Чтение онлайн

Еще одной причиной было, с одной стороны, неумение князя планировать, организовывать и проводить операции как силами флота, так с одновременным использованием флота и сухопутной армии, а с другой — нежелание отдать это планирование и организацию в руки своих адмиралов. Первое, возможно, имело свои корни в неудачной операции 1853 г., когда Меншиковым была допущена тактическая ошибка, которая едва не закончилась потерей Сухум-Кале.{1095} Что касается второго — то тщеславие главнокомандующего и его забота о собственной репутации в глазах Николая I общеизвестны. И если главнокомандующий решил рисковать, не подчинившись указаниям царя, значит, он действительно решил сыграть свою игру, надеясь, что результат превзойдет ожидания, а победителей, как известно, не судят.

В военную историю высадка союзников в Крыму вошла как предвестник многотысячных десантов XX в. В 1881 г. в Германии вышла книга военно-морского теоретика профессора Фердинанда Альтмайера «Война на море», в которой автор, опираясь на действия союзников в Черном море в 1854–1856 гг., разработал теорию действий флота во внутренних морях и при высадке десантов на побережье, занятом противником. По его мнению, действия союзников (автор рассматривает преимущественно французов) при переходе морем, выборе места для высадки, самой высадке — это образец грядущих десантных кампаний по правильности организации и точности выполнения.{1096}

Итак, мы останавливаем наше повествование в тот момент, когда уверенный в безупречности им задуманного Меншиков доносил императору, что закрепился на выгоднейшей позиции и не видит смысла в атаке высадившегося неприятеля на берегу.

«…Не признав возможным атаковать высаженные войска на плоском береге, обстреливаемом с флота, сосредоточил большую часть своих сил на выгодной позиции, в которой готовится встретить противника», и что «состоящие под его начальством войска, одушевленные рвением и преданностию престолу и Отечеству, с нетерпением ожидают минуты сразиться с неприятелем».

Письмо адмирала В.А. Корнилова адмиралу П. Ф. Метлику в Николаев

Спешу отправить вам сообщение, что вчера вышедший от нас пар. Владимир дал знать, что против Евпатории увидел неприятельский флот (18 кораблей, 7 пароходов); во весь день мы видели только дым одного парохода, вероятно, гнавшегося за Владимиром, который к вечеру исчез. Сегодня по утру дано знать через казака, что неприятель стоял в Козлове, а теперь он у нас в виду: по маневрам его надо полагать, что он желает пробыть некоторое время у наших берегов, и потому если Эльбрус не отправился, то лучше обождать. Приятели, конечно, походят, да и удалятся, малых же крейсеров оставить не решатся. Затем, прощайте, мы целые часы проводим на телеграфах, еще не привыкши к зрелищу чужих кораблей у входа в Севастополь; с нетерпением ждем (известий) о действиях союзников в Одессе; не понимаю, отчего так долго никого нет.

Письмо адмирала В.А. Корнилова адмиралу П. Ф. Метлину в Николаев

Пишу вам несколько слов, во первых, чтобы известить вас, что союзные флоты не покидают севастопольских вод; вчера пароходы подходили к Балаклаве и мы принуждены были туда прокатиться; между тем они ушли, напугав греческий батальон. Князь покуда не разрешает выхода Эльбруса. Надеюсь, что тесная блокада скоро ослабится. Оборона наша приводится в самое удовлетворительное положение; завтра будет освящение 8 пушек. Башни выстроены Волоховым на Северной стороне. Херсонский полуостров набит войском.

Бельбекская коса занята также целой армейской бригадой, остается желать изготовления 2-х кораблей и тогда, с 14 кораблями и 7 фрегатами, можно будет отважиться на что-нибудь. За матросами дело не станет; сегодня пришло до 400 человек, и до 15 мая соберется до 2 тыс. вольных матросов, которые смотрят весьма развязно, и обещают дополнить команды с излишком; хлопочите только о провизии. Двягин мне говорил, что водки очень мало, всего на 10 дней; надо будет обратиться к откупу, буде подрядчик не подвезет. Не пришлете ли юнкеров сухим путем, им бы приличнее было быть на кораблях. Попов, если не уехал, пускай еще подождет; я надеюсь, что скоро ему разрешат идти морем.

Письмо адмирала В.А. Корнилова адмиралу П. Ф. Метлику в Николаев

Отправляю курьера более для того, чтобы вас успокоить насчет Эльбруса. Он доплыл благополучно; 6-го на рассвете, при густом тумане, взошел на рейд; к Сизополю и Пендеракли не пускали, ибо ход был плохой, не более 8 узлов; вероятно, опять какие-нибудь беды в воздушных насосах или паровых трубах; теперь его осматривают. Накануне прихода Эльбруса, при прочистившемся тумане, подходили к Севастополю два английских парохода, так что надо благодарить Бога за Эльбрус.

8-го я выходил посмотреть, нет ли судов, но кажется, что союзникам наскучило блокировать нас. Туман помешал удалиться от порта, но кажется, что мы более не под караулом. Сегодня задул NW и, наконец, после многих недель чистый горизонт и летнее небо. К вечеру повесили какой-то парусный бриг.

Нового ничего, кроме новой глупости Серебрякова; вздумал отправить 140 балаклавцев и больных из Новороссийска в Керчь на греческих бригах; их и взяли англичане. Отряду Лаинса из 2-х винтовых кораблей и 4-х пароходов очень понравился Геленджик, нами очищенный; он туда заходил, посетив Феодосию, Керчь, Анапу и созывая там горцев, того и смотри, что изберут Геленджик пунктом для направления действий своих на Новороссийск и Анапу.

У нас готовится Гавриил к выходу из Дона, а за ним последует и Гавриил (повтор, так в тексте). Ожидаем с нетерпением первого… транспорта и с ним такелажа, в котором сильно нуждаемся, также будет ли у нас уголь-антрацит? Нельзя не выказывать признаков жизни, а всякое разведение пара уменьшает имеемый запас.

Прощайте, желаю вам здоровья, преданный вам В. Корнилов

Всеподданнейшая записка генерал-адъютанта князя Меншикова об обороне Севастополя и всего Крыма за №384 от 29 июня 1854 г.

По содержанию милостливого рескрипта, которым Ваше Императорское Величество удостоили мня от 18-го сего июня, всеподданнейше обязываюсь изложить мой взгляд на настоящее положение Крыма собственно в отношении к защите его противу неприятельских покушений.

Неприятель, как предполагать, возможно или сделает нападение на Феодосию, или постарается прорваться в Керченский пролив, или, наконец, высадить войско в Евпатории, либо между сим городом и Севастополем, чтобы устремиться на сей последний как на главнейшую цель войны, объявленной России.