Чтение онлайн

Не все смогли последовать моему примеру. Торв решительно потряс кружкой над ртом, выдавливая последние капли. Потом осмотрел нас по очереди. Будь тут люди, это бы заметили. Сейчас всем было насрать. Потому что у остальных тоже было на донышке. А после последних приключений, ну что такое жалкий стакан пивка?

Внезапно Орм завозился и достал из своего мешка аккуратно упакованную в кусок чистой ткани кружку.

— Моя старая, запасная.

Он открыл её. Разумеется, она была полна. Очень странно, если у тебя есть кружка и в ней нет пива. Это даже как-то противоестественно.

— Ты спас нас всех так же, как я спас Грима! — радостно провозгласил Торв, протягивая ему кружку.

Грим недовольно нахмурился.

— Нет, — ответил Орм ровным голосом. — Вам следовало самим таскать с собой запас. Как это делал я.

Стур рядом с ним тяжело вздохнул.

— У меня кончилось ещё в лодке. Грим, пусть кто-то сходит со мной, мне надо набрать... — его голос дрогнул, — воды.

Я ужаснулся так, что аж бороду прикрыл. Вода. Кто в своём уме пьёт воду? Нет, ладно, воду пили, это я перегибаю, особенно с утра. Но вот так, после работы? И потом? И дальше! И как долго! У меня пересохли губы, и я почувствовал, что спокойная радость, которую я чувствовал ещё несколько секунд назад, уступила место ужасу. Остро захотелось выпить пива, чтобы вернуть себе спокойствие и уверенность, но нельзя, ведь пиво надо экономить. И от этого стало ещё хуже.

— Пусть с тобой сходит Орм, — ядовито процедил Грим.

Орм немного подумал, забрал у Стура кружку и отлил ему половину.

Никто ничего не сказал. Торв вздохнул и достал из-за сапога широкий бронзовый нож. А потом потянулся к рыбе. Мы засуетились, разбирая плоские камни: будут вместо тарелок.

А потом Браск тихо зашипел, привлекая наше внимание. Когда мы обернулись к нему, он показал жестом: «Свет».

Мы похватали оружие и прильнули к выходам и щелям. Далеко в темноте, за одним из проходов, дрожал узкий жёлтый луч. Луч приближался. Потом появился второй.

Потом послышался голос:

— Кхар-Гхрим нассы мне в кружку, да тут жарят мясо!

Мы переглянулись. Говорили громко, явно злобно, и так, чтобы услышали.

Грим кивнул. Торв выглянул из входа и ответил:

— Это так, идущий во тьме. Сегодня была удачная охота, хватит на многих. Выйди на наш свет.

Торв открыл шторку, давая больше света. Из темноты вышли дварфы. Пятеро. С мешками, с маленькими лёгкими щитами, куда как более удобными для похода, чем мой канализационный люк, с простыми кружками у поясов. Дорого ли они одеты? Нет. Хотел бы я так же? Да. Но я уже понимал: мы как бомжи таскали всё своё на себе. Часто это было лучшее. Эти явно вышли во тьму, чтобы вскоре вернуться за родные стены. Они выглядели как волокиты, чей род слишком богат, но стесняется этого.

Бороды уложены по-фейтхолльски. Один достал фонарь и держал высоко, освещая себя. Спокойные позы, но щиты словно невзначай закрывают большую часть тела.

— Мир проходящим, — сказал Грим.

— Мир тем, кто не жрёт один, — ответил старший из торговцев и осторожно опустил руку с фонарём.

А потом поставил его на камень, направив свет на нас.

Но я успел увидеть у него на спине бочонок.

Небольшой. Дорожный. Из кожуры грибнины, обтянутый медными полосами.

Пиво.

Я вышел из-за укрытия, прислонил к кладке щит и боевую кирку и двинулся к ворчуну у фонаря, щурясь от света в глаза. Прежде чем кто-то успел что-то понять, я дошёл и обнял его, как старого знакомого.

Этот жест дварфы узнали.

Никогда ещё дипломатия не начиналась так успешно.

Вскоре торговцы рассказали, что ждут лодки у выхода из грота с големом. Но учуяли запах и не смогли устоять. И тогда мы поняли, насколько близко были к спасению всё это время. Выход из безопасных тоннелей, через который мы сюда пришли, находился буквально в сотне шагов. Просто прятался за валуном. Впрочем, дварфы специально устраивали свои выходы так, чтобы их было трудно заметить.

Они рассказали нам, откуда они, и что в их цитадели захворали камнежоры, поэтому они торопятся купить здоровых на расплод.

А мы рассказали им свои новости.

Они ответили молчанием. Технически, они жевали мясо. Да и что тут скажешь.

А вот мы вдруг задумались. Только пересказав произошедшее, мы поняли, что находимся в сложной ситуации. Нам надо было вернуться в Озёрную цитадель. И найти Уля.

Объяснить, что его сын мёртв. Что Хрейд убийца. Что Свартскард теперь, возможно, уже выслал против нас отряд хеймаров.

Именно тут я сказал то, что никто не хотел говорить первым:

— Мы не должны возвращаться за Улем.

Торв медленно перестал жевать.

Грим угрюмо посмотрел на меня.

— Почему ты так говоришь?

— Мы ничего ему не должны. Мы шли с Хедди. Хедди погиб. Если вернёмся и расскажем как, Уль сильно расстроится. Он может решить, что мы бросили Хедди. Или убили. Или сбежали. Или всё сразу. Нам надо идти в земли Фейтхолла и рассказать там. Потому что ты должен прийти и рассказать первым. Хоть я недолго знаю Хрейда, но я уверен: он уже снаряжает дварфов, чтобы отправить их в Фейтхолл, где они расскажут его историю.

Тишина стала тяжелее камня.

Стур тихо сказал:

— Он потерял сына.

— Да, — сказал я. — И поэтому он может сделать что угодно.

Грим долго молчал. Потом кивнул.

— Фейтхолл, — сказал он. — Мы идём в Фейтхолл.

— Мы передадим ваш разговор Улю, — сказал главный над торговцами.

Так мы и поступили. Нет нужды подробно рассказывать наш путь назад. Из Эйдскеля мы прошли ещё через несколько цитаделей, больших и малых, и все, услышав наш рассказ, торопились снабдить нас припасами и выпроводить вон. Перекинуть следующим, как горячую картошку.

Мы решили рассказывать свою историю после того, как поедим и поспим. А после этого я предложил, и остальные быстро подхватили: не торопиться уходить, пока не будем готовы. И спрашивать работу.

Нам давали всё, что было необходимо, и выставляли прочь.

Так у Стура появился хороший, обитый медью щит взамен старого, который нуждался просто в починке, но и близко не был так хорош. У Браска — новые тетивы. Кто-то обновил шлем и оружие, почти все обросли бронёй, а одежду и ботинки обновили все.