Чтение онлайн

Политические споры и разговоры среди малознакомых людей во все времена и во всех мирах — как считала Вика — всегда были довольно скользкой, а порой и опасной темой. И Галл, и его собеседник Штекван видимо тоже так считали, и как только намечалось хоть какое-то разногласие между ними, тут же благоразумно возвращались к теме о бабах.

Десятника, который толкнув своего товарища, третьего в их компании, не спеша и тихо поднялся, Вика приметила ещё до того, как он начал двигаться.

А двигался десятник к костру с разговорившимися дежурными.

— Ты там ничего не видишь? — Штекван показал рукой на лес, в стороне противоположной той, откуда надвигался десятник, подготовивший для удара меч.

— Где? — уточнил Галл.

Дальше ждать не имело смысла. Так решили гости, одномоментно сдвинувшись к Галлу, так решила и Вика, ударившая Замедлением.

Под её заклинание попали не только Галл с десятником и Штекваном, но и тот третий из компании гостей, чьё имя Вика не потрудилась запомнить.

— И правда, по нашу, вернее по твою душу явились, — прокомментировала негромко попаданка Урании происходящее и выпрыгнула из фургона, — так, и что нам дальше делать?

— Ты их убила? И Галла тоже? — Урания последовала за подругой.

В слабом свете тлеющего костра и местной луны виконтессе плохо было видно произошедшее — она разглядела только обездвиженные тела.

— Да живы все. Только шевелиться не могут. Хотя Галла мы сейчас оживим. Трах-тибидох-тибидох, — исцеление мигом поставило Галла на ноги и тот вскочил, но Вика не дала ему поднять шум, — Не ори, дети спят. Точнее, дитё, наши парни и Сакор. А эти-то уроды как раз бодрствуют. Только вот, мне кажется, до них ещё только начинает доходить, что их сейчас ждёт. Давай, подтащи уродов к костерку. И того, третьего не забудь.

— Значит, этих уже трупов братец послал?

У виконтессы на лице была такая гамма чувств, что Вика посмотрела на сваленных Галлом возле костра наёмников с жалостью.

— Ты бы ботфорты надела, — посоветовала она Урании, сама Вика обувь на ночь не сняла, — Тоже думаю, что Даман отправил, но надо будет их самих спросить. Только вот, думаю, гвардейцев твоих и Свона сейчас прямо разбудить или до утра подождём?

— Вика, пожалуйста, я всё равно не усну…

— И я теперь тоже, — поддержал виконтессу кузен.

— Ладно тогда. Свяжи их хорошенько, Галл. Не хочу пока, чтобы твои гвардейцы знали, как я их умиротворила, — пояснила Вика Урании, — А потом уж растолкайте капитана и остальных. Я только спросить забыла, кто-нибудь в нашем отряде пытать-то умеет?

— За это не переживай, — засмеялась будущая герцогиня, — найдётся кому.

Всё равно за неполные восемь недель Вика не могла целиком вписаться в этот новый мир. Устроиться — да, устроилась уже более или менее. Можно даже сказать, вполне неплохо обосновалась. И есть основания предполагать, что сумеет достичь гораздо большего. Но вот с восприятием этики этого чудовищно, по её прежним понятиям, жестокого мира у попаданки было далеко не всё в порядке.

Предрассветный сумрак Вика встретила в сотне шагов от места стоянки, в густом ельнике, куда она ушла, чтобы якобы побродить по лесу.

Если бы эти трое наёмников — а то, что их гости действительно солдаты удачи, нанятые Даманом, стало ясно с первых же слов, которые из них выбили — совершили нечто подобное тому, что сделали с Неллой четверо аристократов во главе с Нигасом, Вика не только смогла бы спокойно смотреть на их мучения, но и внесла в процесс свою лепту.

А обычные наёмные убийцы, с её точки зрения, вполне заслуживали смерти, но никак не того, что с ними стали делать капитан Розенг и остальные члены их отряда, включая Уранию.

— Пора, — сказала она себе вслух, услышав предсмертный вопль последнего остававшегося в живых наёмника.

Вопреки её опасениям, ничего похожего на скотобойню на поляне она не обнаружила. А посмотрев на трупы, пришла к выводу, что имея в отряде мага, знающего конструкт Пламени, заниматься какими-то особыми изощрёнными пытками нет смысла — боль ожогов развязывает языки качественно.

— Госпожа, прости, это моя вина, — каялся барон, встав перед Уранией на колено, — и ведь понимал, что узурпатор обязательно вышлет погоню, но я думал, это будет крупный отряд, а не мелкие группы убийц.

— Встань, капитан, — устало сказала виконтесса, — я тебя ни в чём не виню. Я и сама такого не предполагала. Но Даман…, — тут девушка увидела появившуюся из леса подругу, — Вика, спасибо тебе. Ты уже…, — по «страшным» глазам попаданки Урания быстро смекнула, что говорить про «второй раз» не следует, — ты спасла меня. Хорошо, что ты не уснула…

— Да. Всё хорошо, что хорошо кончается, — Вика подошла к виконтессе и обняла её, — но, как я поняла, мы уже всё выяснили, уснуть всё равно никто из нас не уснёт. Светает. Так может начнём собираться?

Мужчины, кроме Галла, немного поспали, Урания с Хентой — кстати, совершенно равнодушно реагировавшей на происходящее — могут поспать и во время движения, она сама может обойтись и без сна, а Галла незаметно подбодрит. Поэтому смысла дальше здесь оставаться она не видела.

Собрались довольно быстро, решив позавтракать в дороге сухомяткой, а уж горячим пообедают в том самом трактире Старика, который так рекламировали несостоявшиеся убийцы. Их трупы возница перетаскал подальше в лес. Закапывать не стали. В здешних местах водились волки, и пусть — как знала Вика — они были мелкими и на людей практически никогда не нападали, но падаль отыскивали быстро и уничтожали почти полностью. Наверное правильней бы было называть местных волков лесными гиенами.

— Вика, а тебе кто-нибудь нравится? — Урания так и не уснула за те два гонга, что они проехали с той поляны, — Я имею в виду, у тебя уже кто-то есть?

— Тебе надо поспать хоть немного, я-то обойдусь.

Говорить с кем-то о Деборе Вике не хотелось. Да и он ли её избранник? Конечно, виконт Карлайтский ей нравится, но в своих чувствах к нему Вика не разобралась и разбираться пока умышленно избегала. Если не считать той, почти детской, влюблённости в своего одноклассника Сашку, по настоящему она ни в кого влюблялась. Увлечения были, но не надолго и не всерьёз. Но вот что у Вики всегда имелось в характере, так это полное нежелание хоть с кем-то свои личные проблемы обсуждать. Кроме бабули. Но её рядом нет и не будет.