Вторая попытка
Шрифт:
– Знаю, как видите. А вы уже начали разбалтывать мне ваши большевистские секреты. Начало у нас в разговоре в правильном направлении прошло.
– Что, что я разболтал? Я ничего вам не сказал и не скажу!
– Назвали Сёмину Таней, а я даже об этом и не спрашивал.
– Так вы же сами о ней знаете.
– Что я знаю? Фамилию знаю, а имени я не произносил. Может, я его и не знал, но вы, спасибо большое, помогли.
Вилор подавленно молчал. Почему он так легко разболтал, как зовут Таню? Почему всё, чему учили в разведшколе, сейчас испарилось из головы? Неужели из-за страха перед неизбежным?
– Успокойтесь, господин Скубжевский, – медленно растягивая слова, упивался своей первой победой в разговоре Криевич. – Ничего вы мне не разболтали, я и без вас знал, как её зовут. Таня, Татьяна, почти как Ларина. Пушкина любите?
– Я вам ничего больше не скажу!
– Совершенно напрасно. Разве «Евгений Онегин» отнесён в Красной Армии к военной тайне? Но вернёмся от Лариной к Сёминой. Вам ведь она нравится?
Лицо Вилора запылало красным огнём.
– Нравится! – уверенно продолжал Криевич. – А что, неплохая девушка, хоть и фанатичка. Согласитесь, не каждая может сделать то, что она сотворила с бедным Куртом Зайдлицем! Помните такого? А вот ваш поступок мы ценим, вы ведь отказались выполнять приказ командира партизан. Коновалов, кажется, его фамилия?
Конец ознакомительного фрагмента.