Чтение онлайн

Веста, дочь третьего лорда Ада, собирательница душ.

Я стояла перед светящейся воронкой портала и с тоской смотрела на клубящуюся внутри дымку. Идти не хотелось. Очень. Я просто не видела в этом смысла. Девчонки, наверное, так бы меня и не смогли уговорить, но тут влез папа. Папа уговаривать не стал, папа приказал, четко выговаривая каждое слово. Как всегда, в своем репертуаре. За несколько веков существования Аид, к моему сожалению, так ничему и не научился: все так же вспыльчив и все так же харизматичен. Ну да и черта ему на блюде. Хотя нет, не черта: в чертях отец любит только хорошо подвяленные хвостики и прокопченные копытца. Кстати, его страсть к хвостикам я разделяю полностью: с пивом идут шикарно.

И вообще, я - собиратель душ, дочь одного из лордов подземного мира. Чем больше помрет, тем лучше. Правда, девчонки со мной не согласны и считают, что все разрастающуюся эпидемию необходимо срочно прекратить. Странно, но отец их полностью поддерживает.

– Веста, когда ты уже научишься включать голову?
– он вышагивал по пустому кабинету для совещаний, волосы, как всегда, стояли дыбом, и был невероятно зол. А я-то думаю: "Чего в офисе сегодня так пусто?" Оказывается, просто папа не в духе. Меня его горящие глаза и бьющая в стены сила уже давно не пугают. Привычка, иммунитет, здоровый пофигизм, стальные нервы и великолепное умение отключаться от происходящего - набор тех минимальных навыков, которые приходится выработать, когда твой отец - бывший бог и действующий лорд Ада.

– Ты понимаешь, что если все погибнут, то...

– С чего ты взял, что все погибнут?
– я расстегнула пальто, сняла шляпку, поставила зонтик в угол. С занимательного собрания у генерала прошло что-то около пятнадцати минут. Черт меня дернул заявиться к папе в офис.
– Я тебя умоляю, это что, первое подобное происшествие? А великий потоп? А Содом и Гоморра? А десять казней египетских? А чума? А процессы над Салемскими ведьмами? Тоже туева туча народу погибла, и что-то ты не торопился влезать.

– Из всего, тобой перечисленного, - цыкнул папуля, - внимания заслуживает только чума.

Я выгнула бровь.

– Она тоже почти стала пандемией.

– Да брось. Давай тогда заодно СПИД и рак вылечим.

– Веста!

– А что? Тоже почти пандемия, - фыркнула на окрик.

– Здесь угроза не только для людей, но и для сверхов.

– То есть ты считаешь, меня это должно волновать? Серьезно? Меня? Собирательницу душ?

– Не паясничай!

– Я не паясничаю, я пытаюсь разобраться.

– Веста, считай, это - приказ, - ледяным тоном отчеканил горячо любимый папочка, открывая рот для очередной нотации.

– Ясно, - оборвала его жестом.
– Это все?

Он дернул плечом, подошел к компьютеру, вытащил из него флэшку и швырнул мне.

– О!
– схватилась я за сердце.
– Небезопасное извлечение - один из самых страшных грехов и пороков современности! Ты попадешь в Ад.

Реплику отец проигнорировал.

– Там информация о мире и ученом, которого надо будет доставить. Отправляешься через час.

– Не могу, я на маникюр записана.

– Веста!

– Господи...

– Не поминай всуе!
– рявкнул лорд Ада, заставив дернуть уголком губ.

– ...куда делось твое чувство юмора?

– Сдохло, когда ты родилась.

Я склонила голову набок.

– Я тогда поседел в первый раз.

– Подкрашиваешь?
– ткнула в его каштановую шевелюру пальцем.
– Всегда знала, что краска для волос в нашей ванной не мамина.

– Так она и не мамина, - отец сделал несколько шагов ко мне, обнял за плечи и чмокнул в лоб.

– Как покойницу, честное слово, - пробухтела я.
– А чья?

– Она для Альфредо, - у меня отвисла челюсть.

– Зачем трехтысячелетнему полтергейсту, натуральному блондину, между прочим, краска для волос?

– Вот достанешь ученого - расскажу, - отец подал мне шляпку и зонт.
– Люблю тебя, Ви.

– И я тебя. Маме привет.

– Обязательно, - донеслось в спину, и я скрылась за стеклянными дверями.

И вот теперь стояла перед открытой воронкой в мир темных эльфов и была обижена на весь мир, потому что пропустила маникюр.

Ладно, раньше начну - раньше закончу.

Переход прошел лучше, чем обычно. Меня даже почти не тошнило, лишь слегка кружилась голова. Я оказалась посреди какой-то площади, шумной и многолюд... э... многоэльфной?

Не поняла? Меня же должно было выкинуть прямо к ученому, и почему все вокруг такие огромные?

Я смотрела на проходящих мимо меня мужчин и женщин и понимала, что каждому дышу в пупок. Что за мать твою? И где мне искать этого Салазара?

Попытка сориентироваться, хотя бы примерно определить свое местоположение через несколько секунд увенчалась успехом. Взгляд наткнулся на фонтан, изображающий местных божеств - Великую Мать и Великого Отца - держащих в своих руках зелено-голубой переливающийся мир. Что ж, по крайней мере, я в столице - уже радует.

– Детка, ты потерялась?

– Что?
– тряхнула головой, поднимая взгляд на склонившуюся ко мне тетку.

– Не бойся, сейчас мы найдем твоих родителей, - продолжала ворковать она.

– На хрена их искать?
– да, после переходов соображала я туго. Дамочка уставилась на меня в недоумении.
– Чего!?

– Твоим папе и маме необходимо уделять больше внимания твоему воспитанию, - поджала эльфийка губы.

– Попробуйте им это объяснить и умрете долгой, мучительной смертью. Они во мне души не чают. А теперь еще раз. Что. Вам. Надо?

– Хотела отвести тебя домой, - баба наконец-то разогнулась, уперла руки в боки.
– Думала, ты потерявшийся ребенок.

Я кто?

– А ты, оказывается, просто мелкая заноза, - и, развернувшись на каблуках, быстро ушла в другую сторону. Я же ломанулась к фонтану и уставилась на свое отражение.

– Твою мать!

Из воды на меня смотрела девочка лет десяти с белоснежными кудряшками, носом пуговкой, губами бантиком и огромными испуганными, как у олененка, красными глазами.

– Твою гребанную мать!