Чтение онлайн

И опять она думала и думала, как ей выйти из создавшегося положения. И снова, и снова объясняла она себе, что он выдохся, и выдохлась вся его команда, а вернее, загрузилась ненужным балластом, который тянет их на дно, а вместе с ними – и все государство. Нужны новые свежие силы. Да и сам президент об этом много и часто упоминал. А где их найти – эти новые и свежие силы – уму непостижимо.

Главное, и сам президент, который после операции вообще отдалился от государственных дел, в неофициальных своих выступлениях высказывал пожелания закончить свою политическую карьеру.

«В принципе, – размышляла Эльвира, – он много сделал, чтобы свалить этот колосс, казавшийся совершенно неприступным. Правда, все его действия касались только разрушения, но никак не созидания нового».

На последнюю свою встречу с Эльвирой он почему-то не пригласил своего помощника. И когда Эльвира проходила мимо его кабинета, он как бы невзначай, прямо перед нею, вышел из него, изобразив удивление.

– А-а-а, Эльвира Николаевна?

– Да, это она.

– Никак к президенту?

– Да, вызывает.

– Наверное, чтоб наградить? – с ехидцей спросил он.

– Возможно, но вряд ли.

Отвечала Эльвира очень быстро, не вникая в суть его вопросов. В голове у нее, как заноза, сидела только одна мысль: как сказать президенту, что он должен сам, с почетом уйти в отставку.

Помощник еще продолжал:

– Ну, давайте, давайте, ни пуха вам, ни пера.

– К черту, – уже не оборачиваясь, на ходу ответила Эльвира.

Она поняла, что он знает, о чем пойдет речь. И от этого ей стало совсем беспокойно. По заведенной уже привычке перед входом в кабинет она перекрестилась, делая это машинально, поправила прядь волос левой рукой справа.

Секретарь тут же встал.

– Доброе утро, Эльвира Николаевна, вас уже ждут.

– Спасибо.

Они вошли в кабинет. Президент стоял у окна, спиной к ней.

– Присаживайтесь, – пригласил он, не оборачиваясь. Он посмотрел в окно. – Странно, почему-то так мало снега, год уже заканчивается?

Эльвиру всегда настораживали встречи с ним прежде всего своей непредсказуемостью. Она никогда не знала, что можно ожидать от него сейчас или в дальнейшие минуты.

«Непредсказуемый человек, – уже в какой раз подумала она, – хотя и абсолютно понятный».

– Просто у вас убирают снег, а везде его вдоволь, – улыбнулась Эльвира, вспоминая, сколько сейчас снега намело в ее родной деревне.

– Да, конечно, вы правы. А хотелось бы сейчас к себе в деревню? Наверное, теперь там здорово?

– Я только сейчас об этом подумала.

– Вот и мне хотелось бы, да вот, видите. Сидеть приходится, трон нельзя оставлять без присмотра, быстро найдутся до него желающие, понимаете ли.

Зная, что за отвлекающими фразами последует то, из-за чего она была вызвана, Эльвира с напряжением ждала.

Он подошел к ней.

– А я ведь знаю, что в своих публичных выступлениях вы призываете к моему уходу с поста президента, ведь так, Эльвира Николаевна?

И он, наклонив голову, заглянул ей в лицо.

«Ну вот, это как раз то, из-за чего он меня и вызвал».

Она вспомнила лицо его помощника и ту улыбочку, с которой он с нею говорил.

– Так, – ответила она, – да, действительно, я об этом говорила.

– И вы думали, мне не донесут? Все только и ждут, как бы вам насолить, Эльвира Николаевна, как же так получается.

Эльвира не стала ломать дурочку, она искренне уважала и любила этого человека. Но что еще можно было сделать в данной ситуации, она не знала. Поэтому-то она ответила прямо и, главное, совершенно спокойно.

– Господин президент, я делала это намеренно. Я не имела какой-либо другой возможности в этом отношении. К сожалению, дела обстоят так, что уходить вам, к сожалению, все равно придется. Вами прикрываются, и прикрываются нечистоплотные люди, которым абсолютно все равно, что произойдет с Россией.

Он ничего не ответил, опустил голову и, сгорбившись и о чем-то задумавшись, прошел вдоль стола. И здесь она впервые увидела в нем не президента, а больного старого человека, которому в самую пору заниматься внуками, ходить в церковь и больше думать о Боге, чем о суете этого мира.

– Я бы давно ушел, дорогая Эльвира Николаевна, мне это так все надоело, если бы вы знали. Я бы ушел хоть сейчас, но вы же знаете, эти шавки меня моментально разорвут на части. А у меня ведь – семья, дети, внуки, а они только ждут этого момента. Нет, не говорите мне ничего, так просто в нашем государстве уходить нельзя, и вы это прекрасно понимаете.

Он расправил плечи, широко улыбнулся и опять стал походить на президента.

– Вы вначале мне найдите достойную замену, чтоб дело делал и не занимался мстительством, дайте мне и моей семье гарантии неприкосновенности, хорошую пенсию, тогда вот и посмотрим, что к чему.

– Господин президент, возглавляемый мною отдел детально разработал все вопросы, касающиеся процедуры по уходу президента, где все предусмотрено в деталях, а главное, детально разработаны вопросы его безопасности, в случае, если вы решитесь на этот шаг. Всем понятно, что на вас легла основная тяжесть переходного периода, борьба различных противоборствующих сил. Поэтому и врагов у вас должно быть много.

Президент встал, опять подошел к окну.

– Вы знаете, как я поддерживал и защищал вас всегда, а вы тем временем озабочены лишь одной проблемой – как бы поскорее меня выставить отсюда? – Он повернулся к ней. – Хорошенькое дельце у нас получается, в самом деле.

– Господин президент, хочу вам честно признаться. Вы мне глубоко симпатичны, да вы и сами это прекрасно знаете. Россия находится в очередной раз на грани. Случись что-нибудь, упаси, конечно, Господи… и виновника положения быстро найдут. Я не хочу, чтобы это были вы. Простите за прямолинейность. Так или иначе, вам придется уйти, и лучше, если это вы сделаете сами, детально обдумав все нюансы этого дела. По крайней мере, моя аналитическая группа давно готова представить вам наше видение этой проблемы, а вам остается только согласиться или нет с нашей концепцией, а может быть, дополнить ее вашими пожеланиями.