Чтение онлайн

–  Мы заварили дыру в корпусе, использовав нержавеющую сталь, снятую с разбитого "Феррета", как вы посоветовали, сэр. Течь ликвидирована, я в состоянии поддерживать силовое поле корабля стабильным, но на всякий случай приказал всем, кто работает в тех помещениях, оставаться пока в скафандрах, хотя мы уже пустили туда воздух. Генератор защитной системы отремонтирован, хотя все еще есть некоторая разбалансировка по фазе, поэтому не советую включать его на полную мощность.

–  До какого максимума, Джим?

–  Семьдесят пять процентов.

–  Хорошо, но постарайтесь полностью привести его в порядок.

–  Мои люди занимаются этим. Мы восстановили коридор, ведущий в машинное отделение, и подвели электричество к кормовым каютам экипажа. Однако пока не стоит допускать туда людей, как мне кажется. В воздухе еще полно токсинов - от пожара, от аммиака и серы, просочившихся из атмосферы. Пока фильтры полностью не очистят воздух, все, кто работает на корме, должны надевать респираторы.

–  Хорошие новости, старшина.

–  В трех из шести опорных килевых брусов возникли мелкие структурные трещины - корабль пропускает воздух, точно сито. Нам будет нелегко удерживать воздух, пока мы доберемся домой. Я поговорил с нашим специалистом по системам жизнеобеспечения, и он слегка снизил давление воздуха, повысив содержание кислорода в нем, но дальнейшее повышение содержания кислорода опасно из-за увеличения возможности возгорания.

–  Пусть повысит пока содержание кислорода, а перед очередным боем снова уменьшит его.

–  Но воздух мы все равно будем терять. К тому же резкое изменение состава воздуха, в особенности уменьшение процентного содержания азота, может вызвать у экипажа кессонную болезнь. Офицер по жизнеобеспечению ломает голову над тем, как…

–  Как ограбить Петра, чтобы заплатить Павлу, да?

–  Точно так, сэр.

–  Как обстоят дела с капитанским мостиком?

–  Мы провели все необходимые кабели, но сканирующие устройства починить невозможно. Вся надежда на эскортирующие корабли. Рулевое у правление, информационный, навигационный и ремонтно-восстановительный блоки в полном порядке.

–  Чертовски хорошая работа, - сказал - Ясон.
– Джим, без вашего опыта мы бы, наверно, не выкарабкались.

–  Черт возьми, командир, я просто хочу вылезти из этой передряги живым. Через три месяца я ухожу в отставку.

–  Нам повезло, что вы не ушли в отставку до этого похода.

–  Желал бы я, чтобы все это было уже позади, - ответил старшина, и Ясон сочувственно засмеялся:

–  Думаю, мы все хотим того же, Джим.
– Он повернулся к Думсдэю.
– Как там наши истребители?

–  Осталось всего двадцать три пилота, не считая тебя. Два пилота, которые служили у космопехов, могут летать на "Ферретах" в случае необходимости, но посылать их против килратхских асов - просто убийство. Осталось пять "Сэйбров", восемь "Рапир" и семь "Ферретов".

Ясон подумал, что в такой ситуации каждый лишний человек может сыграть решающую роль.

–  Ладно, Думсдэй. Назначаю тебя командиром всего крыла.

–  Всю жизнь мечтал об этом, - криво улыбнулся Думсдэй.

–  Ты по-прежнему будешь также возглавлять эскадрилью "Сэйбров". Раундтоп возьмет на себя "Ферреты", - он сделал паузу, - а Толвин - "Рапиры".

–  Не нравится мне это, Ясон.

–  Я и не рассчитывал, что ты будешь в восторге. Однако согласись, парень неплохо проявил себя здесь, на его счету четыре корабля и торпеда, от которой он спас "Интрепид".

–  Я бы предпочел, чтобы на его месте был Монгол.

–  Ну, что поделаешь? Монгола уже нет.

И тут они словно воочию возникли перед ним - те, кого уже больше не было: Монгол, Флейм, Айсвинд, Нова, Игл, Тэлон, Тор и Один… Он словно видел их пышущие здоровьем молодые лица - а потом они исчезли.

Он включил интерком.

–  Через час мы встречаемся с нашими эскортирующими кораблями и уходим. На камбузе готова для всех горячая еда, поешьте прямо на своих постах. Мы должны выбраться отсюда, должны вернуться домой, все время помните об этом. Ну, а сейчас - время отпевания. Выходите на палубу.

Он тяжело встал и пошел на палубу, все, кто находился на капитанском мостике, - за ним. Перед шлюзовой камерой его ждал экипаж - и живые, и мертвые. Тела лежали на палубе в стандартных флотских синих мешках, накрытых простынями. По форме некоторых из них можно было догадаться, что это - тела людей: от погибших на капитанском мостике осталось совсем немного. Некоторые просто оказались распыленными на атомы - вместо них по старой флотской традиции "хоронили" их форму. Палубу надраили до блеска; как удалось ремонтникам и членам палубной команды привести ее в такое состояние, находилось за пределами понимания Ясона.

Тела погибших лежали в ряд перед шлюзовой камерой, а напротив, также выстроившись в линию, стояли живые, за исключением тех, кто занимался ремонтными работами.

Он повернулся к ним лицом. Много раз он присутствовал на подобных церемониях и все же сейчас ощущал некоторую растерянность.

–  У нас нет времени для длинных надгробных речей, - негромко сказал он, - и я думаю, что наши товарищи, которые лежат здесь, поняли бы нас. Когда все закончится, мы, Бог даст, соберемся снова, и тогда все будет как надо.

Он отвернулся к телам, достал из кармана Библию, прочел двадцать третий псалом и низко склонил голову.

–  Вы были нашими соратниками и друзьями. Может, это комуто покажется странным, но я считаю, что благодаря вам живые живы - и мы, которые здесь, и те, кто находится на других кораблях и планетах Конфедерации. Благодаря вам весь человеческий род будет жить, добьется окончательной победы и в конце концов достигнет мира.

–  Спите спокойно, друзья мои. Пусть ничто не потревожит ваш сон - до тех пор пока существует Вселенная.