Чтение онлайн

Ритка тоже заметила интерес со стороны официанта. Она незаметно под столиком стукнула Машку и зашептала в ухо – Он похоже на тебя запал. Глади как глазищами зыркает.

Машка покраснела. Она отвыкла от таких прямых знаков внимания и чувствовала себя не в своей тарелке. Скорее бы уже пришел Сережка…

Официант тем временем все так же не сводя с Машки взгляда отошел в глубь кафе к барной стойке. Он достал мобильный телефон, кому-то позвонил и утвердительно кивнув ушел в подсобку. Машка даже с облегчением вздохнула. Ей почему-то стало даже страшновато.

– Рит, а может мы уйдем в другое место– а то тут как –то стало не уютно… Фыркунув Ритка рассмеялась

– Машуня, ну ты чего? Просто ты мальчику понравилась и все…в крайнем случае дождемся Серегу, официант увидев твоего кавалера сразу об интересе забудет…обычное дело.

– ну не знаю…У него глаза такие темные были…как у маньяка

– Угу. И по этому он сейчас взял в подсобке нож и вышел в зал с желанием перерезать тебе горло– пыталась пошутить Ритка.

Машка сначала улыбнулась в ответ, а потом глянув на приоткрывшуюся с кухни дверь и человека– побледнела. В зал вышел официант, уже без фартука, с огромным кухонным ножом.

– ты чего– шепотом спросила Рита.

Машка без слов кивнула в сторону кухни. Ритка оглянулась и завизжала. На ее визг заоглядывались одинокие посетители , которые через секунду как ветром сдуло.

Парень официант двигался странной угловатой походкой, его глаза были совершенно черными, волосы лоб уши и плечи все было словно закутано в черный платок. Нож он держал крепко, смотрел только на Машку и шел целенаправленно к Машке. А та не знала что ей делать– она словно замкнулась в себе, почему-то вспомнилось детство когда можно было закрыть глаза руками и сказав я в домике спрятаться от всех кошмаров. Вот и ей сейчас так же хотелось– но она не могла даже пошевелиться – словно отнялись руки и ноги. Она не думала что он страха можно вообще потерять способность к движению и действиям. Она сидела за столиком вцепившись руками в скатерть и смотрела не мигая в такие же не мигающие темные глаза официанта и это все.

Ритка визжала не переставая, она вдруг вскочив со стула, попыталась пробежать к двери,но официант как-то легко ее оттолкнул, даже не тратя даже время– цель была другая, и маленькая легенькая Ритка просто упала на пол больно ударившись головой о соседний столик.

Машке все больше и больше казалось что это только лишь кошмар– она на самом деле дома и ей сниться просто плохой сон. Самым главный в этой ситуации было во время проснутся до того как к ней доберется парень с ножом.

А тому оставалось всего метра четыре. Просто четыре больших шага и все…Машка даже сопротивляться не могла. Она так и сидела на стуле и просто смотрела словно это не ей угрожали ножом и не ей грозила вполне конкретная опасность.

И в том момент когда ей казалось что все уже кончено и этот страшный человек сделает свое страшное дело в зале появился Максимов.

Он в начале вообще ничего не понял. Он просто зашел в помещение– еще со свету в полумраке с трудом попытался рассмотреть Машку и увидел свой большой кошмар, то чего он так боялся все это время. Парень – с коконом прилипалы на плечах, с занесенным ножом, замершая, совершенно безучастная перепуганная Машка, лежащая на полу в светлом пальто девчонка и больше никого…ни персонала ни охраны– просто темное помещение и бледные почти белые искаженные страхом лица.

Максимов не особо соображая, чисто на рефлексах, на автомате выхватил из кобуры пистолет, и прицельно в голову сделал три выстрела. Парень как то не хотя выронил нож и очень аккуратно осел на пол, словно он просто заснул на ходу. Руки парня потянулись напоследок к Машке, он даже смог дотронутся до ее ног, но Максимов выстрелил еще раз и тело дернувшись и замерло навсегда.

Картинка из фильма ужасов– героиня сидит вся забрызганная кровью нападающего, мертвый потенциальный убийца с разворочено головой прилег и обнял ее за лодыжки, а главный герой вместо того чтобы бросится с утешениями к героине хватает солонки с соседних столиков и слишком усиленно солит плечи и спину убитого.

Зажигалка слишком долго не хотела гореть– пора было менять кремний (а может это так тряслись руки, что просто не получалось хорошо чиркнуть кресалом).Но вот синевато-желтое пламя наконец-то разгорелось и черный кокон на плечах вспыхнул и исчез без остатка, и лишь после этого Серега спрятал пистолет. И только потом подошел к Машке и осторожно тронул ее за плече. Она вообще никак не отреагировала. Так словно до сих пор была где-то далеко от этого места.

Серега оглянулся. Кроме Машки которая немного не в себе была еще и Рита. Девушка лежала без сознания с закрытыми глазами. На лбу наливалась здоровенная шишка. Двигать и переносит ее было не желательно. Ударилась она судя по гематоме хорошо.

В зал по прежнему никто не входил. Толи испугались выстрелов, то ли решили дождаться чем все закончится– из подсобки так никто и не выглянул. Но Серега понимал что это не на долго. Сейчас кто может звонить в милицию и в скорую. Что в общем-то было не желательно..С куклой должна была разбираться Клиника– а за одно и почистить девчонок от возможных последствий виде пуха и спор. О других последствиях ( удар по психике) думать вообще не хотелось.

Максимов отзвонился отчиму, рассказал все как есть и спросил что делать дальше. Дядя Георгий обещал прикрыть, но говорил что может не успеть до 'первых ласточек', по этому советовал не дергаться, сразу сдать оружие и делать то что скажут. Со скорой тоже вопрос обещал решить– везти в обычную больницу было почти бессмысленно– если на девчонок попал черный пух то после перенесенных эмоций и потрясений уже к утру в их аурах мог созреть укрепившийся зародыш.

Максимов поговорив с отчимом успокоился. Он спрятал телефон, хотел разрядить пистолет– хотя бы достать магазин с патронами но понял, что просто не может это сделать– а вдруг что нибудь случится во время ожидания или своих или милиции. Он слишком привык доверять себе и оружию.

Машка все так же безучастно сидела у окошка. Серега придвинул стул, присел рядом с ней обнял за плечи, погладил по волосам, попытался сказать ей что-то, но не мог придумать ничего и все повторял, как заезженная пластинка– 'Машка… маленькая…'. Так и сидел– гладил, шептал и повторял…До тех пор пока она словно не оттаяла в его руках и не начала хоть как –то реагировать. Вначале пришли просто слезы– маленькая тихая истерика, но и это уже было хорошо– хоть какие-то эмоции, потом она успокоилась, несколько раз глубоко вздохнула, уткнувшись в широкую Максимовскую грудь, вытерла острыми кулачками глаза, размазывая тушь и слезы по щекам и вдруг спросила – А ты почему светишься, Сережа?

– 6-

Бывает так, ты думаешь –все плохо. И мир серый, пустой бессмысленный. И люди окружающие тебя просто тени– бесплотные не осязаемые. И ты сам всего лишь тень, проекция… и ты думаешь, если ты еще можешь думать 'Это все черная полоса в жизни. Так бывает, так случается, но вот завтра…' и ты улыбаешься в зеркало пересохшими губами, ты смотришь на мир глазами в которых давно и прочно поселилась боль, но где-то там внутри в области сердца, как маленькая капелька света живет надежна на это самое завтра. Вера в белую полосу в то что еще все может быть хорошо. А потом …потом происходит что-то и ты…Ты понимаешь, тот мир серый, с людьми-проекциями, с холодом и болью– это и была твоя белая полоса, потому что, то что случилось, убивает надежду и в душе нет больше ничего. Надеяться не на что, веры не осталось. Все что можно было у тебя взять– все взяли, забрали, не спросив твоего согласия, оставив с маленьким тихим адом внутри. И из него нет выхода. Ты его не придумал. И тебе надо научиться жить с ним.