Чтение онлайн

– Людей мне жалко, но обещать поддержку непонятно чему непонятно где я не собираюсь. К тому же, ты мне ничего существенного не предложила. Ключ к Двери я сумею поднести и сам, посмотрим, что там за препятствия.

– Ты не слышишь меня, – её глаза вдруг расширились. – Я поняла, ты не слышишь меня! Ты не слышишь никого! Какую бы хорошую и правильную идею тебе не предлагали, ты всё равно отвергнешь её просто потому, что она не твоя!

– Всё верно, – усмехнулся я. – Слушать врагов – последнее дело.

– Глупый мальчишка! Ты думаешь, что все вокруг враги? Что все хотят тебе зла? Что всё, что я говорю – заведомая ложь? Поэтому ты не прислушиваешься к нам? Ни ко мне, ни к старой брухе Кастиле?

Я засмеялся.

Почему ты так недоумеваешь, оракул Орхи? Нельзя, чтобы слова и идеи врагов имели надо тобой силу – не успеешь оглянуться, как проиграешь. А проигрыш в нашей игре означает смерть.

– Нееет, – продолжала собеседница. – Не глупый… бедный мальчишка! Что с тобой сделал С.У.Р., во что превратил? Ты такая же заблудшая овечка, как и Литтлмаус! Очередное сотворённое С.У.Р.-ом чудовище! Неужели в твоём сердце не осталось хотя бы капельки доверия?

– Смешно слышать о доверии от той, что нанесла удар в спину, – изумился я. – Ладно, раз нам договариваться не о чем, Орхи, то предлагаю тебе выбор: либо ты поворачиваешь назад, либо мы кончаем вас всех прямо здесь, на реке.

Внезапно меня толкнул в спину маленький кулачок.

Я обернулся.

За мной стояла Элион.

– Мне кажется, спасти людей от смерти – это правильная цель, – с ходу взяла быка за рога маленькая демоница.

– Мне тоже, – кивнул я. – Но слушать врага мы не будем.

– Согласна, но зачем слушать её, если можно пойти своим путём? Если правила можно изменить, то давай изменим их! Сами!

Я размышлял ровно секунду.

В конце концов, Элион была права – жизни людей надо спасать, а чёртовы правила, если их можно изменить, надо менять.

– Хорошо, – я погладил принцессу по голове. – Ты права.

– Просто я совесть нашей команды! – радостно улыбнулась Элион.

– А ты неплоха, девочка, – крикнула Орхи с соседней лодки. – Ладно, я не буду брать с тебя никаких обещаний, Хозяин Качалки, но позволь нам хотя бы сопроводить вас до Башни… Что это за свист?

Приближающийся свист услышал и я. Подняв глаза к небу, я успел заметить пролетевший на высоте самолёт.

– Держитесь за что-то плавучее! – отчаянно крикнул я, шестым чувством понимая, что ничего хорошего этот свист не предвещает.

Авиационные бомбы влетели в воду и с задержкой в секунду подорвались уже под водой, вызывая гидроудар, легко опрокинувшей наши утлые моторные лодочки.

Моя моторка подлетела на образованной гидроударом волне, раскидывая своих обитателей, и в мгновение свободного полёта я успел со злым удовлетворением отметить, что Орхи досталось больше чем нам – бомбы упали точно на её соклановцев, по моим союзникам же немного промазали.

А затем я погрузился в холодные воды Амазонки, сейчас бурлящие после взрывов. Дёрнулся раз, другой, третий, вырываясь из утягивающих меня на глубину потоков.

Смог.

Всплываю на поверхность, еле удерживаясь в бурлящем потоке. Какое-то береговое течение уносит меня всё дальше и дальше от перевёрнутых лодок.

На счастье, рядом со мной проплывает пластиковое весло. Хватаюсь за него, держусь на плаву. Пытаюсь грести к лодкам… и бросаю эту затею, потому что по небу пролетает ещё один самолёт. Или тот же, я их не различаю.

Знакомый свист авиационных бомб, и я гребу в обратном направлении, подальше от лодок.

Бух! Бух! Бух! Глухие взрывы вновь взбудораживают воды, и поднятая ими волна накрывает меня с головой, заворачивает в свои мокрые удушающие объятья, тянет в глубину и куда-то в сторону.

Вновь борьба за жизнь, весло вырывается у меня из рук. На глубине – смерть, но где она, эта глубина? Вверху или внизу? Куда плыть?

И всё же я борюсь, словно лягушка шевелю руками и ногами, пытаюсь плыть к поверхности, к берегу, борясь с пришедшей в ярость водой.

Я выплываю всего на мгновение, хватаю ртом воздух, но волна ещё не отпустила меня, она всё ещё сжимает моё тельце в объятьях и несёт на какое-то дерево, что пустило корни прямо в реку. Отчаянно группируюсь, но всё равно удар о корни выбивает из меня весь дух.

Оторванное весло прилетает сзади, прибивается рядом, я хватаюсь за это весло с одной мысль – только бы не выпустить. Напрасно.

Волна бьёт меня виском обо что-то твёрдое, и приходит мокрая, вязкая темнота полузабытья.

Я чувствую, что река куда-то тянет меня, что плыву, что я вроде бы дышу, но очнуться окончательно, скинуть с себя грогу не выходит.

В конце концов, я отдаюсь воле реки и темноты.

Я очнулся на речном берегу от того, что кашлял и выблёвывал воду из лёгких и желудка.

Когда немного оклемался, понял, как же мне повезло – совсем рядом огромная анаконда нетороплива душила ещё живого Пуха. Бедняга жалобно стонал, не в силах вырваться из смертельного кольца. Змея не торопилась, давая пухлику возможность потратить все свои силы, выдохнуться в безуспешных попытках освободиться, чтобы затем без проблем прикончить его.

Я встал, пошатываясь, сделал шаг вперёд, покидая непривычно красную воду. Стоп, отчего такой цвет?

Оглядываюсь и вижу на воде пробковый шлем, а под ним – бурлящее красное пятно. Маленькие рыбки терзали уже мёртвое человеческое тело, которое то всплывало, то погружалось под воду.

Настоящее пиршество пираний – словно фильм ужасов смотрю.

– Аааа, п… ма… те! – внезапно закричало тело, и я понял, что оно живое.

Обглоданное лицо не опознать. Кто он, мой или Орхин? Тьфу! Вглядываюсь в статус – это Саня из Френдов.