Чтение онлайн

– Ага, - кивнул Степан, - это модная тенденция полезная для бизнеса. Не думай, что такие как я не видят дальше автоматного дула. Я прекрасно знаю, что толстосумы набирают себе детей из приютов, создавая видимость счастливой семьи, а потом сбагривают их в какие-нибудь частные школы с круглосуточным проживанием, чтобы под ногами не путались. Мне повезёт, если школа будет с военным уклоном, хоть что-то привычное.

– И что же, интересно, тебе привычно в военных школах?

– Дисциплина. Там будут те, кто отдаёт приказы и те, кто их выполняет. Уж поверь мне, выполняющим я буду недолго.

– С тебя станется. Короче, они сейчас придут, поэтому постарайся вести себя, как приличный мальчик, - предупредил Шубейко.

– А если им нужен сорванец?

– Что?

– Вдруг у них уже есть приличный мальчик и им нужен кто-то позадорнее, ну для контраста.

– Ты рассуждаешь о них, как о каких-нибудь собаководах, - осуждающе заметил генерал.

Степан успел только пожать плечами, как в тот момент в кабинет управляющего по надзору за детьми, без стука ввалилась колоритная парочка. Высокая блондинка вышла вперёд под руку с чересчур прилизанным молодым человеком в очках.

– Здравствуйте мистер Крюков, - сказал очкарик с ярко выраженным английским акцентом и протянул руку Шубейко, занимающему кресло хозяина кабинета.

– Добрый день, - поздоровался тот, - вы очень пунктуальны мистер Мастерс.

– Жизнь приучила, - улыбнулся молодой человек.

Степан, тихонько сидевший в уголке, насмешливо хмыкнул, чем привлёк внимание своих будущих родителей и заработал красноречивый взгляд Шубейко.

– О, какой чудный мальчик!
– Всплеснула руками женщина. У неё был украинский акцент.

Странная пара, - пронеслось в голове у Степана за мгновение до того, как женщина заключила его в объятиях.

– Тебе у нас очень понравиться!
– Заверила она, отступая.

– Не сомневаюсь, - ответил Степан, успевший мельком заглянуть в её глубокое декольте.

– Где бумаги, которые нам необходимо подписать?
– Деловито осведомился англичанин.

– Вот, пожалуйста, - генерал пододвинул целую стопку.

Через двадцать минут с формальностями было покончено, и Мастерс сообщил, что пора ехать.

– Деловые люди, что с них взять.
– Прошептал Шубейко, обняв Степана на прощание.
– Как связаться, ты знаешь. И помни, мы будем за тобой приглядывать.

– Никакой с вами личной жизни.

– Рано тебе ещё личную жизнь устраивать.

Степан уже вышел было из кабинета, но замер у двери.

– Командир, ты бы это...
– начал он нерешительно, - ствол бы мне выделил что ли. Я без оружия себя голым чувствую!

– Привыкнешь.
– Отмахнулся Шубейко.

– Ну, хоть нож!

– Молодой человек, оружие детям не игрушка!
– Начал выходить из себя генерал.

– Хоть какой-нибудь кастетик!

– Нет!

– Ну, тогда бывай, командир, - понуро попрощался бывший диверсант.

Степан нехотя поплёлся за своими новыми родителями, которые терпеливо поджидали его у лифта.

В отсутствии деликатности их не упрекнёшь, - подумал он.

На улице их ждал шикарный серебристый гравимобиль с шофёром. Степан смерил тачку равнодушным взглядом - попеняв про себя на её малофункциональность и слишком броский внешний вид - чем несколько озадачил Мастерсов. По их мнению, ребёнок из приюта должен был прыгать от восторга вокруг этой машины. Прыжков и прочих проявлений непосредственной детской радости почему-то не было.

– Солидная тачка, - нехотя произнёс Степан, заметив ожидающе косящихся на него Мастерсов.

– Это Бэнтли, из Британского Галактического Сектора!
– Со значением произнёс мистер Мастерс.

– Она... сразу бросается в глаза, - осторожно кивнул Карпатов.

Мастерсы оказались как раз такими, какими Степан их себе представлял, а именно - пекущимися о своей репутации толстосумами. В тот же вечер как он впервые оказался в их огромной трёхэтажной квартире, в его честь была устроена небольшая вечеринка. Целью вечеринки было показать почтенным гостям, какие они - Мастерсы - великодушные и добросердечные, раз усыновили такого нескладного оборванчика (к слову, Карпатов только на первый взгляд выглядел нескладным и угловатым, как и большинство подростков в этом возрасте, однако, присмотревшись, можно было отметить плавность и выверенность всех его движений).

Степан ещё ни разу не видел столько фальшивых улыбок и презрительных взглядов одновременно. Гости постоянно донимали его разговорами на тему "Как тебе повезло!" хлопали по плечам и ерошили волосы. Карпатову не раз приходилось форсировать болота, наполненные змеями и прочей гадостью, поэтому он без проблем перетерпел сей интерес к его персоне, однако, в последствии, о тех же змеях вспоминал с куда большей приязнью, чем до знакомства с гостями родителей.

Короче, местный бомонд был в восторге от Мастерсов. Те, в свою очередь, остались довольны таким покладистым сыном, что не помешало им избавиться от него на следующий же день. Степану вручили билет на шатл до Монблана, кредитную карточку с ежемесячными и достаточно щедрыми поступлениями и доставили его в космопорт.

– Будь хорошим мальчиком и подружись со своим старшим братом!
– Напутствовала Зина Мастерс, покрыв его щёки влажными поцелуями.

– Да, сын, учись хорошо и когда-нибудь получишь неплохое место в моей компании, - важно сказал Томас Мастерс, положив руку Степану на плечо.

– Поживём - увидим, - безразлично сказал мальчишка, подхватил сумку и зашагал к большой арке входа.

– Какой-то он странный, - глядя ему вслед, произнёс Томас.

– У малыша было трудное детство, - печально вздохнула Зина, - он ведь из детдома.

– Алекс тоже оттуда, но ведёт себя куда живее.

– У каждого свои особенности. Их же не на фабрике штампуют.

– Монблан! Какого чёрта ты летишь на Монблан?
– Спросил Шубейко, с которым Карпатов связался перед вылетом.

– Так маменька с папенькой велели, - прогундосил Степан.

– Кончай паясничать - тебе не идёт - и отвечай по существу!

– Пожалуйста. Монблан - самая многонациональная планета нашего Сектора и Мастерсы считают, что мне нужно больше общаться с разными интересными людьми, а так же смолоду учиться самостоятельности. Хотя лично мне кажется, что они просто жлобы, потому что записали меня в какое-то дурацкое школьное общежитие, при обычной местной школе. Там же, кстати, их первый усыновлённый ребёнок проживает, мой, стало быть, новоявленный братец.