Шрифт:
До сентября оставалось два месяца. На что их было потратить? Он решил подзаработать денег, тем более так удачно подвернулась вакансия охранника в садовом кооперативе.
«А что? – рассудил Митя, – работа на свежем воздухе. Не тяжёлая. Единственное – однообразная, так это не беда: работа не обязана во всём нравиться, в особенности, если она временная».
Через четыре месяца ему исполнится восемнадцать. Школьные выпускные остались позади. Впрочем, как и вступительные в университет…
Будущее начиналось уже сегодня, когда после томительного напряжённого ожидания он выяснил, наконец, что его зачислили. Поступил!
Единственного, чего в эти дни Мите не хватало, – это любви. Бури чувств.
«Вообще-то, если бы я смотрел на ситуацию только с этой точки зрения, то ни за что не устроился бы работать в садах, – размышлял юноша, – ведь здесь, в основном, можно встретить только людей в возрасте: стариков, семейных, с детьми. А вот рассчитывать на появление юных барышень? Это, можно сказать, занятие бессмысленное. Им куда приятней ходить на дискотеки, в парк отдыха или кино и после до полудня отсыпаться. Либо гулять с подругами, ездить на пляж и вечерами смотреть любимые телепередачи».
Митя спрашивал себя: «Много ли среди твоих знакомых молодых любительниц полоть траву? Всё верно: ни одной. А окучивать картошку или поливать грядки? Да днём с огнём не сыщешь! В огороде ведь то занозу получишь, то мозоль натрёшь… Ищи дураков! Ну, и комары – они тоже не подарок, их вытерпеть надо, а кому охота?»
И всё же он жил в надежде на встречу и мечтал о ней.
В тот день с напарником Максом он сидел на лавочке у проходной, под козырьком навеса. Моросил дождь.
Пережидая непогоду, Макс, сняв с брюк ремень, начищал и без того сверкающую бляху асидолом 1 и ветошью. Митя же читал «Неточку Незванову» Достоевского, и, хотя сюжет книги его интриговал, полностью сосредоточиться на чтении ему не удавалось.
1
«Асидол-М» – средство для очистки изделий из металлов, в том числе из никеля и меди, но за исключением алюминиевых и окрашенных предметов. Представляет собой белую жидкость, в составе которой имеются поверхностно-активные вещества, абразивный компонент и добавки.
Митя ловил себя на раздражении, вызванном тем, что напарник лез из кожи вон, лишь бы создать в глазах садоводов иллюзию о том, что он – отслуживший солдат. Такое поведение виделось Мите нелепым ребячеством, ведь в первый же день знакомства Макс самолично признался, что не был в армии и вовсе.
Макс был старше Мити на три года и работал в садах с апреля. На смене он числился за старшего, несмотря на то, что по разговорам и поведению казался много мнящим о себе подростком.
При оформлении на работу ни Мите, ни Максу формы охранников не выдали, предоставив сотрудникам свободу самовыражения. Макс поступил следующим образом: в магазине «Военторг» он приобрёл армейские берет, костюм и бутсы десантника. Щеголяя в таком виде по садам, он вполне успешно «наводил туман» на непосвящённых.
Митя же, рассудив, что подобное одеяние в будущем бесцельно будет пылиться в шкафу, ничего особенного покупать для себя не стал, а ходил на работу в повседневных брюках и рубашках. Более того, заступив на первую смену, он ни от кого не скрыл, что работать будет до сентября, после чего уйдёт учиться на очном отделении, отметив для себя, с каким уважением на него при этом посмотрел Макс.
Поняв, что выдал себя с головой, Макс в дальнейшем стал отзываться об учёбе в университете лишь с подчёркнутым презрением, заявляя во всеуслышание, что «на эту учёбу он плевал с высокой колокольни». Но первая реакция Макса из памяти Мити так и не выветрилась.
– Достаточно я штанов напротирал! – распинался Макс. – Профессию получил! В училище. Токарь! – он вскинул вверх кулак, и Митя подумал, что с таким видом Макс вполне мог бы заявлять о защите докторской диссертации. – Правда, сейчас уже не помню ни фига, чему нас там учили. Ну, да я и прогуливал основную часть времени…
Начальство не объяснило, почему Мите в напарники определили этого охламона и разгильдяя. Впрочем, выбирать не приходилось. Тем не менее, проработав с Максом несколько смен, Митя пришёл к выводу, что напарник в целом оказался человеком безобидным и доброжелательным, хотя и вспыльчивым по пустякам.
«Стоит отдать ему должное, несмотря на весь этот апломб и придурковатость».
От чтения книги и размышлений о напарнике Митю отвлёк стук каблучков. Вместе с Максом они оторвались от своих занятий и обернулись в направлении звука. Со стороны дороги к садам шла молодая девушка в тёмно-синем платье с рисунками роз. Густые волосы её были покрашены в цвет спелого мандарина. Большие карие глаза смотрели серьёзно.
– Пропуск с собой? – неожиданно произнёс Макс, а Митя воззрился на него с удивлением. За те несколько смен, что проработал охранником, он усвоил, что спрашивать пропуск было чистой формальностью. Охранники здесь себя этим обычно не утруждали. И Митя понял, что заинтересовал Макса отнюдь не пропуск.
Девушка поджала нижнюю губу и остановилась. Набравшись храбрости, она произнесла:
– Нет. Я к бабушке иду! В сад. Он там – в конце, – и она показала направление.
Конец ознакомительного фрагмента.