Второй шанс. Книга третья

Я спускалась по внутренней лестнице древнего замка, одной рукой держа маску, второй придерживая край платья. Неожиданно мое сердце дрогнуло, а шаг… я не совершила, остановившись на той ступеньке, где и была застигнута взглядом наследного принца.

Как часто, как неизмеримо часто, я ловила на себе восхищенные мужские взгляды. Эльтериан любил выставлять меня напоказ. Легкие струящиеся ткани, полупрозрачные платья, наряды, в коих украшения порой закрывали больше, нежели само платье, неизменно обнаженные плечи и глубокое декольте. Меня никогда не радовали взгляды восторженных и возбужденных моей внешностью мужчин.

Никогда… до этого мгновения.

Герцог Риддан, Ангел Смерти, Кераернаэран — надежда империи, признанный даже в государствах Нижнего мира наследник Великой Аркалад, стоял в окружении мужчин рода Риддан, но словно бы не видел никого из них.

Он стоял, чуть запрокинув голову, и в его неестественно черных, гораздо чернее самой темной ночи, глазах, казалось, видится отблеск сияния звезд. Взгляд, не масляный, выдающий желание обладать, и не похотливый, исследующий все тело с ног до головы, и не предвкушающий… Это все я уже видела в глазах других мужчин, а во взгляде Каенара была нежность, было восхищение, было одобрение и готовность поддержать, несмотря ни на что.

И когда кронпринц, оставив своих собеседников, подошел к лестнице и протянул руку, предлагая мне поторопиться со спуском, я вложила пальцы в его ладонь, не испытывая ни содрогания, ни страха, ни нервозности.

— Ты ослепительна, Асьен, — произнес Каенар, склонив голову в легком полупоклоне.

— Благодарю, господин, — легкий реверанс, не забирая руки.

— Тебе помочь с маской?

— Это было бы очень любезно с вашей стороны.

Его пальцы скользнули по моей правой руке, легко отнимая маску, после кронпринц обошел меня, и едва я прижала маску к лицу, повязал ленты, очень бережно, стараясь не испортить прическу, и выпустив поверх лент несколько локонов.

— Знаешь, — осторожно поправляя еще один локон, почти шепотом сказал Каенар, — мне все сложнее понять твое желание носить эту маску, Асьен.

И очарование момента померкло.

— Вероятно причина в том, что вам никогда не приходилось носить чужое лицо, — тихо заметила я.

Его ладони соскользнули по волосам и сжали мои плечи.

Несколько секунд Каенар молчал, в то время как все прочие присутствующие покидали холл древнего вытесанного из скалы замка. А затем, когда мы остались одни, бывший герцог Риддан произнес:

— В какой-то мере я благодарен Эльтериану за применение магии сотворения. Ведь та девушка в Суассоне, которую я при каждой встрече невольно всегда провождал взглядом, сводила меня с ума.

— Вас сводила с ума Белладонна Белая, — напомнила я.

— Нет, — и с силой прижав меня к своей груди, Каенар хрипло прошептал, — меня сводила с ума ты. Сводила и сводишь.

И постояв так еще с минуту, он добавил:

— Сегодня, не отходи от меня ни на шаг. Ты не только мой личный секретарь, но и леди, принадлежащая к роду Риддан. Как представительнице военного рода тебе запрещено находиться рядом с императором во время публичных церемоний. Я все продумал, единственная причина, по которой нас могут попытаться разделить — переговоры с послами. Но в этом случае, ты будешь выступать…

— Как ваш личный секретарь, — закончила я за него.

И отпустив меня, Каенар выступил вперед и подал руку.

Церемонно взялась за его локоть.

Мы шагнули в ад, используя магию кронпринца.

На входе в императорский дворец нас ожидали лорд Аскеа, главная фрейлина, главный сомелье, господин Флорен, мсье Артуа — главный повар, начальник императорской стражи, начальник городской стражи, три военачальника имперской гвардии, хореографы, жрец Небесного культа, старшая служанка, старшая кухарка, министр департамента Ритуалов и скромная юная темноволосая леди в черно-золотом платье, лучезарно заулыбавшаяся при виде кронпринца.

— Мне бы хотелось надеяться, что девица ожидает тебя, а все прочие как раз по мою душу, — мрачно высказался Каенар.

— Не хотелось бы вас разочаровывать, но… — но все эти люди ждали меня.

Кроме юной леди, естественно.

Юную леди спровадили, после краткого разговора с главной фрейлиной, и леди Сейридан, несмотря на все попытки объяснить, что его императорскому высочеству на мероприятиях подобного уровня жизненно важно присутствовать с сопровождающей леди, услышала в ответ лишь ледяное «Меня сопровождает Асьен, этого более чем достаточно». И после этих слов лица у большинства присутствующих заметно вытянулись — боюсь, сегодня я была жизненно необходима всем, кроме его императорского высочества.

— У нас есть некоторое время до начала церемонии, — забирая папку из рук стоящей ближе всего старшей фрейлины, напомнила всем я. — Что касается вопросов безопасности, полагаю, господа, его императорское высочество гораздо более сведущ в подобных делах, нежели я.

Император ворвался в собор как раз к тому моменту, когда я дописывала брачную речь для жреца культа Неба, уже завершив со всеми прочими деталями церемонии. Каенар же стоял у алтаря, кощунственно разложив на нем карту города, и раздавая указания командующим тех войск, что были назначены ответственными за безопасность церемонии.

Начал Адаэлрон Мальгалард как и всегда с гнева.

— Ты! — прозвучало на весь собор, и эхом отразилось под сводами.

Мы все синхронно совершили кто реверанс, кто поклон, после чего мы с Каенаром преспокойно вернулись к работе.

А за стоящим в проходе разгневанным, но великолепным и сияющим императором раздалось занудно-плаксиво-фальшиво-истеричное:

— Лапусечка, не так быстро, я же не успеваю, у меня ножки крохотные!

Невольно посмотрев на императора, я заметила, что у него не глаз дернулся, а вся щека. «Лапусечка»… Я уже слышала это ранее. И это, и этот фальшиво-капризный тон вечно ноющей наложницы императора…

И прежде, чем девица просеменила в собор, я вспомнила — младшая наложница Иитай. Вульгарная, глуповатая, демонстративно влюбленная в императора до безумия и вечный повод для насмешек, шуток и забавных историй. Если для тупости нужно было подобрать наглядное изображение, то личико наложницы Иитай с вечно надутыми по-детски губками подошло бы идеально.

Вот только через несколько лет именно она станет той, кто, безжалостно перебив более двадцати тренированных гвардейцев императора, впустит Эльтериана на территорию императорского дворца и в числе одной из первых присягнет новому правителю на верность.