Чтение онлайн

Охотник охал и время от времени стонущим голосом просил внести его в тепло.

– Нельзя, – отвечал доктор. – А то ноги совсем пропадут. Придется тогда их отрезать. Надо, чтобы они отошли на морозе. Ты уж потерпи.

Прошел час, может быть два. Наконец доктор прекратил растирание.

– Всё, – сказал он. – Готово, отогрели. Охотника сняли с саней и внесли в приемный покой. Таким образом, я присутствовал при оказании первой помощи обмороженному.

Правильно ли поступил доктор, не внеся сразу больного в тепло и оставив его на морозе?

Да, по-тогдашнему общему мнению почти всех врачей, действия таганрогского доктора были совершенно правильными. Они вполне соответствовали тому, чем руководствовались в борьбе с обморожениями.

В медицинских журналах время от времени появлялись статьи специалистов на тему об отморожении, которые подтверждали, что быстрое отогревание вредно.

А один ученый предложил даже такую систему отогревания, которая, по его мнению, должна была давать самые прекрасные результаты. Он рекомендовал зарывать замерзших голыми в снег, так как, хотя снег теплее воздуха, но не намного; затем опускать их в ванну с холодной водой, так как, хотя эта вода теплее снега, но тоже не на очень много; затем укладывать в холодную постель в холодной комнате, так как это лишь чуть-чуть теплее холодной воды. Вот тогда только можно было приступить к растиранию и массажу. Конечно, это была крайность, граничившая с нелепостью, но она показывает, насколько крепко укоренился взгляд на необходимость в постепенном переходе от холода к теплу при лечении отморожений.

Подобные теоретические воззрения и привели к созданию твердо установившегося способа первой помощи обмороженным. Пострадавшего вносить в теплое помещение не позволяли. Отогревать путем растирания и массажа следовало только на холоде, во дворе или в неотапливаемом помещении.

Это и был способ медленного согревания. Им пользовались всегда и всюду, в разных странах и в разные времена, в мирную и военную пору. Он господствовал среди врачей и был широко распространен среди населения.

Вот почему привезенного в таганрогскую больницу охотника растирали во дворе и долго держали на морозе.

Доктор, кроме того, боялся, чтобы не сломались отмороженные пальцы. Он, как и множество других врачей, был убежден в том, что мороз делает замерзшие ткани и органы твердыми и ломкими, как стекло.

Каждую зиму немало людей отмораживают руки и ноги.

Спустя более или менее значительный срок после отогревания кожа отмороженных участков распухает, покрывается пузырями, чернеет. Чернеют и мышцы, лежащие под кожей. Болезненный процесс захватывает нередко и кости. Отмороженный участок омертвевает.

Так тянется много недель, даже месяцев.

Конечно, не у всех пострадавших наблюдается одинаковая картина. Бывает, что после растирания и отогревания кожа теряет мраморный вид, отек исчезает. Жжение и болезненность прекращаются. Пальцы рук или ног снова приходят в нормальное состояние.

Такой благополучный исход наступает обычно лишь при отморожениях так называемой первой степени, самой легкой.

Но если появляются пузыри, большие отеки, поверхность кожи чернеет и частично омертвевает, то это уже грозит более длительным заболеванием. Даже после выздоровления ранее отмороженный орган будет давать себя знать болями, ломотой, покраснением, опуханием при морозах.

Это вторая степень отморожения.

К самым тяжелым повреждениям приводит третья степень отморожения, когда погибает не только верхний слой кожи, но и подкожная клетчатка, сухожилия, мышцы, кости. Всё это становится черным, точно обугленным, некротизируется.

Так тянется месяцами и даже годами-. В конце концов омертвевшие, высохшие ткани отторгаются, отпадают, остается культя стопы или кисти.

Такова третья степень обморожения. Именно она после отморожений и превращает людей в калек, в инвалидов.

Как боролись с последствиями отморожений?

Вначале этим занимались преимущественно хирурги. Они рассуждали так: отмороженная ткань почернела, – значит, это место полностью омертвело. Надо его отрезать целиком до самой границы здоровой ткани, лучше даже прихватить еще и краешек здоровой ткани. Иначе говоря, сделать так называемую ампутацию, отсечение. А потом сшить разрез, чтобы образовалась правильная культя. На правильно зажившую культю уже не трудно надеть протез.

Так в основном и лечили обмороженных.

Был ли этот способ лечения хорошим? Казалось бы, да: способ этот и быстрый, и радикальный. На самом деле всё больше и больше появлялось указаний и сообщений, что эти операции приносили мало хорошего. При такой ранней ампутации, когда даже картина болезни еще недостаточно определилась, часто отрезали ткань, которая могла бы жить. А на кисти или на стопе каждый кусочек мышц, кожи, сухожилий очень ценен, незаменим, потому что сохранение их может уменьшить инвалидность.

Кроме того, хирурги жаловались, что после операции ожидаемого быстрого заживления не наступало. Культя гноилась и начинала некротизироваться. Спустя некоторое время приходилось делать новую операцию: отсекать еще один участок конечности, кусочек омертвевшей культи.

Бывало и так, что после второй операции делали третью. Болезнь затягивалась. Радикального и быстрого излечения не наступало.

Хирурги стали избегать этих операций. Всё больше распространялось мнение, что отмороженные ткани нельзя лечить хирургически, что их надо щадить, применять тепло, электризацию, покой, – словом, всё что угодно, но только не нож.

На смену хирургическому, активному, методу пришел выжидательный, так называемый консервативный, метод.

Теперь стали предоставлять возможность отмороженным тканям некротизироваться и постепенно превращаться в сухое, черное, мертвое, похожее на мумию вещество, которое в конце концов само отпадало, отторгалось. Так же постепенно в месте отторжения начинали образовываться грануляции, – разрастания клеток здоровой ткани. И тогда появлялся рубец. Если рубец был прочный, крепкий, не гноился, не изъязвлялся, то он и был поверхностью культи. Если рубец не подходил для этого, то можно было его срезать и зашить рану для создания нового, лучшего рубца.

Консервативный способ занял главное место в лечении отморожений.

Хороший был этот способ? Конечно, он имел преимущества по сравнению с прежним способом. Он меньше калечил людей. Уже не приходилось делать серию ампутаций – одну за другой.

Однако он обладал не только преимуществом. И у консервативного метода были свои недостатки, и притом очень крупные. Продолжительное разложение тканей отравляло и ослабляло организм, вредило таким жизненно важным органам, как печень, почки, вредно действовало на кровеносную систему, на стенки сосудов, на сердце. А бывало и так, что из очагов гниения, в которых кишели микробы, инфекция пробиралась внутрь тела и вызывала общее заражение крови – сепсис.