Чтение онлайн

– Примерно так это и произошло.

Я покачал головой.

– Пьяная она была, что ли?

– Ты принёс книгу, как я просил? – Вдруг сменил он тему.

– Конечно. Но раз уж не будет процесса, может, попросту её сожжём?

– Нет-нет. Это всё же доказательство, хотя и бесполезное. Тебе не кажется, что без неё наши отчёты выглядели бы странно? И точно, ты уже написал отчёт?

– Как ты и просил, – ответил я, и, хотя я и назвал это просьбой, никто из нас не сомневался, что речь шла о приказе.

– Прекрасно.

Он принял от меня завёрнутую в холст книгу и свиток с отчётом. Махнул рукой, и тогда из тени вышел широкоплечий мужчина. Признаюсь, что для меня он появился как призрак, поскольку, разговаривая с Тофлером, я и не слышал его, и не видел, а ведь я не жалуюсь на слабое зрение или слух.

– Отнеси это ко мне и присмотри, – приказал Тофлер, и мужчина молча взял у него книгу и отчёт. Так же без слов и без единого лишнего жеста он покинул эркер. – Всегда следует иметь под рукой хорошо вышколенного слугу, – теперь инквизитор из Хеза обращался уже ко мне.

– Надеюсь, что и я когда-нибудь смогу себе позволить такой комфорт, – ответил я.

Я прекрасно понимал, что этот тихий мужчина нечто большее, чем просто слуга. Гораздо больше, чем на обычного подручного, он был похож на человека для специальных услуг. Например, таких, которые пригодятся, когда вам нужно кого-то заставить говорить, молчать или слушать, а господин инквизитор не хочет пачкать руки.

– Ну, хорошо. – Тофлер потёр руки. – Ты не хочешь переодеться, прежде чем мы посетим «Яблоко Гесперид»?

– Я должен переодеться, чтобы пойти в бордель? – Спросил я с недоверием. – Кроме того, прошу прощения, чего ты хочешь от моего костюма? Я инквизитор, а не дворянчик с княжеского двора.

– Ну, тогда идём. – Он встал из-за стола, не пытаясь больше со мной спорить. Когда мы вышли на улицу, Тофлер посмотрел на вывеску, висящую на трактире. Она изображала огромную рыбу, возможно, сома, если я сумел правильно расшифровать намерения художника, намалевавшего этот знак. А таверна называлась «Под Вилами». Странно, не правда ли? Я размышлял над этим и раньше, но как-то забыл спросить хозяина, какой замысел соединил название с вывеской, поскольку мне это казалось совершенно непонятным.

– Раз уж ты так хорошо ориентируешься в здешней жизни, может, ты знаешь, почему трактир «Под Вилами» украшает сом на вывеске? – Спросил я, будучи ехидно уверен, что Тофлер не знает ответа.

– Несколько десятков лет назад Христиания пережила большое наводнение. Когда вода ушла, в грязи нашли огромного сома. Горожане закололи его вилами, – пояснил он спокойно.

Признаюсь, я был посрамлён. Тофлер провёл в таверне всего несколько мгновений, а уже уговорил на интимные откровенности жену трактирщика и разгадал загадку, связанную с названием трактира. Что ж, интересный это был человек...

Когда я шёл за ним, одновременно я пытался трезвым взглядом оценить свой внешний вид и одежду. Я и правда не был закутан в бархат и не звенел от золотых пряжек, серебряных булавок, алмазных брошек и изящных колец, но был одет чисто и опрятно. Не считал себя вправе выглядеть лучше, чем среднего достатка, солидный, но скромных нравов горожанин. Во-первых, учитывая тот факт, что в такой одежде я удобнее и лучше всего себя чувствовал, во-вторых, потому, что мы, инквизиторы, должны скорее сливаться с толпой, чем из неё выделяться. По крайней мере, если не носили официального чёрного костюма с изображением серебряного сломанного креста. Но это ведь бывало не часто. Но я мог, однако, без труда согласиться, что Тоффлер смотрелся рядом со мной словно попугай рядом с вороном. Он так разоделся, подумал я язвительно, будто он шёл в этот дом работать, а не развлекаться.

– Названия гостиниц, трактиров и таверн могут многое рассказать о настоящем и прошлом города, в котором мы находимся, – добавил мой спутник.

Мы вышли на переполненную и оживлённую улицу, и я изо всех сил проталкивался, чтобы идти с Тофлером плечом к плечу, а не за его спиной, потому что тогда я чувствовал бы себя почти так, будто я был его слугой, а не спутником.

– Ты уверен, Максимилиан, что нам нужно посетить это заведение? Может, просто посидим где-нибудь за чашей вина?

– Дорогой Мордимер, раз уж нас так любезно пригласили, грешно было бы этим не воспользоваться, – с улыбкой ответил Тофлер.

Он заметил, что я скривился, и изучающе уставился на меня.

– Разве ты не пользовался такого рода развлечениями? А может, ты предпочитаешь мужское общество тем радостям, которые можно получить от прекрасных дам?

– Максимилиан, ты делаешь слишком смелые выводы. Кроме того, если я не ошибаюсь, наша вера велит преследовать содомитов.

– Вера. – Он пожал плечами. – Скорее, право. Но пусть этим занимаются светские суды, оставляя нам право выбора, с кем мы хотим разделить ложе.

Как видно, Максимилиан Тофлер был человеком довольно лёгких нравов, но для меня, признаюсь, это не имело большого значения. Я уже встречал разных инквизиторов: как бабников и пьяниц, так и людей истинно благочестивых и скромных. Я видел таких, которые допрашивали и пытали с каменным лицом, и таких, которые проливали искренние слезы над болью каждого грешника, а приказав его пытать, причитали почти как сам допрашиваемый. Нас было слишком много, чтобы мы выглядели или вели себя как сделанные под одну колодку. И очень хорошо, ибо однообразность – эстетика дураков.

– Тем не менее, ответ звучит: нет, – ответил я. – Я не поклонник мужских прелестей. Я иногда посещаю бордели. Если человек хочет плюнуть, он пользуется плевательницей, если он хочет дать волю похоти, он пользуется проституткой.

Тофлер от души рассмеялся.

– Мой дорогой молодой товарищ, позволь мне, как твоему покорному слуге и просто другу, объяснить тебе один секрет, хотя мне и удивительно, что никто до сих пор тебя с ним не ознакомил.

– Милости прошу. – Меня не особо интересовали откровения инквизитора из Хеза, но отказываться не приходилось.