Вторая невеста
Шрифт:
Кристина, прислонившись плечом к стене за боковой кулисой, сжав кулаки, повторяла, как заклинание:
— Ну же… ну же… давай! Давай! Давай! Чертова кукла! Господи, помоги нам!
Услышав высокий чуть дрожащий родной голос, в котором слились в рыдании печаль, тоска, безнадежность, она съехала по стене на пол, изо всех сил влепила кулаком в пол и прошептала в полнейшем восторге:
— Спасибо, Господи!
— Я больше не заплачу , — выводила дива, вибрируя голосом, заоблачно высоким, нездешним, потусторонним… Руки ее были прижаты к груди, глаза закрыты…
Все выплакала слезы…
Боль в сердце только сильнее…
Ты где-то в мире теней,
Нет больше нашей мелодии,
Мелодии Адажио-о-о-о…
…Кристина стояла с сигаретой поодаль от входа в «Белую сову», расслаблялась. Больше всего ей… Впрочем, читатель уже, наверное, догадался, что Кристина — это мужчина. Больше всего на свете ему хотелось сбросить проклятые золотые сандалии, стащить парик и всласть почесаться. Сцены, подобные той, что произошла час назад, вышибали его из колеи. К сожалению, в последнее время они повторялись все чаще.
Ночь была свежей и прохладной. Докурив, Кристина бросил окурок на землю и раздавил его подошвой золотой сандалии на заоблачном каблуке. Оглянувшись, достал из расшитой бисером сумочки плоскую флягу, открутил крышку, сделал пару глотков, задержал дыхание, резко выдохнул. Компания проходящих мимо молодых людей зацепила девицу острым словом, и Кристина не замедлил ответить… в том смысле, кто они такие, по ее мнению, и где она их видала, причем выбрала самые убедительные слова из своего богатого лексикона. Один из парней присвистнул, другой сделал шаг по направлению к Кристине, но дружок сказал что-то негромко, компания загоготала вызывающе и потащилась дальше.
Он уже собирался уходить, когда его окликнули. Он повернулся и радостно воскликнул:
— Господин Алексеев? Федя? Сколько лет…
Мужчины обменялись рукопожатием.
— Как жизнь, Кристина? Выглядишь прекрасно. Как бизнес? Помню, ты в монастырь собирался… [3]
— Монастырь… — Кристина махнул рукой. — Ты тоже… выглядишь. Какой бизнес? Давно завязал, с тех пор еще. Если бы не ты… А ты к нам, в «Сову»?
— К вам. К тебе, вернее. Думал, спрошу, где обитаешь, как тебя найти, смотрю — а тут ты собственной персоной. Повезло, однако. Нужно поговорить, Кристина.
3
Кристина — старый знакомый Федора, бывший сутенер, которого тот спас от убийцы. Роман «Бородавки Святого Джона», изд-во ЭКСМО.
— Конечно! Здесь?
— Можно и здесь. Тут у вас поет некая Стелла…
— И что? — В голосе Кристины прозвучала настороженность.
— Ты ее хорошо знаешь?
— Не очень… — осторожно ответил Кристина. — А что именно тебя интересует?
— Что она за человек, есть ли семья… вообще.
— С чего вдруг такой интерес? Все еще играешь в детектива? Не бросил?
Федор испытующе смотрел на Кристину. Потом, словно решившись, сказал:
— Меня попросили помочь…
— Кто? — в лоб спросил Кристина.
— Ну… скажем, родные.
— Итальянка?! — Кристина всплеснул руками. — Чего этой суке надо? Ее адрес? С кем трахается? Чем ширяется? Болт ей, а не Стеллу!
— Откуда ты знаешь про итальянку? — Федор пропустил мимо ушей эмоциональные словеса Кристины.
— Да все у нас знают. Несколько лет назад она увезла Стеллу в Италию, обещала карьеру, а сама сдала ее в психушку. Там певица чуть не окочурилась, вены резала… чудом свинтила. И лекарей боится, аж трясется. Только на сцене и оживает, вроде как опять нормальная.
— Кто она ей?
— Не знаю, — не сразу ответил Кристина, и было видно, что он соврал.
— А почему Стелла выступает здесь?
— А где? С ней же никогда не знаешь, что будет, а в «Сове» относятся с пониманием — можешь петь — пой, не можешь — сиди, отдыхай. Попул от нее тащится, не передать! Сюда знаешь какие козырные ходят? Один бобер хочет про нее роман писать!
— Я могу с ней поговорить?
— Даже не знаю. Она зашуганная, боится чужих. А если поймет, что ты от этой… Не знаю!
— Узнай. И позвони. Вот номер, — Федор протянул ему свою визитную карточку.
— Ну… слушай, а ты… это… — Кристина замялся.
Федор молча ждал.
— Как бы сказать… Короче, это тебе надо или ментам?
— Ментам? — удивился Федор. — А что, есть проблемы?
— Да нет, — Кристина пожал плечами, не глядя ему в глаза. — Стелла, на нее находит иногда, слетает с нарезки… могла обломать рога, если показалось чего. Таланты, они все с феньками, сам знаешь. А Стелла — талантище!
— Понятно. Это я ею интересуюсь, — сказал Федор. — Частным образом. Насчет других не знаю. Хобби у меня такое, помнишь? Интересоваться.
— Может, зайдешь? По коньячку врубим! Я ставлю.
— Спасибо, Кристина, но сейчас не получится. Позвони, встретимся и… не откажусь.
Они сердечно распрощались. Кристина, спрятав визитку Федора в сумочку, задумчиво смотрел ему вслед.
Федор знал, что Кристина провожает его взглядом, равно как и то, что тот не сказал ему всего. Выкладывают все, что знают, лишь дураки. Главное — уметь читать между строк, и этим умением Федор владел в избытке.
Кристина заявил вначале, что почти не знает певицу, а потом выложил подробности, которые свидетельствовали об обратном. Почувствовал облегчение и расслабился? Хотя, не мог не признать Федор, это может ни о чем не говорить — в богемных тусовках нет тайн друг от друга, нет запретных тем, и народ там, как правило, без тормозов.
Кое-что он все-таки узнал о диве. Истеричка, нестабильна психически, подвержена фобиям, может «обломать рога» при случае. Возможно, страдает манией преследования — отсюда избыточный грим, склонность к переодеваниям и боязнь незнакомых людей. Безумно талантлива…