Вторжение
Шрифт:
Фэрбенк встал и пристально посмотрел вниз, на это страшное зрелище. Среди останков людей лежали мертвые тела, покрытые черной шерстью. Фэрбенк облокотился на балюстраду.
– Не понимаю. Ведь им удалось перебить уйму крыс, прежде чем те расправились с ними. Но посмотрите повнимательнее на шкуры этих тварей. На них нет никаких следов, никаких ран, трупы крыс почти не разложились. По-моему, многие из этих сволочей издохли совсем недавно.
Калвер, заинтересовавшись рассуждениями механика, подошел к Фэрбенку.
– Черт подери, ты прав, – сказал он. Кэт и Эллисон не проявили особого интереса, но Дили тут же вскочил.
– Пожалуй, следует взглянуть на них поближе, – предложил он.
Калвер, Дили и Фэрбенк спустились по короткой лестнице в главный вестибюль, поеживаясь от крепких запахов, сразу же окутавших их, и опасаясь того, что могло скрываться среди этого разбоя.
– Вот, – показал Калвер.
Они с опаской подошли к одной из крыс. Выглядела она так, будто попросту уснула за трапезой. И только когда они подошли вплотную, удалось разглядеть остекленевшие глаза твари. Калвер и Дили наклонились над крысой, а Фэрбенк настороженно и бдительно поглядывал вокруг.
– Кровь на морде засохла, – отметил Калвер.
– Она жрала труп перед тем, как издохнуть.
– На ней нет никаких царапин, никаких ран.
Калвер ткнул в жесткую щетину туши дулом пулемета. Ему пришлось поднапрячься, чтобы перевернуть крысу на спину. Но и на груди животного не оказалось никаких ран.
– Так от чего же, черт возьми, она издохла? – недоумевая, спросил Калвер.
– Вон там еще одна, – сказал Фэрбенк.
Они направились к другой крысе, обходя разлагающиеся трупы. Так глубоко под землей насекомых почти не было, и по крайней мере это было достойно благодарности. Калвер опустился на колени у распростертого трупа крысы и перевернул ее. Пули прошили брюхо твари, и люди увидели, что ее шкура была просто сохранившейся оболочкой, под которой почти все сгнило.
Они пошли дальше, еще к одной крысе. И на ее теле тоже не было никаких ран. Мужчины отвернулись – вонь от крысы была невыносимая.
– А может быть, их отравили? – Калвер обвел взглядом другие трупы.
В остальных отсеках и коридорах дохлых крыс было больше, но люди больше не останавливались и не осматривали их. С них достаточно было того, что твари были убиты людьми, на которых сами же и напали. И вполне возможно, что многие из них погибли по иным причинам, нежели смертельные раны.
– Это вполне допустимо, – сказал Дили. – Но как именно их уничтожили, я не знаю. С чего бы это они стали брать отравленную приманку, если у них было полно пищи? Причем любой! Это же бессмыслица.
Он глубоко задумался. Но в тот момент, когда он собрался продолжить рассуждения, Кэт крикнула им с балкона:
– Пожалуйста, давайте уйдем! Здесь небезопасно!
Одной рукой девушка обхватила плечо, как будто ей было холодно, другой – стискивала пистолет.
– Она права, – сказал Калвер. – Но все это непонятно. Что-то за этим стоит еще? У меня такое ощущение, что от этого тянет, как ледяным сквозняком. Мертвые еще не успокоились.
Странно, но все поняли смысл его слов. У всех было то же самое интуитивное ощущение.
Они поднялись наверх. Теперь они торопились: к ним стала возвращаться настороженность, вновь поднявшийся страх превозмог усталость. Зрелище дохлых, но совершенно неповрежденных крыс снова разожгло мрачные предчувствия. Эта загадка заставляла их идти дальше, преодолевая страх. Гигантский подземный бункер охватил их мистической тайной, возможно, стал губительной западней для всех них. Было такое ощущение, будто бетонные стены сжимались вокруг них, тонны земли над их головами опускались вниз и давили все сильнее. Что-то огромное, непонятное и гнетущее всей тяжестью наваливалось на их плечи. Оно будто стремилось вдавить их в то, что таилось под этой подземной цитаделью.
Глава 28
Состояние электростанции объяснило им многое: от нее остался всего-навсего почерневший остов. Ее мудреные машины были теперь всего лишь обугленным, бесполезным хламом. Люди отвели глаза от темных холмиков на полу, бесформенных фигур, которые когда-то гуляли, болтали и были похожи на них.
– Что ж, теперь мы, по крайней мере, знаем, – сказал Дили, и в его словах была горечь поражения. – Они действительно сражались с крысами именно здесь. Пули, какой-то взрыв, словом, цепная реакция, выжгли все. И тщательное планирование, и вся наиновейшая технология уничтожены простым зверем. В конце концов, они узнали, кто был их истинным врагом.
Дили прислонился к стене. На мгновение показалось, что он вот-вот рухнет. Но он справился с собой, хотя все еще не мог глядеть на своих спутников.
– Так, значит, вот почему не было никакой связи: просто все было выбито из строя, – покачал головой Эллисон.
– Да, и связь и оборудование – все! Даже двери открыть было невозможно, – сказал Фэрбенк. – Ту, первую, на которую мы наткнулись, можно было открыть вручную изнутри. Вторая была приоткрыта, потому что в ней застряли двое, пытавшихся выбраться наружу. Но рот остальные двери, видно, закупорило намертво. Господи, да они же все оказались в западне в этой своей крепости!
– Видимо, у всех этих дверей не было электронного контроля, – предположила Кэт.
– Боюсь, что он был, – отозвался Дили, все еще не поднимая глаз. – Неужели вы сами не видите? Ведь это был объект особой секретности, самое недоступное место в стране. А вход и выход должны были иметь централизованный контроль.
Эллисон разволновался еще больше.
– Здесь должны быть другие двери, которые можно было отжать Руками. Кто-нибудь из людей, собравшихся здесь, внизу, должен был выбраться. Не могли же они все тут погибнуть!
– Выбраться куда? В эту радиацию снаружи? – Я все-таки не понимаю, почему до сих пор работает освещение, – сказала Кэт.
– Свет здесь был самым важным условием. Поэтому освещение защищено разными дублирующими устройствами. Представьте-ка себе все это в полной темноте.
Они даже не попытались этого делать.
– В штаб-квартире было четыре генератора, – продолжал Дили. – Предполагалось, что каждый из них должен подстраховывать другие, если те не сработают. Если откажет первый, то автоматически включается второй, если вдруг забарахлит и второй, его подстрахует третий.