Шрифт:
Сергей притормозил на своем велосипеде и начал быстро съезжать по крутому каменистому спуску; затем слез с велосипеда совсем. Была суббота, и народу на пароме собралось довольно много, а сверху еще и торопливо спускались жители окрестных деревень и приезжие; они смеялись, шумели, попыхивали сигаретами, мужчины несли сумки с провизией; два автобуса осторожно въехали на паром.
Сергей примостился возле черных просмоленных перил парома и следил за течением реки; темная масса воды протекала медленно, как бы нехотя, местами образуя водовороты. Над рекой стоял сладковатый запах гнили, ила, дохлых рыбешек и химических отходов.
Тарахтела одинокая моторка, она пересекала бухту наискосок. Чайки взвились над садками, но не кричали и не устремлялись к набегавшим волнам, они летали над верхним изгибом бухты, их белые беспокойные крылья спорили с ветром.
Седоволосый кондуктор в пестрой клетчатой рубахе и поношенных, замасленных брюках обходил со своей сумкой пассажиров, собирая плату за проезд. Но вот затрещал мотор, заскрипели зубчатые колеса, вода зашумела, забурлила, расходясь широкими кругами, тяжелый, неповоротливый паром двинулся в путь.
Кондуктор прошел мимо Сергея, получил деньги с пассажиров, отсчитал им сдачу, а затем шмыгнул в свое служебное помещение. Однако он скоро вышел, стал рядом с Сергеем и тоже уставился на воду.
– Ну, Сергей, – сказал он.
– Что «ну»? – спросил Сергей. Паром ровным ходом пересекал реку.
– Как поживаешь?
– Да так. Во всяком случае, неплохо, должен прямо сказать.
– Тогда все у тебя в порядке.
– А ты? – спросил Сергей.
– Сам видишь. – Седоволосый перегнулся через перила, кивнул кому-то и вытер шею.
– Повезло тебе сегодня с погодой.
– Да, уж целую неделю везет.
– При хорошей погоде такая работа в удовольствие.
– Пожалуй, что так. Правда, иной раз комары одолевают, сам знаешь, беда с ними.
– Это верно,– согласился Сергей и, помолчав, прибавил: – Уйду я отсюда через месяц.
Конец ознакомительного фрагмента.