Чтение онлайн

– Два оперативных разведчика и кое-какое оружие. Всё...

– Что сможет предпринять пара пусть даже безумно способных роботов против нашествия Второй Силы?

– Если ты в результате нападения останешься, жив, они сделают так, что противнику будет бесконечно трудно добраться до тебя.

Вилли решил зайти с другого конца.

– Вы говорили об ошибках Второй Силы, но умолчали о своих!

– Наши просчёты и промахи стали для нас настоящим кошмаром. Отчаяние способно творить чудеса, злые чудеса, заставляет кидаться в крайности, не оставляет поля для манёвра, а потом, задним числом, удивляешься содеянному.

– Я согласен с вами, но всё же...

– Мы захотели жить долго, чтобы успеть сделать по возможности много и попали в одну из самых страшных ловушек, которые постоянно расставляет Вселенная мыслящим существам. Мы решили стать бессмертными.

– Разве такое возможно?- удивился Вилли.

– Результат ты видишь перед собой. Бессмертие - лакомый кусочек, дьявольское искушение. Перед ним невозможно устоять. Перспективы невообразимы, горизонты достижимы и энтузиазма полные штаны. И мы не устояли, не смотря на предостережения отдельных учёных, которые потонули в хоре ликования толпы. Расплата не заставила себя долго ждать.

– В принципе, жить долго здорово. Можно многое успеть, узнать, исправить.

– Мы тоже так думали, но реалии быстро охладили пыл. Когда все же-лающие прошли соответствующее лечение, произошёл демографический взрыв, а затем наступилa обратная реакция. Рождаемость упала до нуля и больше никогда не поднималась. Так на Экте перестали появляться дети.

– Вы поняли, в чём дело?

– Конечно. Экты в том виде, в каком существовали на тот момент, не были рассчитаны на вечную жизнь. Их биоресурс был ограничен, все внутренние органы без исключения не предназначались для непрерывной регенерации. Как это не парадоксально звучит - бессмертие существует всегда, бессмертие общества, той основной мысли, идеи, которую люди, словно эстафетную палочку, передают от поколения к поколению. Может быть, в далёком будущем, когда созреют все условия, можно достигнуть вечной жизни, но... вернёмся к нашему случаю. Скорее всего, в дело вступил провирус. Он прекратил безобразия самым решительным образом.

– Но наверняка остались те, кто не захотел проходить обработку. Не поддались общему ослеплению. Что случилось с ними?

– Их было мало, и они ничего не решали. Так и исчезли без следа. Мироздание не терпит и не прощает стратегических ошибок. Слишком высокую цену пришлось нам заплатить за бессмертие.

– И какова она?

– Цивилизация остановилась в развитии, почти прекратилось поступа-тельное движение. Мы практически топчемся на месте. Мы начали выми-рать, в конце концов.

– Биоресурсы, да?

– Здесь всё очень сложно и мы много не понимаем. Если разобраться по большому счёту, бессмертие порождает сон интеллекта, возникает губительная иллюзия - не стоит торопиться, времени хватит на всё. Какая разница, сегодня ты решишь пошевелить пальцем или через тысячу лет? Общество сразу становится вялым, дряблым, сонным. Возникают глубокие противоречия между инстинктами, биологией и разумной составляющей. Жуткий конфликт, плодородная почва для взращивания самоубийц, потому, что пропадает единственный стимул для продления жизни.

– О чём идёт речь?

– О смерти!

– Костлявая - стимул?

– Самый могучий из всех существующих! Природа, Вселенная и провирус мудры. Нам никогда не обойти, ни обмануть, ни перехитрить их. По всей видимости они родили этого погонщика миров и цивилизаций.

– Логика бытия, - сказало правое существо.
– Не бессмертия должны жаждать люди, а глубокой, наполненной высокой духовностью, жизни. Жизни исполненной сострадания, любви к ближнему. Изо всех сил лелеять и беречь ростки добра и справедливости. Всё иное, в конечном счёте, низвергает общество в пучину забвения, и тогда на пустой планете снова заработает провирус и новый разум начнёт восхождение по раскалённым углям действительности к заоблачным вершинам духовных ценностей, и далеко не каждый мир достигает их. Многие, слишком многие срываются в пропасть, унося с собой боли, надежды, чаяния тысяч поколений, которые наивно верили, будто потомки окажутся умнее и благороднее их! Рухнувшая цивилизация оставляет после себя страшную память, отпечатанную в биополе планеты. Даже после кончины она продолжает калечить всё разумное, что имеет несчастье идти за ней. И в атмосфере удушья, ущербной наслед-ственности, рождается новая жизнь. До чего тяжко ей будет, до чего больно. Вновь появившийся разум примется страдать, героически преодолевать неизвестно откуда взявшиеся трудности, не сознавая, что это наследство порочного мира!

– Одно мгновение. Я не понял относительно ресурсов и яиц. Цивилизация выгребает до нитки руду, нефть, газ, а потом отдаёт концы. Последующим ничего не остаётся! Неужели создатели провируса этого не понимали?

– Разум в состоянии принимать такие формы, о каких вы даже не подозреваете, и пользоваться тем, чем вы пренебрегали или не принимали в расчёт.

– Я об этом никогда не думал.
– признался Вилли.
– Вы говорите страшные вещи. Что, по-вашему, губит цивилизации?

– Не соответствие, размером с пропасть, между духовным содержанием общества и научно - техническим прогрессом. Мы упиваемся бурным развитием науки и техники, и с нескрываемым презрением взираем на горстку чудаков, которые вечно носятся с какими-то там заповедями и талдычат на каждом углу о необходимости любить всех без разбора. Пустота уже иссушила души, сделала чёрствыми сердца, затуманила разум, вбила в тупые головы непреложную истину - самое главное на свете то, что ты делаешь для себя. Остальное - ерунда! На самом деле всё должно быть наоборот!

– Но тотальная, принудительная, насаждаемая искусственно духовность, неминуемо потеряет своё изначальное значение, извратится, выродится, войдёт в привычку, превратится в пустой звук, избитый лозунг!

– В привычку может войти лень, чревоугодие, ложь и иже с ними, а высокая духовность требует постоянного, неусыпного усилия души, напряжения всех человеческих сил.

– Возможно, вы правы, - задумался Гриз.
– Интересная штука жизнь. Скажите, а как вам удалось достигнуть бессмертия?

– Пока мы не владели технологиями, позволяющими передвигаться за короткое время на большие расстояния - всё было хорошо и замечательно. Но как только нам стали доступны далёкие звёзды - ситуация резко изменилась. Видишь ли! Длительные полёты никому не нужны. Результаты экспедиции ничего нового не принесут обществу, так как ждать их придётся слишком долго. Любые данные непременно устареют. Совсем другое дело, когда корабль оборачивается за месяц или год и привозит целый ворох чудес и диковин. Так вот. Сверхдальние полёты принесли удивительные результаты: знания оказались буквально распылёнными в пространстве. Каждый атом, нейтрино, фотон несли разнообразную и крайне ценную информацию, а на многочисленных планетах лежали обломки погибших миров, среди которых витали мысли неведомых существ. Естественно, у нас возникло непреодолимое желание протянуть руку и взять никому не нужное, брошенное, а потом попробовать приспособить для своих нужд, попытаться осмыслить чужой опыт, чужие чувства, чужие знания.