Шрифт:
Пролог
— Кажется мы с тобой несколько увлеклись Джэбэ и это может нам дорого стоить… — тяжело вздохнув, сказал Субэдэй.
— О чем ты, друг?! — отпив кумыса из пиалы, удивился прославленный монгольский военачальник, сальными глазами глядя на полуобнаженных танцующих рабынь.
К этой забаве они пристрастились еще в Самарканде, взяв тот город два года назад. С тех пор танцовщины из дворца позорно бежавшего хорезмшаха Ала ад-Дина сопровождали их в пути услаждая не только взгляд но и тело.
— У нас с тобой идет все отлично! Никто не завоевал себе столько славы, за исключением лишь нашего повелителя — Потрясателя Вселенной, да продлятся его годы… Мы дошли до четвертого моря, победив всех на своем пути, кичливых грузин, идельгезидов, а главное этих алан и их союзников — половцев. Если бы не твоя лисья хитрость, то еще неизвестно, чем бы все закончилось.
Сэбэдэй самодовольно улыбнулся. Похвала Джэбэ его друга и одновременно соперника в стяжении воинской славы дорого стоила.
Эти двое вообще друг друга стоили, что называется два сапога — пара. Оба отчаянно смелые, способные на принятие мгновенных решений в стремительно меняющейся обстановке. Оба они воевали не числом, а умением, что и позволило им зайти так далеко. Все их отличие, так это то, что Джэбэ как личность более азартная являлся больше тактиком, а умудренный Субэдэй — стратегом и это только взаимно дополняло их.
А гордиться Субэдэю действительно было чем, ведь благодаря его придумке удалось развалить этот мощный алано-половецкий союз от которого монголы дважды отхватили люлей, так что приходилось отступать. Жадные половцы польстились на богатые дары, поверили в то, что монголам нет до них дела, более того они считают их своими братьями, ведь те тоже кочевники, а не земляные черви, а значит не станут их трогать.
Наивные.
Монголы, после того как довольные половцы рассосались по своим кочевьям, обрушились на аланов и полностью их разбили, заставив остатки этого несгибаемого гордого народа укрываться в совсем уж труднодоступных горных районах Кавказа. А потом, не забыв унизительных отступлений на грани поражений, навалились на половцев.
— Так что нам ничего не мешает дойти до пятого моря, а потом и вовсе добраться до закатного края Земли!
— Вот именно с добиванием половцев мы несколько поспешили.
— В смысле?
— На пути к краю Земли у нас возникло препятствие, коего еще несколько лет назад не было и половцы, как таран, которым это препятствие можно было сокрушить, нам бы очень пригодились. А так они не только не станут погибать во имя хана ханов и во славу основанной им Монгольской империи, но и встанут против нас, как стояли вместе с аланами. Вот только те к кому они примкнут гораздо сильнее тех же аланов. В общем надо было сделать их своими союзниками, а не врагами…
— И что это за препятствие, о котором ты говоришь?
— Царство Русь.
По знаку Субэдэя раб китаец развернул карту вышитую на шелковой ткани.
— Вот это огромное пятно на карте…
— Опять твои разведчики постарались? — откровенно усмехнулся Джэбэ.
Не то чтобы он не признавал полезность разведки, очень даже признавал, всегда полезно знать сколько защитников в городе, сколько у него припасов и так далее, но по его мнению, как и по мнению остальных монгольских военачальников его старший товарищ с разведкой несколько перебарщивал, докапываясь до совсем уж каких-то ненужных мелочей.
Но у каждого могут быть свои слабости. Кто-то любит выпить, другой сходит с ума от породистых лошадей, он сам например очень любит женщин, а вот его друг обожает все вынюхивать в стане врага с помощью своих торговцев.
— Они, — улыбнулся в ответ Субэдэй.
Он прекрасно знал отношение своих коллег-военачальников к его детищу, и был выше того, чтобы обижаться на глупую, ничего не понимающую в жизни молодежь, ведь все они, за исключением Джэбе были минимум на десять лет младше его, хоть и считались при этом опытными, умудренными воинами, но считаться и быть — разные вещи, а это мало кто понимал.
— И что же они вызнали такого, что ты так обеспокоился?
— Много чего. Еще не так давно, земля русов, ничем не отличалась от прочих покоренных нами земель. Та же раздробленность, грызня князей между собой. И как и раньше, нам не составило бы труда их покорить сыграв на противоречиях, пообещав помощь одному против другого. Но три года назад княжества русов были объединены в большое царство, что привело к объединению всего войска русов под одной рукой. Не мне тебе объяснять, как это опасно.
Джэбэ перестал засматриваться на одну из особенно сильно понравившуюся ему танцовщиц и внимательнее посмотрел на карту.
— И как много они могут выставить против нас воинов?
— До сорока тысяч. Плюс сколько-то воинов приведут половцы. Я думаю тумен они против нас соберут, а то и два.
— Это серьезно…
— Правда половина армии русов это пехота, но ее не стоит недооценивать. Ибо их основное оружие это самострелы.
Джэбэ недовольно скривился. Что такое самострел он прекрасно усвоил в империи Цинь. Много воинов погибло от их стрел, от которых не спасал ни доспех, учитывая что у большей части воинов их нет, ни щит, что вообще плетенка из прутьев обтянутая кожей.
— Я верю в твою удачу Субэдэй, — сказал он, — ты по обыкновению обязательно что-нибудь придумаешь, что позволит нам избежать больших потерь от этих топчущих землю стрелков. Собственно нам достаточно с ними не сближаться…