Чтение онлайн

Мимо фургончика прошла шумная компания молодежи. Парень с массивной челюстью и противными бычьими глазками замечает меня в кабине и присвистывает. Окидываю пошляка презрительным взглядом. Да, не повезет его будущей супруге. Такие нахалы обычно любят распускать руки.

– Пэнни, какая тушенка? Ты в своем уме? – восклицает отец. – Не говори глупостей. Хозяин развлекательного центра и всего местного кинобизнеса – мой старый приятель Оскар. Я тебе рассказывал о нем. Мы вместе служили, потом воевали на Ближнем Востоке. Он человек надежный, с твердыми принципами. Поработаешь в видеосалоне на кассе. А там, глядишь, может, Оскар и подыщет тебе что-то посолиднее. Ты ведь у меня умница.

Я скептически выслушиваю отца. Несмотря на все эти препирательства, я его люблю и уважаю. Папа сильный. Не такой, как остальные, – он не скатился на дно, не спился, не озлобился, не ушел работать к мафии. После смерти мамы не пал духом, понимая, что ответственность за мое будущее теперь лежит на его плечах. Я очень это ценю.

С помощью небольшого кредита и суммы, отложенной на черный день, отец открыл небольшой магазинчик по продаже охранной сигнализации, оружия и сопутствующей атрибутики. Мы кое-как сводим концы с концами. Но главное в том, что в нашем доме нет места ссорам и оскорблениям.

– Посмотрим, что это за видеосалон. Но предупреждаю, в случае чего – уволюсь!

– Уверен, у Оскара все чисто. Я его знаю. Так что, Пэнни, не подкачай. Сама знаешь, у меня в магазинчике дела в последнее время идут худо. Твоя зарплата могла бы немного облегчить ситуацию. Главное, не вешай нос. Не все так плохо в Бейсин-сити. Даже порядочная девушка может здесь найти свое место. Вспомни маму, которая поставила перед собой цель зарабатывать танцами, но не согласилась ни на роль стриптизерши, ни на эротические костюмированные представления в мюзик-холле. Она дождалась своего шанса и нашла место в хореографической школе. Так что бери пример с нее, и у тебя все получится.

– Ладно, хватит убеждать. Пойдем к твоему Оскару.

Я флегматично выбираюсь из машины. Мы поднимаемся по ступенькам, проходим небольшую колоннаду.

– Норман, сколько лет, сколько зим!.. Давно не виделись. Заходите.

Оскар, улыбчивый мужик ростом более шести футов, пожимает отцу руку и жестом приглашает нас войти.

– Знакомьтесь. Моя дочь Пенелопа. Мистер Оскар Голдис.

– Очень приятно. Зови меня просто Оскар, не люблю всех этих «мистеров», хорошо?

Я согласно киваю. Простота в общении – редкое качество для владельца любого успешного бизнеса.

– Мне как раз нужна такая красавица, чтобы привлекать покупателей в видеосалон. Будете работать консультантом в отделе фильмов про животных.

Мы пересекаем просторное фойе и заходим в видеосалон, расположенный слева. Я никогда не была внутри, поэтому масштаб меня поражает. Длинные стеллажи с дисками, на стенах – плазменные экраны, к которым подключены наушники.

– У нас можно найти все, что вам угодно, на любой вкус и возраст. Нигде в Бейсин-сити нет ассортимента богаче. Ну и как вам, Пенелопа?

– Вроде бы ничего.

– Насчет зарплаты – не обижу. Как вам такая? – Оскар достает из кармана визитку и ручку, пишет цифру и протягивает карточку мне.

Его предложение меня приятно удивляет. Если честно, я рассчитывала на сумму почти в три раза меньшую.

– А вы, я вижу, не жадный, – говорю я и улыбаюсь.

– Был бы жадный, сам сидел бы за кассой. У нас бизнес респектабельный, а для Бейсин-сити это большая редкость. Так что мы должны держать планку не только в отношении цен.

Мне нравится этот Оскар. Он доброжелательный, не фамильярный, с чувством юмора. По сравнению с предыдущими начальниками – небо и земля. Таково мое первое впечатление. Плюс рекомендация отца. А это дорогого стоит.

Договорившись о графике и прочих деталях, мы возвращаемся в фойе. Отец пожимает руку Оскару, и мы собираемся уходить.

Неожиданно позади раздается громкий возмущенный крик:

– В гробу я видела подобную работу! Я на такое не подписывалась!

Я оборачиваюсь и вижу, как из боковой двери выскакивает женщина, миниатюрная брюнетка лет тридцати с кудрявыми короткими волосами и пошловатым макияжем. Из одежды на ней только бюстгальтер и трусики. Над верхней губой небольшая родинка, похоже, нарисованная. Явно ночная бабочка из Старого города. В ее глазах читается страх. Девица в ужасе захлопывает дверь и бежит в сторону выхода.

Она поворачивает голову к дверям, откуда только что выскочила, и кричит:

– Чтобы я еще раз связалась с этим гадюшником! Ни за что! Не дождешься, Оскар! Катитесь все в ад! Ничего, скоро приедет сенатор Кэрри, я ему обо всем расскажу. Пусть узнает, что за ужасы тут творятся!

Из-за двери до меня доносится рычание, скорее всего собачье. Такое впечатление, что там заперта свора диких псов, готовых всех разорвать в клочья. Я шокирована происходящим. Почему эта путана здесь оказалась? Что за собаки в соседнем помещении?

– Не беспокойтесь, все в порядке, – тут же успокаивает нас Оскар с добродушной улыбкой на лице. – Такое изредка случается. Просто в том зале сейчас проходят съемки рекламного ролика собачьих консервов. Актриса попалась скандальная, нервы не выдержали.

– Ничего себе актриса. На экране они, кажется, выглядят куда приличнее, – произношу я с сарказмом.

– Пэнни, это Бейсин-сити, а не Голливуд. Все красавицы заняты или требуют слишком большого гонорара. Так что приходится приглашать тех, кто уж есть. Ладно, мне пора бежать по делам. Извини, если тебя испугала та женщина. Больше такого не повторится. Скажу, чтобы на время съемок закрывали двери на ключ.

Отец, молча наблюдавший за происходящим, кивает приятелю, и мы возвращаемся обратно в фургон. Ну вот, теперь у меня новая работа. Приемлемый график, с двенадцати до семи вечера, два выходных, бесплатный обед. Я обязана раскручивать покупателей купить побольше дисков. Если мой новый босс ничего не скрывает, то жить можно. Да и деньги неплохие, даже получится кое-что откладывать.

После долгого времени безденежья любой доход в доме вызывает радостные эмоции. Пока я искала подходящий приработок, мы с отцом жили на мизерную прибыль от магазина. После оплаты налогов, счетов за электричество, отката мафии оставалось только на то, чтобы кое-как протянуть до следующего месяца. Теперь дела пошли в гору. Отец, обычно сдержанный и хмурый, даже стал чаще улыбаться.