Чтение онлайн

— Прости, я не хотел.

— Друзья? Как раньше? — Она протянула ему руку ладонью вверх, показывая шрам, оставшийся после его посвящения в Коты.

Он пожал ей руку, и их зажившие раны соприкоснулись. Но ему все еще было трудно встречаться с ней глазами. Ему открылось уязвимое место в женщине, которую он уже начал было уважать наравне с немногими своими предыдущими учителями: отцом Максом, Эвереди, капитаном Ле Авре. Он полагался на нее и до случая в поезде готов был с радостью идти за ней на любой риск.

Он усмехнулся сам себе: кто он такой, чтобы судить? Разве сам он всегда поступал правильно?

Курианам это понравилось бы: закадычные друзья, потерявшие друг к другу доверие, когда им со всех сторон грозит опасность. Да они с удовольствием пожертвовали бы несколькими военными охранниками, чтобы поссорить парочку Котов. Он не должен позволять, чтобы его чувства сыграли на руку неприятелю.

К тому времени когда они доехали до Манхэттена, Валентайн знал о деятельности Ролана Виктора не меньше, чем Дювалье. Она объяснила, что у агентов Виктора есть отличительный знак — буква V, которую они демонстрируют тем или иным способом. К примеру, у водителя их грузовика на приборной доске лежал карманный нож, раскрытый в виде буквы V. У Виктора была своя агентурная сеть, протянувшаяся от Канады до Миссисипи и дальше в Мексику. Настоящая паутина, состоящая из друзей, друзей их друзей и так далее, занимающаяся подпольной торговлей, на которую куриане закрывали глаза, покуда речь шла о предметах роскоши, а не об оружии.

У водителя были вполне легальные дела в управлении полиции, и последние несколько миль им пришлось преодолеть пешком. Они прошли сквозь пустой каркас того, что некогда было Университетом штата Канзас. Они увидели обгоревшие оконные рамы, но несколько высоких окон трехэтажного актового зала были забраны новыми железными решетками.

— Теперь здесь склад, — пояснила Дювалье, когда Валентайн по привычке принялся считать часовых и транспорт.

Они свернули на дорогу, покрытую черным, блестящим, словно меласса, [3] асфальтом.

Валентайна изумили владения Виктора на берегу озера Милфорд. Контрабандист не пытался скрыть плоды своего высокодоходного бизнеса. Подстриженные лужайки, статуи, ухоженные деревья, декоративные садики, цветочные клумбы и обсаженные кустами уединенные гроты были для Дэвида совершенно внове. Он поймал себя на том, что прикидывает, сколько картошки можно вырастить на простиравшейся перед ним лужайке.

Прочный дом из розовато-серого кирпича, казалось, был построен лишь для того, чтобы поддерживать его неимоверно огромную дверь. Вал не удивился бы, если б гости заезжали внутрь верхом, не слезая с коня.

— Мы зайдем с черного хода. Парадная дверь — для общества, а для деловых визитов есть дверь поменьше.

Дювалье осторожно постучалась, и Ролан Виктор вышел им навстречу. У него уже был посетитель — человечек в кожаной кепке, такой маленький, как будто его распилили пополам. Или, может быть, он только казался таким по сравнению с высоким дородным контрабандистом. Крупную располневшую на мясе и пиве фигуру Виктора скрадывал умело скроенный костюм. Валентайн за всю свою жизнь видел всего-то несколько настоящих костюмов, а уж накрахмаленную рубашку — вообще впервые.

Квадратное лицо хозяина, обрамленное жесткой шевелюрой и густыми черными бакенбардами, расплылось в приветливой улыбке:

— А-а-а, городские гости. Судя по вашей форме, служивый, из Небраски. Входите и, пожалуйста, не беспокойтесь об обуви. Неужели это моя дорогая Дю? Как давно мы не виделись. — Он обернулся к своему посетителю. — Прошу прощения, мистер Н, но придется прервать нашу милую беседу. Могу я надеяться на встречу с вами, когда вы вернетесь из деловой поездки?

— С удовольствием, мистер Виктор, — ответил гость, подражая если не изысканному произношению Виктора, то хотя бы его любезному тону. — Сию минуту ухожу.

Виктор проводил посетителя до двери. Мистер Н был немного горбатым, и глядя, как они идут к выходу, Валентайн вспомнил циркача с дрессированной обезьянкой, которых когда-то видел в Чикаго.

Контрабандист вернулся к новым гостям. Дювалье представила Валентайна просто Дэвидом. Виктор пожал ему руку, одновременно придержав за предплечье. У кого-нибудь другого таких же габаритов этот жест показался бы подавляющим, если не угрожающим, но у Виктора демонстрировал лишь дружелюбие.

— Кофе? Что-нибудь выпить? — спросил он, направляясь к зеркальному бару.

Валентайн и Дювалье уселись, отдав должные «о-о-о» и «ах» аромату кофе. При первом же глотке Валентайн вытаращил глаза от удовольствия: у напитка был бодрящий насыщенный шоколадный вкус. Он видел, что Виктор налил что-то из хрустального графина в свой кофе. Валентайн обвел глазами комнату. Виктор определенно питал слабость к статуэткам. В основном это были черненые бронзовые ковбои, скачущие на лошадях, с лассо и ружьями. Валентайн поискал название фирмы. Он не знал, что оружейная компания «Ремингтон», помимо прочего, выпускала сувениры.

— Ну, дети мои, чем могу быть вам полезен? — спросил Виктор, едва пригубив свой ирландский кофе.

— Нам нужна информация, — сказала Дювалье. — Мы тут ищем кое-что. Или кое-кого.

Виктор подался вперед, сидя на обтянутом кожей стуле, покорно выдерживающем его внушительный вес. Он сидел, подперев массивный подбородок правой рукой.

— В самом деле? Не удивлюсь, если охота продвигается не слишком успешно, раз уж вы даже не знаете, выслеживаете вы кого-то или что-то.

Дювалье вздохнула:

Дело в том, что это и то и другое. Что — некая новая военизированная организация, учрежденная курианами. На их знамени что-то вроде старой свастики времен двадцатого века, только перевернутая. А кто — это человек. Мы не знаем его имени, но он состоит в чине генерала. Похоже, так его и зовут окружающие — Генерал.

— Как они передвигаются: автотранспортом или по железной дороге?

— Нам известно, что они пользуются поездами, — ответила Дювалье. — Маскируются под обычные товарные составы. Последние достоверные сведения, которые у нас есть, — это то, что они были в марте в Оклахоме. И, судя по всему, направлялись на север. О грузовиках сведений нет.