Взвод
Шрифт:
– Ты имел отношение к противоракетному щиту?!
– Я руководил отделом программирования и связи, – не без оттенка гордости сообщил Херберт.
– То есть?.. – прищурился Иван.
– Я знаю все коды доступа к компьютерам платформ противоракетного щита. Единственное, чего у меня нет, – это надежной связи с орбитой. Ноутбук с одним маломощным каналом тут не годится. Подумай, Иван, если нам удастся активировать резерв твоей страны и соединить его каналами связи с орбитальными платформами…
– То мы получим полный контроль над околопланетным пространством Земли, – закончил его мысль Иван.
– По крайней мере, мы будем знать, что происходит на орбитах, и сможем попытаться дистанционно воздействовать на ситуацию, не прибегая к прямым столкновениям с Чужими.
Откровенно говоря, лейтенант не ожидал такого оборота событий. Перспектива, обрисованная Хербертом, была туманна, но в случае успеха в их руках, несомненно, появится весомый козырь. Одно дело вести контактные бои с неизвестным тебе противником на разоренной техногенными катастрофами Земле, другое – получить доступ к двум мощнейшим системам глобальной обороны. Это уже не бои местного значения. Имея в руках совокупную мощь орбитальных группировок двух стран, можно повлиять на ситуацию в совершенно иных масштабах…
– Хорошо, Джон, твои предположения? Считай, что я проникся важностью момента. Если резервная система существует, как должны выглядеть ее компоненты?
– Это, вне сомнения, компьютеры. Надежно укрытые компьютеры, отрезанные от всех мыслимых внешних воздействий. Мертвая аппаратура, ждущая своего часа.
Да, – подумал Иван, – наличие подобного резерва оправдано прежде всего с точки зрения возрастающей на протяжении последних десятилетий угрозы третьей мировой войны.
Было очевидно, что уровень современных технологий предполагал, в первую очередь, ядерный конфликт. Но какой смысл создавать дублирующую систему, призванную ожить, когда ядерный апокалипсис уже грянул?
На ум приходил лишь один весомый аргумент: спасение. Эвакуация выживших.
А где не будет зон, свободных от радиоактивного и химического загрязнения, если рассматривать глобальную ядерную катастрофу, в результате которой планета должна была превратиться в радиоактивную пустошь?..
Иван чувствовал, что истина где-то рядом…
Зона эвакуации… Он попытался мысленно представить опаленный ядерной войной земной шар, окруженный тысячами искусственных спутников, орбитальных станций и…
Орбита!
Мысль заработала лихорадочно…
Значит, резервная система связана прежде всего со средствами доставки людей на орбиту, где пагубные последствия ядерного конфликта теряют свое значение… Вот почему в словах Херберта проскользнула информация о гипотетических космодромах…
Куда? – размышлял Лозин, мучительно собирая в памяти те крохи информации, которые, как и в случае с Настей, перепадали ему то тут, то там в случайно услышанных разговорах, из слухов, что так или иначе циркулировали в среде непосвященных…
Колониальный транспорт «Россия», космическая верфь и связанные с ней орбитальные станции – вот куда могли быть эвакуированы люди, случись на Земле ядерная катастрофа!..
– Значит, так, Джон… – Иван порывисто встал, пытаясь подвести черту под своими рассуждениями. – Если система существует, то она предназначена не для войны. Не перебивай. Думаю, существовал план эвакуации, предусматривающий глобальный ядерный конфликт на Земле. Именно на спасение остатков человечества ориентирована та гипотетическая система, которую ты искал.
– Не на войну?! – потрясенно переспросил Херберт.
– Нет, – уверенно ответил Лозин. – Для эффективного ведения боевых действий, при самых жестких раскладах ядерного конфликта, достаточно тех технических средств, о которых я осведомлен. Мы создали множество изощренных средств для взаимного истребления, так не логично ли будет предположить наличия среди них хотя бы одной системы, направленной на спасение человечества?!
Херберт не нашелся, что ответить, но Иван не обратил внимания на его внезапную подавленность. Охваченный внезапным возбуждением, он продолжал рассуждать, теперь уже вслух:
– Такая система не могла находиться в ведении Министерства обороны. – Он сделал несколько шагов вдоль борта БМК и добавил: – Думаю, нам придется задержаться с отъездом из города.
– Ты считаешь, что бункер расположен здесь, на территории части? – вскинул голову Херберт.
– Нет, но я знаю подходящее место поблизости. Не забывай, Джон, что я сказал тебе о вероятном предназначении искомого комплекса. Повторяю: он ориентирован не на эскалацию боевых действий, а на спасение выживших людей, скорее всего путем их эвакуации на борт орбитальных станций и колониального транспорта «Россия».
– Я думал… – Херберт вдруг осекся, испугавшись сболтнуть лишнее, но его взгляд говорил сам за себя, отражая крайнюю степень смятения и растерянности.
– Что русские не сдаются? – с горькой иронией спросил Иван.
– Ну… да.
– Это верное утверждение, Джон, – кивнул лейтенант. – Но ваши средства массовой информации привыкли искажать некоторые понятия, подгоняя их под определенные штампы и тем самым доводя до степени абсурда.
Херберт подавленно кивнул. Отвернувшись, он смотрел вдаль, стараясь побороть внезапно накатившие чувства.
Все сейчас казалось нелепым, неправильным – и действительно дрянная пропаганда, и недавний образ собственного мышления, который привел его в ряды агентов разведывательного управления…
Ему казалось, что он служит великой, могучей, справедливой стране, которая не алчет мирового господства, но пытается удержать мир на грани катастрофы, однако за всю свою бытность в НАСА Херберт ни разу не слышал о каких бы то ни было планах спасения тех, кто чудом сумеет выжить, если третья мировая все же опалит Землю. Было горько услышать от простого русского лейтенанта, что орбитальная группировка России направлена не против его страны, а нацелена к звездам…