Чтение онлайн

Дверь отворилась сама собой, угрожающе звякнул колокольчик, и три телепатических голоса пропели:

Видишь, смерть с косой идет?

Вот настал и твой черед!

В белый саван завернут

И под землю упекут!

Приглушенное хихиканье все же прорвалось из ума четырехлетнего Севви. Хор смолк, и я увидел, как в дверь проникает вереница маленьких, белых, скользких существ — они передвигаются, пищат, расползаясь по всей лавке. И естественно, тут же последовало музыкальное сопровождение:

Выползают червячки!

Выползают червячки!

Заползают под очки

И играют в дурачки.

Под землей теперь твой дом,

Обрастешь зеленым мхом,

Пропитаешься дерьмом

И не жалуйся потом!

Три бесенка, пасущих свое мерзкое стадо, с криками и смехом ворвались внутрь.

— Кошелек или жизнь, дядя Роги!

Книги вновь начали танцевать фанданго. Ящик старого кассового аппарата со звоном выскочил; купюры и мелочь разлетелись фонтаном и засыпали извивавшихся на полу червячков.

— Прекратите! — взвыл я.

— Обещаешь научить нас ругаться по-французски?

— Jamais! note 130

Выползают червячки!

Выползают червячки!

— Ну ладно, — зловещим шепотом произнес я и полез в карман брюк. — Есть только один выход из положения. Берегитесь! Берегитесь, разбойники! Сила Большого Карбункула обрушится на вас!

Я вытащил ключи за цепочку, мраморно-красный шарик в металлической оплетке зазвенел у меня в руках. Используя старый психокреативный трюк, всегда восхищавший детишек, я сделал так, чтобы брелок засверкал. Одновременно обхватил три маленьких умишка силой своего взрослого принуждения и с помощью психокинеза парализовал двигательные центры ползущих червяков.

Мальчишки завизжали, высунули языки, выпучили глазенки посреди размалеванных лиц и один за другим попадали на пол, держась на безопасном расстоянии от денег, перемешанных с непонятными белыми тварями.

Я размахивал над ними Большим Карбункулом, словно coup de grвce note 131 , потом засмеялся и отставил принуждение. Племянники весело запрыгали, а я велел им обождать, пока заряжу видеокамеру. Они встали в позу, состроили рожицы, и я их запечатлел.

— Давай посмотрим, давай посмотрим! — закричали они и устремились было в мой кабинет, но я их остановил строгим окриком:

— Стоп! А кто будет убирать вот это безобразие?

Маленький Северен подкупающе улыбнулся.

— Дядя Роги, да это же просто порезанные спагетти. Правда, похожи на червяков?

— Правда! — вздохнул я, подумав о том, сколько моих коллег стали жертвами подобного обмана.

— Пошли, посмотрим кассету, — сказал Филип.

— Только быстрей, дядя Роги, — предупредил Морис. — А то мама нас убьет, если мы не вернемся к десяти домой.

Я достал пластиковый пакет и швабру.

— Сперва соберите ваших червячков и деньги. А когда придете домой, рассортируете, отчистите и все до последней монетки мне вернете.

Зазвонил телефон. Погрозив бесенятам, я снял трубку. Дени решил не полагаться на мою телепатию.

— У нас плохие новости… Нет-нет, — поспешно добавил он, — никто из близких не пострадал. Но тебе лучше поскорей прийти к нам домой. Новое развитие событий обернулось принудительным выпадом, похожим на недобрую шутку.

— Дети здесь. Я приведу их.

Я повесил трубку и телепатически окликнул:

Оставьте! Бросьте эти макароны, мы идем домой.

Они сразу поняли, что я настроен серьезно и превратились из маленьких дьяволов в послушных оперантных мальчиков. Я выключил свет, запер лавку, мы свернули за угол на Саут-стрит и прошли квартал до их дома. Ряженых детей на улице уже почти не осталось. Мы быстро миновали библиотеку, где перед входом красовалась экспозиция вырезанных тыкв — творчество хановерской молодежи. Возле дома Дени и Люсиль я с удивлением обнаружил пять припаркованных машин. Мы поднялись на крыльцо, дверь отворилась; нянька Айеша Эль-Джоали, сильная субоперантка, — повела детей наверх, а мне мысленно передала приглашение присоединиться к остальным в гостиной.

Почти вся Группа была в сборе. Гленн и его жена Колетта, Салли и Гордон Макалистер, здоровяк Эрик Бутен, после ухода Трамбле занявший место начальника отдела общественных связей, уселись вокруг столика с разложенным атласом и тихонько переговаривались. Дени, Туквила Барнс и Митч Лозье сидели рядышком в креслах, принесенных из столовой, и за спиной у них стояла Люсиль. Мужчины пребывали в состоянии внетелесного транса. Настенный телеэкран работал с выключенным звуком и представлял расплывчатую картинку какого-то города, снятого с воздуха. Часть городских зданий была объята пламенем, другую окутывали облака дыма.

— Бог мой, что стряслось?! — вскричал я.

Люсиль приложила палец к губам и кивнула на внетелесников, занятых дальним созерцанием бедствия.

Алма-Ата , мысленно сказала она. И другие города тоже. В советской Средней Азии началась гражданская война, развязанная силами извне. Первый удар нанесен по Алма-Ате из-за ее университетского корпуса оперантов.

Тамара!..

В безопасности. После конгресса в Монреале она с тремя детьми и Петром заехала погостить к Джейми в Эдинбург… Слышал, Тамарин средний сын Илья и Кэти Макгрегор на прошлой неделе объявили о своей помолвке?

Нет.

Представь себе, так вот, жених и невеста отправились на Айлей навестить бабушку Джеймса, ей девяносто шесть лет, и там застряли. Они уже два дня назад должны были улететь, сам Бог их удержал… Но другие… весь цвет советской метапсихологии… Ох, Роги, там собралось так много МИРОЛЮБЦЕВ, высших умов, а вся университетская территория в вихре огня. Барнс сканирует ее, и мы так боимся!..

Который час теперь в Алма-Ате?