Чтение онлайн

Надо сказать, что полет в субстратосферу совершался не на самолете и не на дирижабле. Он происходил в барокамере.

Барокамера – это помещение, из которого можно выкачать воздух, а тем самым и резко уменьшить количество кислорода. По желанию можно и накачивать воздух. Следовательно, в барокамере создается воздух любой степени разреженности, соответствующей любой высоте над уровнем моря. Находясь в помещении с таким воздухом, живые существа чувствуют себя так, словно они, поднявшись на самолете, попали в атмосферу именно такой плотности.

Так, не выходя из барокамеры, можно «подняться» на любую высоту.

Десять кошек совершили подобные полеты. Некоторые из них, подобно Собику, погибли. Другие поправились, остались живыми. Но и у них еще долго наблюдались те же тяжелые расстройства: судороги, сильная одышка, перебои сердечной деятельности, падение кровяного давления.

Вызывали у исследователей удивление эти нарушения жизненных процессов? Нет, нисколько. Они были совершенно закономерными. Когда не хватает кислорода, такие явления должны наступать и у животных и у людей.

Вслед за десятью пострадавшими кошками в барокамере появились другие путешественники – новые двенадцать кошек. Их также заставили проделать тем же способом «полет» примерно на ту же высоту.

Но эти воздушные пассажиры иначе перенесли свое субстратосферное путешествие. Их самочувствие ничуть не изменилось. Они вели себя на самой высшей точке «полета» так же, как и внизу, на земле. Дыхание оставалось спокойным, ритмичным, только на уровне двенадцати километров слегка замедленным, глубоким. Сердце всё время работало нормально.

Кошки ничем не отличались от своих предшественниц. Условия полета у тех и других были одинаковыми. Новым было только одно обстоятельство – сон. Двенадцать кошек спали. Они были предварительно погружены в наркозный сон и совершали «полет» усыпленными.

Таков был основной опыт применения наркоза в условиях нехватки кислорода. Он показал, как наркозный сон, действуя через центральную нервную систему, через мозг, меняет реакцию организма на уменьшение кислорода.

Но этим опыт не закончился. Было важно установить еще некоторые дополнительные подробности.

Теперь в барокамере появились более крупные животные – собаки. Их было тоже две группы – по шести в каждой. Все они совершили в свою очередь «субстратосферный полет».

Собаки первой группы погибли почти все, как погибли неусыпленные кошки. Оставшиеся же в живых собаки долго не могли прийти в нормальное состояние. Зато собаки второй группы всё время дремали, спокойно и ровно дыша.

Причиной этого снова был наркоз? Нет, не совсем так. Глубокого наркозного сна здесь не было. Ни хлороформ, ни эфир не применялись. Собакам второй группы дали легкое снотворное – люминал, мединал, морфий.

Даже этих средств оказалось достаточно, чтобы опасное странствование в субстратосферу, грозившее смертью или довольно длительным расстройством функций организма, превратилось в сравнительно безобидное путешествие.

Так, шаг за шагом стали открываться неожиданные последствия наркоза.

В свете этих открытий новое объяснение получили такие факты, которые раньше казались непонятными или которые не обращали на себя должного внимания. Хотя они относятся не к животным, а к человеку и, следовательно, требуют особой осторожности в толковании, но всё же некоторые сопоставления напрашиваются сами по, себе.

Существует так называемая горная болезнь, которая наблюдается у людей, живущих на больших высотах. Она проявляется стеснением в груди, затруднением дыхания, слабостью, головокружением. Возникает она оттого, что на большой высоте очень разрежен воздух и организму не хватает кислорода.

Профессор Жуков совершил ряд экспедиций на Кавказский хребет, на гору Эльбрус. Он заметил, что такое лекарство, как люминал, помогает легче переносить горную болезнь.

Люминал дают людям, страдающим бессонницей. Это снотворное средство.

Профессор Жуков не знал тогда, почему люминал помогает справляться с горной болезнью. Но нас это явление уже удивить не может, особенно, если мы вспомним' «полеты» животных в барокамере. Сонное состояние, вызванное люминалом, ослабило, благодаря охранительному торможению клеток мозга, реакцию организма на недостаток кислорода.

Лет сорок-пятьдесят назад новокаин еще не был известен. Для местного обезболивания прибегали к впрыскиванию раствора кокаина. А кокаин – вещество сильно действующее, обладающее побочным вредным влиянием на организм. Кокаин, всасываясь в кровь, нередко вызывал так называемое кокаиновое отравление, что являлось довольно грозным осложнением.

Как боролись с кокаиновым отравлением? Впрыскивали, например, сердечные средства, давали возбуждающие лекарства, боролись и другими способами. Но некоторые хирурги на основании своего опыта тотчас погружали таких больных в хлороформенный сон, и это приносило быстрое облегчение. Признаки отравления как бы таяли на глазах врачей.

Хирургов поражало такое действие наркоза, но объяснить его они не могли.

Об этом рассказал, вспоминая начало своей хирургической деятельности, видный деятель советской медицины, действительный член Академии медицинских наук СССР, профессор Николай Николаевич Петров, на одном из докладов профессора Галкина.

Теперь мы, пожалуй, можем понять, чего не понимали хирурги того времени. Наркоз, охранительное торможение искусственным сном центров головного мозга, прекращал и реакцию тканей на всасывающийся ядовитый кокаин.

Великий физиолог Павлов предложил лечить некоторые душевные болезни длительным искусственным сном. Психиатры нашли, что это действительно приносит пользу. Нам понятен успех такого лечения – сном. Глубокий длительный сон останавливает процессы, неправильно протекающие в мозгу.