Выдох синевы

ночью мелом очертить

круг…

чем бы сердца заглушить

стук…

впору требы чтить и чтить

вслух,

угол зренья заострить

букв,

в стены башни лить и лить

дух…

эти стены не пробить!

Ух!

Начал хрипло голосить

петух!

Утра солнечная нить

на образах…

Хватит! Хватит отводить

глаза!

20.09.15

эта Муза не терпит лени,

взяв за горло, уже не

отпустит,

диктатура ее наставлений

иногда доводит до…

грусти,

эта Муза, брови насупив,

ворожа опереньем

крыла,

точно в пыточной, словно зубы,

вырывает с корнем

слова!

27.09.15

вот и летние дни отлетели,

словно листья осенних

осин,

и пошли-покатились недели –

колесом, что лишилось

оси…

скрипнет снег под тяжестью тени,

рукавами всплеснет

Нева –

наводнения и метели

уже скоро (считай – дотерпели)

в Петербурге начнут

карнавал!

28.09.15

заколдованный строками

круг

под конвоем каменных скул.

Хладнокровен и строг

Петербург –

не одну уж судьбу погнул!

Но когда он уходит в загул,

словно пламенный

демиург,

издает многотомный Гул

наводнений, балтийских

бурь,

сквозняков с междометием «У-у!».

И бурлит, и бурлит

Петербург!

А из глаз так и льется

лазурь!

02.10.15

под серебренником

луны

этот город не спит –

распят!

От Сенной, под конвоем

тьмы

впереди, что ни вид –

яд!

Как положено, лужи

лжи

по-предательски с блеском

льстят!

Повернуть бы дышло

души –

на войне и без свиты

свят!

Ночью тени вдвойне черны,

как провалы в памяти.

Взгляд

распаляет в зрачках угли,

натыкаясь во мгле

на углы,

по пути в Гефсиманский

сад.

08.10.15

распахнуло объятия небо –

ну, здорово, осенний лист!

позолотой косишь под Феба,

неужели такой же Артист?!

виртуозен вираж – признаю,

кульбиту, пожалуй, зачет,

ты, похоже, попал в струю!

а вот эта «дорожка» – не в счет,

ничего, что ветер – держись! –

подороже продай свою жизнь!

да уж, вижу – не самолет…

даже лучше – крутой разворот!

Браво! Браво! А можно на бис?

снова вверх, пируэт и – вниз,

вот пике, так пике – улет!

продолжается твист.

Лед.

14.10.15

устремленные ввысь флюиды,

словно грива гнедого

огня,

изогнувшись в полете игриво,

вдруг спохватятся – как там

земля?!

Но притихнув лишь на мгновение,

отразившись в вечной

Неве,

до безмолвного самозабвения

с новой силой блеснут

в синеве!

14.10.15

тебе я памятник воздвиг

нетленный,

не пригодились мне

ни бронза, ни гранит,

на берегу Фонтанки

постамент отменный,

на нем невидимый

субъект энергии стоит!

Ну что, не узнаешь –

ведь это ты, как есть!

Ни снег, ни голуби

тебя не потревожат,

по трафарету серебром

указано в чью честь

сей монумент.

И ошибиться

никто уже не сможет!

16.10.15

снизошло до города небо,

опрокинуты облака,

словно ставшая былью небыль,

из глубин веков разлита…

и почувствуешь в горле жжение,

в потрясении,

чуть дыша,

захлебнется, забьется

душа

мелкой дрожью от напряжения

схватки с городом

из дождя!

20.10.15

Ах, какой же кавардак вызывает мягкий знак!

Итак:

I. (Корабле-кружение)

Только-только в руке был мел,

чуть отвлекся – маячит мель,

на нее от удивленья так и сел,

тут откуда ни возьмись – сель!

Долго-долго что-то вкусное ел,

неужели корабельную ель!?

На скале обнаружен скол,

пока трудно судить сколь

велик или мал стол –

неожиданно все это столь,

где тянулся к горизонту мол,

ходит-бродит линкором моль,

словно мощный морской вол,

вместо плуга – якоря воль,

а зачем нам опасный тол?

Одну букву добавим – толь!

Кинозал на премьере пуст,

как бы это помягче – пусть!

Самый маленький скромный бур

спит и видит себя среди бурь!

II. (Ос-мысление)

Надо, надо менять Гост –

на пороге стоит редкий гость –

вот так вызов для зубных паст –

саблезубого тигра пасть!

Тут всех выручил сэр Билл –

взял в парламент, да и внес билль!