, куда отводили шланг.
– Чудеса да и только! – восторгалась Ирайна! – Никак тёмные силы постарались!
«Тёмные силы» не обманули и на этот раз: вода долгожданно забулькала, и шланг наполнился желанной жизненной силой. На лисвы пролился кипяток, и раздался взрыв. Окий стоял прямо рядом с кротинговой кучей, а Ирайна с Индлером наблюдали за разворачивающимися событиями с другого конца, потому что боялись громких звуков. Взрывную волну лисвы не вызывали, поэтому иных оснований для боязни попросту не было.
Конец ознакомительного фрагмента.