Чтение онлайн

Она заколебалась. Слишком много мучительных мыслей заполняло её мозг. Они наплывали и теснили друг друга так, что Элибер не могла уследить за ними и никак не могла их рассортировать. Да, да, да, в конце-то концов Джек победил, но что это будет означать для нее... нет, для них обоих? И потом, почему он не вышел из операционной и не встретил ее?

– Я жду вас, леди! – мягко подтолкнул её Баластер.

– Да, да. – Элибер положила руку на розовые мраморные перила лестницы и стала медленно подниматься вверх. её длинный плащ шелестел за спиной что-то неуловимое и страшное. Она еле слышала этот шелест, и все-таки ей казалось, что это не плащ, а шелестящий злобой шепот министров Пеписа летит за её спиной.

– Что за зловещая примета! – растерянно подумала она и переступила порог операционной.

Джек сидел к ним спиной. Чистый белый свитер, надетый на клетчатую рубашку, только оттенял бледность его кожи. Он оглянулся на Элибер. Помощники главного врача считывали показания с медицинских мониторов. Тонкие разноцветные проводки все еще соединяли запястья Шторма с многочисленной медицинской аппаратурой.

– Я буду готов через час, как только медики убедятся в том, что мой сахар в крови пришел в норму, – обернувшись, сказал Джек.

– Договорились, – кивнул Баластер и приказал охране выйти в коридор.

Элибер подошла к Шторму и вздрогнула, увидев какое-то незнакомое выражение в его глазах. Кажется, на этот раз ей придется нарушить все свои правила.

– Джек, – твердо сказала она. – Послушай меня внимательно. Сейчас ты играешь на пользу им. Император велел добавить дополнительную программу в петлю твоей памяти. Только один Бог знает, что они вписали туда.

Злая, безудержная ярость вспыхнула в его глазах:

– Богу это знать совсем не обязательно, – тихо сказал он. – Но я не смогу сказать тебе того, что ты хочешь услышать. Больше нас с тобой ничего не связывает.

Элибер остолбенела. Жгучая боль перехватила её горло.

– Я сожалею, – сказал Джек и нерешительно посмотрел на нее. – Но в ближайшее время я должен буду заменить пропавшего главу в общине уокеров, а к этому надо очень много готовиться. Вы... Вы простите меня...

– Значит, ты все-таки хочешь отыскать Калина? – по инерции спросила она.

– Я солдат, и мне приказали это сделать, так что... у меня нет выбора, – пожал плечами Джек.

– Кажется, у меня тоже нет выбора! – крикнула Элибер и выскочила из лаборатории. Джек не окликнет её и не попросит вернуться – это она уже успела понять.

– Куда же вы, Элибер! – Вандовер Баластер поймал её за локоть как раз на повороте в соседний коридор. Она проглотила слезы и тихим твердым голосом сказала:

– Оставьте меня! Баластер покачал головой:

– Что бы вы ни думали, а я не несу ответственности за то, что произошло с Джеком Штормом.

– Вы убили его! – отчаянно крикнула Элибер и попыталась вырвать свой локоть из сильных рук министра.

Вандовер вздохнул:

– Могу согласиться с вами – это здорово походит на убийство, но у императора Пеписа достаточно рук для выполнения грязной работы, – щеки Баластера покраснели от напряжения. – Не в моих правилах выводить людей из игры именно тогда, когда нам больше всего нужны их таланты.

Элибер оглянулась, ища хоть какой-нибудь защиты, но вокруг не было ни рыцарей, ни траков – кажется, министр заранее приказал очистить этот коридор.

– Что вам от меня нужно? – резко спросила она.

– Я думаю, – голос Баластера был странно ласков и вкрадчив, – что мы с вами добиваемся одного и того же. Не стоит посылать только что появившегося на свет человека в водоворот неприятностей и войн, о которых он разве что смутно догадывается.

– А разве... – Элибер задержала рвущийся наружу крик, – эту ситуацию можно хоть как-то исправить? Баластер улыбнулся и поджал свои пухлые губы:

– Я хотел бы послать вас вместе с ним, дорогая Элибер, вы ведь могли бы прикрыть его с тыла. Элибер фыркнула:

– Легче вступить в союз с милосским берсеркером, чем с вами, многоуважаемый министр!

Бровь Баластера насмешливо дернулась, а его липкие пальцы еще сильнее сжали её запястье.

– Не играйте со мной в игры, леди Элибер. Вы ведь знаете, что я не слишком-то высокого мнения о вашей персоне.

– А я – о вашей, – крикнула она и изо всех сил топнула каблучком о мраморные плиты пола.

– Итак, – Вандовера явно не задел за живое её ответ. – Мы прекрасно понимаем друг друга. Конечно, у каждого из нас в этой игре свои цели и свои мотивы, но я могу предложить вам следующее: у мадам Сэди хранится петля вашей памяти. По моим сведениям, во время пребывания на Битии вы потеряли многие из своих способностей. Если вы хотите каким-то образом помочь Джеку, вам надо их восстановить. Я помогу вам сделать это, причем – в очень короткое время. Лента с записью памяти будет готова буквально через несколько часов. Вы согласны?

У Элибер раскалывалась голова. Мысли скользили, путались, свивались в запутанные клубки – как нити разноцветной пряжи, с которыми решил поиграть котенок. А где она, та главная красная нить? Элибер не видела ее. Опять стать убийцей, опять позволить подвергнуть себя подсознательному программированию? Да она ведь совсем недавно прошла через все эти муки ада, так зачем же добровольно соглашаться на то же самое во второй раз? Как зачем? Для того, чтобы помочь Джеку...

А потом... Вряд ли Баластер и сам знает достаточно хорошо все то, что предлагает ей сейчас. Он может реконструировать приемы какого-нибудь уличного хулигана, но с ней... нет, у министра не было возможности узнать все её секреты. А потом... вполне возможно, что на этот раз ей удастся проконтролировать свой инстинкт убийцы. Рольф был мертв, и ни одно существо в мире не могло запустить в ход ту мину, которая когда-то была заложена на уровне её подсознания.

Элибер неуверенно улыбнулась и качнула головой:

– Хорошо. Думаю, что мы договорились. Темные глаза Баластера сверкнули какой-то адской радостью.

– Хорошо. Хо-ро-шо, – медленно сказал он и отпустил её запястье.

Джек посмотрел вслед молодой женщине. После её ухода в воздухе остался след дорогих духов и какой-то смертельной, незаслуженной обиды. Она будила в нем воспоминания, но все же – оставалась для него загадкой. Тайной за семью печатями. Джек повернулся к компьютеру и вынул из него только что прослушанный диск.