Вьюжинка
Шрифт:
– А вот этой бумаги берегись, король. Опаснее отравленного кинжала, - Лен брезгливо указал на полыхнувший иглистым мерцанием один из свитков с остатками роскошной печати на боку.
Теперь пришёл черёд озабоченно нахмуриться Архимагу. Так и есть! Не зря шептало ему предчувствие, что темнокожие южане из их халифата что-то замышляют…
– Продолжай, парень. Мы само внимание.
Лен ещё немного побродил по кабинету и потом заметил вслух, что место хорошее, чистое - и прадавним демонам тьмы хода сюда нет. Несколько раз осторожно, словно принюхиваясь, обошёл вокруг короля. Посоветовал ни в коем случае не менять фаворитку, но полюбить белое вино вместо красного. И уже на последнем вдохновении проворчал, что пусть дворцовый лекарь немного озаботится королевской печенью. На жирное поменьше налегать следует…
Свет резанул по восприятию, ударил в открывшиеся глаза словно могучий таран в крепкие ворота осаждаемой крепости. Золочёный и показавшийся сейчас совсем не настоящим кабинет покачнулся в глазах. Сувозь мутный, нахлынувший в уши шум Лен ощутил, как чьи-то руки поддержали его.
– Спасибо, - прошептал он, со стыдом почувствовав, как по лицу и спине заструился холодный пот.
Сквозь вовсе не лёгкий звон голове ещё удалось расслышать, как король вовсе не исполненным августейшего величия голосом поинтересовался у своего Архимага: и это всего лишь ученик? Если так, то найти вдову и детей погибшего мастера Колина и обеспечить им пожизненную пенсию - в двойном размере.
В судорожно раскрывшуюся ладонь Архимаг поспешил вложить кубок - и Лен жадно осушил пинту вина, залив её в себя словно простую воду. Прислушался к умиротворённо журчавшим где-то на донышке естества силам и кое-как поинтересовался:
– Это что же, ваше величество, всегда тут верных подданных так встречают?
Король усмехнулся, запахнул едва не сползший от удивления с плеч скользкий шёлковый халат и непринуждённо сел на краешек стола.
– Это заклятье Архимаг придумал, да и ставил лично. Видел бы ты, ведун, в каких корчах бьются удумавшие дурное.
В ответном взгляде Лена старый волшебник что-то не приметил добродушия. Поморщился тот, поёжился, словно уже ощутил на своих плечах синяки от крепких кулаков парня, и вздохнул.
Голова гудела и легонько побаливала, но парень ограничился тем, что легонько потёр виски, разгоняя туман перед соображением.
– Ваше величество, - с этими словами он легонько, на пробу поклонился. Ничего так, опять легонько зазвенели в ушах незримые колокольчики судьбы, но без особых тревог.
– Архимаг ввёл меня в курс дела. Там есть странности и… будут ли особые пожелания?
Странно, однако король тихо покачался на уголке стола, прежде чем ответить. Мальчишка… никакой тебе солидности. С другой стороны, столь недвусмысленное проявление августейшего расположения в виде подчёркнутой неофициальности аудиенции человека знающего заставило бы о многом задуматься. Но, Лен к таковым себя весьма справедливо не относил, потому и заморачиваться не стал.
– Граф Вин, прежний владелец Дартхольме, хоть и редко появлялся при дворе, но был одной из крепчайших поддержек короны и нашим другом. Не жалели мы ему помощи - ни ресурсами, ни людьми верными. Но даже и не в том дело…
Его величество встал и задумчиво прошёлся по кабинету, тихо шурша полами халата. Задумчиво потрогал макушку золотой статуэтки, вздохнул в снедающих раздумьях.
– Наш покойный отец изрядно запустил дела, и теперь то воздаётся королевству. И всё же, не дело принимать покорно и сносить безропотно удары врагов, ведун. Зря, что ли, строили и создавали страну наши предки? Нет, дело не в величии или долге, хотя и в них тоже.
Удивительное дело - король стоял и смотрел куда-то в высокое окно, сунув руки и открыто демонстрируя незащищённую спину. Лен незаметно переглянулся с Архимагом - тот неслышно и еле заметно кивнул.
– Короче, парень. Надо крепко надавать по зубам злодеям. Ты верно приметил - смуглокожие поклонники Змеи на полудне что-то умыслили, да тут ещё и орки с кочевниками на полуночи… Это слишком уж много для одного не очень-то и большого да могучего королевства. Ещё не пожар, но палёным попахивает крепко.
Лен осторожно выразил пожелание, что пока зима, то да сё, а коронные сыскари роют землю, не худо бы ему попробовать доучиться у друидов да выстроить из своих знаний и умений систему. Вот тогда и можно примериться к супостатам. Исподтишка, из темноты, оставаясь неведомым и невидимым для врагов. Король молча кивнул и вопросительно посмотрел на своего Архимага. Тот помялся, но ответил.
– Есть у нас один из их адептов… прохлаждается в подвалах. Не из Круга, но и не мелкая сошка. Напакостить не успел особо, повязали вовремя. Можно попробовать договориться: ваше величество его выпускает с напутствием больше не появляться в пределах королевства…
– А тот вроде как в благодарность берётся организовать учёбу нашему парню?
– его величество весело и скептически прищурился.
– Если и есть на свете что-то столь же ненадёжное, как людская благодарность, то таковое нашему величеству неведомо.
Архимаг благоразумно промолчал. Но Лен-то, Лен! Вовсе не малость навостривший ушки парень не поленился поклониться, после чего попросился лично поговорить с тем узником.
– Работа непростая предстоит, для такой и методы необычные надобны, ваше величество.
Тот отмахнулся, опять едва не потеряв халат.
– Ладно тебе кланяться! Словно учёный медведь на ярмарке, право. Ладно, запрещать мы не вправе, вдруг чего и выйдет? И ещё… Архимаг, отправьте моряка с ведуном. Пусть в паре работают.
Чтобы Лен да не оставил за собой последнее слово? За то ему не раз доставалось от учителя, хотя тот и признавал необходимость иной раз такой вот настырности, особенно в обращении с недругами. Тут был не такой случай, но… уже пятясь с поклонами к дверям, молодой ведун распрямился.
– Пусть все на минутку выйдут, ваше величество, - похолодевшими от решимости губами произнёс он и указал глазами на пару истуканами замерших у дверей стражников.
– Даже эти.
Король колебался недолго. Одного лёгкого кивка августейшей головы с весьма заинтересованным взглядом хватило, чтобы обе железные статуи ожили и с позвякиванием удалились за Архимагом. В глазах старикашки аршинными буквами было написано удивление. А ещё: ИДИОТ!