Второй сын. Том 2
Шрифт:
Эрвин выпустил стрелу, целясь в шею монстра. Хребет — естественно слабое место любого живого существа. Стоит его перебить… и можно праздновать победу! Однако монстр тут же доказал, что и сам не прост — его рога моментально окутались мелкими молниями. Небрежный взмах рогов ловко отбил стрелу. Монстр оскалил и так выступающие клыки, и молча, но с нарастающей скоростью бросился к юноше.
Эрвин поначалу понадеялся, что густые молодые заросли, вперемешку с деревцами замедлят монстра… но куда там! Все, что сталкивалось с его рогами, окутанными молниями, превращалось просто в пепел! Наверное, вековые деревья могли бы выдержать такой удар, но, к сожалению, на ближайшие несколько километров не было ни одного такого.
Воздушный кулак!
Темный сгусток метнулся к морде монстра, но тот быстро мотнул головой, снова подставляя окутанные молнией рога. Стихия тьмы расплескалась о них, немного притушив сияние молнии, но вскоре оно снова разгорелось. У Эрвина знак тьмы был начального ранга. Судя по тому, что молния легко подавила его тьму, то знак молнии должен был быть не меньше чем «малый», а то и «средний». Похоже, этот монстр если и не достиг ранга «воин», то, как минимум, недалек от него. А это значит, что он уже сравним с культиватором второго ранга.
— В задницу таких оленей! — Эрвин, больше не раздумывая, кинулся прочь. Сталкиваться в лоб с тушей, в десять-пятнадцать раз тяжелее, и с настолько внушительным оружием как-то не хотелось. Конечно, просто так от монстра уже не отделаться, раз он заметил юношу. Но лучше подобрать более подходящее окружение для схватки…
Воцарилась немного странная картина — и юноша, и монстр бежали молча. Но изо всех сил. И только небольшая просека перебитых на уровне рогов монстра деревьев валилась позади. Но… участок старого леса был все ближе и ближе.
Эрвин чуть повернул голову, полагаясь на слух и боковое зрение, чтобы отслеживать расстояние до монстра. А впереди виднелось монументальное дерево, со слегка обгорелой кроной и корой с одной стороны. Похоже, пожар пощадил это дерево. Юноша взял чуть-чуть правее. Сопение монстра-оленя усилилось, как и скорость — у него хватало мозгов понять, добыча может залезть на дерево. Среди монстров очень многие способны лазить по деревьям, так он уже сталкивался с таким исходом погони.
Юркая фигура юноши мелькнула слева от ствола векового дерева. Следом за ним, отставая буквально на метр, пронесся монстр, сияя молниями на рогах. Но внезапно длинный меч тупой стороной клинка врезался в правую сторону ветвистых рогов, склоняя их вниз.
Кр-р-а-к! — рога вонзились в древесину, словно в мягкую глину. Но… по сравнению с тонкими стволами, которые росли на выжженном месте, это было дерево диаметром больше четырех метров. Дерево вздрогнуло, получив мощнейший удар, но устояло. А монстр-олень на какое-то мгновение замер, застряв. Его круп напрягся, готовясь дернутся назад, чтобы вырвать рога… Как Эрвин мог упустить такой шикарный момент для контратаки?!
Б-б-банг-г-г! — с гулким щелчком арбалет разрядил очередную стрелу в морду.
Воздушный кулак!
Сразу же за стрелой последовал темный сгусток, насыщенный стихией тьмы.
По привычке дернувший головой монстр не смог отбить их своими рогами — ведь правая половина все еще торчала в дереве! Стрела вместо глаза, куда целился Эрвин, попала в широкий лоб, и осталась торчать там. Но зато техника, насыщенная тьмой, повредила левый глаз монстра. Впрочем, это неудивительно — кроме глаза, она за короткие мгновения успела разъесть приличный участок шкуры на морде монстра.
М-м-м-м… — приглушенный вопль боли вырвался из глотки монстра. Сделав шаг назад, он все же смог вырвать правую половину рогов из дерева. Левая половина морды представляла из себя плачевное состояние — проеденный глаз, шкура и мясо, а кости окрасились кровью. Но это же монстр! Если он выживет — все утраченное постепенно регенерирует. Уцелевший глаз налился кровью и зафиксировался на Эрвине, а из пасти раздался хрип. Он еще никогда не получал таких ран, и был в ярости!
Но теперь у монстра была фатальная слабость — только один глаз.
Воздушный кулак!
Темный сгусток техники вновь устремился к монстру. Тот привычно махнул рогами… и техника, насыщенная стихией тьмы ударила в левый бок, быстро проедая шкуру. Утеря одного глаза сделала свое черное дело — теперь монстр явно не мог так же точно орудовать своим необычным оружием. По крайней мере, с левой стороны.
— Это хороший шанс! — воодушевившись, юноша бросился в бой. Монстр тоже двинулся навстречу человеку, опустив рога примерно по грудь Эрвину. Юноша внезапно пригнулся, проскакивая мимо левой стороны монстра. Дернувшиеся помешать ему рога «подправил» клинок, задерживая его на доли секунд, чтобы успеть.
Тонко свистнул меч, вспарывая сбоку шею. Длины клинка не хватило, чтобы добраться до позвоночника и перерубить его, но и так огромных размеров рана раскрылась на шее монстра.
После удачного удара Эрвин быстро отпрыгнул в сторону. А мгновение спустя воздух, где он только что находился, вспороли полыхающие молниями рога. Алая кровь лилась мощными толчками, но монстр, казалось, не замечал этого — он с удвоенной силой рвался отомстить обидчику. Вот только юноша теперь не стремился в ближний бой. Да и вообще в схватку — видя, что уже нанес фатальную рану, он просто убегал, петляя между деревьев.
Долго такой забег не продлился — метров через пятьдесят у монстра подогнулись ноги, и он упал на землю, не сводя единственного глаза с Эрвина. Кровь с шеи уже сочилась гораздо медленнее. И, глядя на широкую полосу, оставшуюся за монстром, было понятно, что он уже не жилец. Даже голову вертикально он держал из последних сил. Молнии на рогах принялись тухнуть.
Тук… — с глухим стуком оленьи рога врезались в землю, и окончательно лишились подпитки стихии. Огонек жизни потух в широко открытом глазу монстра.