Чтение онлайн

Не будет ли нам ещё более неловко, чем сейчас?

Хотя по Тиму не скажешь, что ему неловко. А вот мне не по себе, потому что я не могу распахнуть входную дверь. И так дёргаю, и сяк, а она не поддаётся.

– Открой дверь! – даже не прошу, а приказываю я.

– Раскомандовалась, - раздаётся за спиной.

Оглядываюсь и снова вижу его голого. У парня есть смущение в принципе или нет? Вернее, он чувствует себя также свободно, как и в одежде. Нагота его ни капли не беспокоит. Может, это из-за самолюбования? Конечно, имея идеальное натренированное тело можно себе это позволить.

Я дёргаю за ручку, но тщетно, и в сердцах выдаю:

– И что здесь у тебя такое? Пещера горного короля?

– Типа того, - прищуривается он и, оттолкнувшись от стены, идёт в мою сторону.

Тимур начинает тихонько напевать сюиту Грига, – не фига у него, оказывается, познания в классическом репертуаре, - и на финальном «бу-у-у» вжимается в меня бёдрами.

Да, я не монашка и не святая, что уж сказать. Так что, конечно, когда голый сексуальный и вдобавок ко всему возбуждённый парень припечатывает меня к входной двери, я ощущаю, как трусики становятся влажными.

– Тут ещё и сигналка, - он указывает куда-то себе за плечо.

Перевожу взгляд на потолок и замечаю какие-то датчики. По мне так обычная противопожарная система, только парочка подмигивает странно.

– Сигналка?

– Ага, сирена взревела, если бы ты попыталась дверь вскрыть с любой стороны. Без кода – нереально ни войти, ни выйти.

Я прищуриваюсь и пытаюсь отстраниться, но вместо этого дёргаюсь и бьюсь головой о дверь.

– Чёрт… - мне конкретно больно.

– Тише… ты чего? – Тимур накрывает затылок ладонью и массирует, убирая лёгкое онемение. – Я ж тебя не съем.

А потом, будто опровергая свои же слова, впивается в мой рот. Его губы мягкие, но настойчивые, а язык по-хозяйски проникая в рот.

Знаете, очень сложно не потечь, когда голый парень целует вас так, будто планирует трахнуть в обозримом будущем. Конечно, я тут же теку.

Аха, и оседаю лужицей у его ног в буквальном смысле этого слова.

Пальцы против воли впиваются ему в плечи, ногти вдавливаются в кожу. Пахнет от Тимура просто обалденно, а вкус терпкий, свежий, мужской, и запах тела такой, что голову ведёт. Сто процентное попадание в совместимость – как написали бы в новомодном журнале.

– Ты точно на МИ-6 не работаешь? – пытаюсь прощупать я, когда поцелуй заканчивается.

А вдруг реально агент британской разведки? Хотя, как говорится, у богатых свои причуды. Захотелось ему особую систему безопасности – пошёл и заказал, какие проблемы, только бабки успевай отстёгивать.

– Нет, не работаю. Просто не люблю по утрам в одиночку просыпаться, знаешь? Как-то даже обидно, что девушка пытается сбежать.

Наклоняясь, он захватывает мою нижнюю губу зубами, слегка прикусывает и отстраняется.

Этот хам точно знает, что я возбудилась, и дело даже в предавших меня сосках, натянувших ткань светлого топа, а в зрачках. Уверена, они сейчас размером с блюдца, такие же, как у Тимура, без всякого смущения разглядывающего моё лицо. Наверное, самому интересно, кого он там вчера подцепил. В полумраке нам как-то не до разглядываний было.

Совершенно иррационально я злюсь. А когда злюсь, я кусаюсь:

– И много девушек от тебя пыталось сбежать?

– Ты первая, - нагло заявляет он.

– То есть обычно ты их сам силой до двери на выход тащишь? А они упираются?

– Именно.

Невольно вырывается нервный смешок.

– Ну у тебя и самомнение!

– Оценила, да?

Он хитро прищуривается, потом берёт меня за руку и тянет вниз, опуская ладонь себе на член.

Этот наглец точно не стесняется показывать, что он хочет.

Приподнятая бровь красноречивее любых слов.

И его рука, лежащая поверх моей, побуждает меня обхватить ствол и провести вверх-вниз пару раз. Он уже охренеть как возбуждён и готов.

– Не стоило даже пытаться сбежать, Тома, - выдыхает он мне в ухо, а следом прикусывает мочку.

Моя рука уже двигается сама, хотя ладонь Тимура всё ещё её контролирует. Если вчера я трогала его, как мне хотелось, то сейчас он показывает, как ему больше нравится.

– Откуда ж мне было знать, что у тебя такая система безопасности?

– Ну тогда запоминай.

– С чего бы это?

– Полезные знания в жизни пригодятся, ты же отличница.

– С чего ты взял?

– Ты ночью так старательно в рот брала, что это заслуживает высшего балла.

Совершенно невольно мой рот потрясённо приоткрывается, и Тим тут же гладит нижнюю губу подушечкой большого пальца.

– Кто-то хочет повторить? – ухмыляется он.

Думаю, что ему остаётся просто опустить мне руку на макушку и как в дешёвой комедии нажать посильнее, чтобы я бухнулась перед ним на колени.

Но чёрта с два со мной такие номера не пройдут.

Наверное, эти мысли проскакивают на моём лице, а Тимур, чтоб его, оказывается, глядит очень внимательно, несмотря на ленивую расслабленность.

– Ну что ты хмуришься, а? – кидает он.
– Я не ханжа.

– Это я уже поняла, - бубню себе под нос, а потом решаю прекращать наш словесный пинг-понг, честно говорю то, что у меня на уме. – Мне не нравится, когда меня пытаются к чему-то склонить двусмысленными разговорами.

– Ах, так ты, значит, любишь прямые действия?
– он приподнимает брови, хотя прекрасно понимает, что я имею в виду.

А потом внезапно сам опускается на колени возле моих ног, чётким движением скатывает юбку вверх по бёдрам, закидывает мою ногу к себе на плечо и отводит трусики в сторону.