Я для тебя сойду с ума

– У меня больше ничего нет, - тихо прошептал Никита, понуро опустив голову, подписывая договор купли-продажи на Ford Focus.

– Правда?
– он услышал вкрадчивый голос человека, которому был должен целое состояние.
– А твоя сестренка? Она весьма недурна.

– Нет, - устало произнес Вяземский, прикидывая, как уговорить сестру подписать бумаги на продажу ее части квартиры, оставшейся в наследство от родителей. И только тут до молодого мужчины дошло, на что намекал Волжанов. Его сестра, его малышка. Неужели тот хочет? Да нет, быть того не может! Но мужчина не мог не спросить:

– Вы простите мне долг?

– Возможно, - усмехнулся его собеседник.

– И что вы хотите от меня?

– Чтобы ты уговорил эту маленькую шлюшку раздвинуть ножки.

От такого неприкрытого цинизма мужчину передернуло.

– Она не согласится, - уверенно произнес он. Слишком хорошо Никита знал сестру, слишком был уверен в ее порядочности. Пусть даже из-за ее «профессии» многие считали Аду девушкой легкого поведения, но в ее добропорядочности сомневаться не приходилось.

– А вот это уже твои проблемы, - устало произнес Волжанов, поднимаясь из кожаного кресла и тем самым заканчивая встречу.
– У тебя есть трое суток, чтобы найти пять миллионов или уговорить сестру составить мне компанию в отпуске. Ясно?

Ада/Аделаида Вяземская

Антон Волжанов

Я ехала в такси на встречу с Антоном Волжановым. Через девять часов истекали трое суток, отведенных моему брату на возврат долга. До сих пор не могла понять, как такой разумный и все знающий старший брат вляпался в эту аферу.

Помню, как он, пьяный и избитый, вернулся вчера домой и упал передо мной на колени.

– Аделька, ты не можешь так со мной поступить, - мужчина обнимал мои ноги и плакал.
– Вспомни, сколько я для тебя сделал и чем пожертвовал.

Мне тогда стало так противно, но я не могла не признать его правоту. Мы рано остались без родителей, которые погибли в автомобильной катастрофе. Мне тогда исполнилось лишь восемь лет, а Никита только что вернулся из армии и поступил в университет. Университет, который ему пришлось бросить, потому что не стало денег на его оплату. Я до сих не совсем представляю, на что пришлось пойти брату, чтобы оформить надо мной опеку в столь молодом возрасте.

– Хорошо, - как сейчас помню то безнадежное отчаяние, которое охватило меня в момент согласия, ведь оно не отпустило до сих пор. Я оттолкнула брата и сбежала в свою комнату, где проплакала до самого утра. А утром просто вызвала такси.

Какая разница, как выгляжу? Какая разница, какой достанусь этому уроду с деньгами? Ведь утром даже не посмотрела на себя в зеркало, не сходила в душ, просто надела драные джинсы и какую-то футболку из шкафа. И это я, которая всегда тщательно следила за своей внешность. Ведь внешность - тот единственный товар, которым я располагала на данный момент, который позволял оплачивать мой дорогостоящий ВУЗ и не менее дорогостоящее хобби.

Такси подъехало к закрытому коттеджному поселку. На встречу вышел недовольный охранник.

– Въезд закрыт, - рявкнул он.
– Разворачивайтесь.

– Меня ждет Антон Волжанов, - сообщила, чуть опуская стекло.

– Указаний от шефа не поступало, - холодно сообщил мужчина и уже развернулся, чтобы вернуться в домик для охраны.

– Постойте, - попросила я, глубоко вздыхая. Интересно девки пляшут? Этот урод хочет меня получить, но даже не выписал гостевой пропуск на мое имя? Было такое желание приказать таксисту разворачиваться, но я пересилила себя, стоило лишь вспомнить избитое лицо брата. - Сообщите вашему шефу, что приехала Аделаида Вяземская.

Шеф. Весьма любопытная информация. Неужели, Волжанов настолько богат, что ему принадлежит целый коттеджный поселок? Или только фирма по охране?

Что я знала об Антоне Волжанове? Да, практически ничего. Он был богат. А однажды мне не повезло, и этот придурок стал моим клиентом. Видимо, мой грубый отказ тогда сильно задел его гордость и чертово мужское самолюбие. А, получив возможность, он собирается свести со смой счеты и удовлетворить свою похоть. Я теперь была больше, чем уверена, что Ника подставил именно он.

– Ладно, - нехотя сообщил охранник. В его глазах я увидела презрение, как будто была одной из тех падших женщин, которых Волжанов заказывал на уик-энд. Что же, впрочем, почти так оно и есть. Ведь пусть я и не хочу признаваться даже себе для чего еду к этому уроду, но морально надо готовиться уже сейчас.

– Господина Волжанова сейчас нет в поселке, - с каким-то затаенным пиететом произнес охранник, вернувшись к машине через несколько минут.
– К сожалению, по внутренним правилам посторонние машины не имеют доступа на территорию поселка, но вас, Аделаида Викторовна, сейчас встретят.

Мужчина открыл дверь и вежливо подал мне руку. Водитель такси лишь весело хмыкнул, явно заметив внезапную перемену статуса своей пассажирки.

– Подождите, пожалуйста, - начала я, открыв сумочку, - мне необходимо расплатиться. Сколько я должна?

– Не волнуйтесь, Аделаида Викторовна, Антон Андреевич приказал мне уладить все возникающие вопросы. Прошу, - настойчиво повторил мужчина.

Мне не оставалось ничего, как выдавить благодарную улыбку и принять предложенную руку.

– Подождите, - бросил охранник водителю такси.
– Пройдемте сюда, Аделаида Викторовна.

Так непривычно было, когда меня называли по имени и отчеству. Этот не представившийся охранник делал это чаще, чем я слышала за все свои предыдущие девятнадцать лет. Он проводил меня в домик для охраны и услужливо открыл и придержал дверь, дожидаясь пока войду. Небольшая комнатка при входе, похоже, объединяла в себе коридор, гостиную и кухню. Отсюда хорошо просматривалась отделенная стеклянной стеной каморка, вся уставленная мониторами. Видимо, камер слежения в этом элитном поселке было столько, столько драгоценных камушков в диадеме самой английской королевы.