Чтение онлайн

На следующий день она встретилась с Сошниковым и пригласила его на квартиру своей тётки.

Через его руки прошло уже немало девиц, но их Алексей воспринимал только как грязных потаскух. Почти все они были из семей алкоголиков, отучились в ПТУ, некоторые успели сделать не по одному аборту, любили хорошенько выпить. Сошников относился к ним почти с презрением. И вдруг он попал в совершенно другой дом: на полках стояли книги, на полу не темнели следы грязной обуви, обои на стенах не свисали клочьями…

– Чисто у вас, – задумчиво произнёс Алексей.

– Обычно.

– Не скажи… По-интеллигентски всё очень… Кто же у тебя тётка-то?

– Искусствовед. Вообще-то она уже на пенсии, но неугомонная. Постоянно где-то кому-то помогает.

– Ага… – неопределённо проговорил парень, осматриваясь почти с испугом. – И такие, стало быть, есть… Искусствоведы…

Наташа снисходительно потрепала его по вихрастому затылку и подтолкнула к ванной.

– Иди.

– Зачем?

– Руки мой! И всё остальное тоже! Я же тебе сказала, что грязнуль к себе не подпускаю!

Она засмеялась так заразительно, что Алексей смутился. Увидев обстановку, он почему-то сразу отбросил все мысли о возможной близости с девушкой. Но теперь её смех пробудил в нём какое-то почти тревожное желание.

Наташа тоже приняла душ и вышла к нему – голая, свежая, чуть ли не сияющая изнутри. Таких девчонок Сошников прежде не встречал. Сердце его сладко застонало…

А через несколько дней Наташа зазвала к себе Фёдора Груздикова, после чего приятели обменялись яркими впечатлениями о своей новой подружке, жадно внимая подробностям и испытывая лёгкие уколы ревности.

– Клёвая тёлка! – восхищался Сошников, покусывая губу.

– Знающая… А с виду не скажешь, что потаскуха…

– Не потаскуха она…

– А кто? Тебе дала, мне дала, всем небось даёт. Кто ж она, по-твоему? Сказочная Мальвина?

– Потаскухи не такие, сам знаешь. Возьми вон Зинку Котову или Галку нашу…

– Бабы разные бывают. Но Наташка и впрямь особая. Повезло нам…

– И чего она на нас глаз положила? Она ж в актрисы метит, не нашего поля ягодка. Может, твой сломанный шнобель ей понравился? – Сошников глубокомысленно посмотрел на непривлекательную физиономию товарища. – Может, ты ей мужественным показался?

Груздиков непроизвольно потрогал свой кривой нос и ухмыльнулся:

– Может, и так… К девкам в мозги заглядывать – дело гиблое. Ничего там не поймёшь. Да и не надо ничего понимать.

– А как же общаться, если не понимать? – засомневался Сошников.

– Общаться… – с гадливой ухмылкой передразнил Груздиков и сделал рукой неприличный жест. – С этой тёлкой можно и без слов общаться…

Наташа Кутузова звонила им сама, не разрешала появляться без предупреждения, ссылаясь на строгий тёткин нрав.

– А чего нам сегодня к ней идти, если тётка дома? – спросил Сошников.

– Познакомить нас хочет с кем-то, – пояснил Фёдор. – Велела из автомата позвонить ей, когда будем рядом.

– У тебя двушка [10] есть?

– Нет. – Груздиков мотнул лохматой головой. – Сейчас стрельнём у кого-нибудь.

Впереди они увидели стоявшего на автобусной остановке паренька лет восемнадцати с пузатым портфелем в руке.

– Спроси-ка вон у того очкарика, – велел Груздиков, подтолкнув Алексея в плечо.

– Слышь, чувак, двумя копейками не поделишься? – Сошников, сунув руки в карманы обвислых штанов, остановился перед молодым человеком.

Тот поставил портфель на асфальт, зажал его ногами и достал из куртки кошелёк. Это был старомодный кожаный кошелёчек с металлической застёжкой в виде двух смыкающихся шариков. Сошников почти равнодушно ощупал взглядом содержимое кошелька.

– Вот, есть двушка, – сказал парень, выковыривая из монет нужный медный кругляшок.

– Часики у тебя здоровские, – проговорил Груздиков из-за спины Сошникова и вдруг резко схватил молодого человека за запястье. Тот выронил кошелёк, и монеты звонко покатились по тротуару.

– Вы чего?!

– Ничего! – с ледяным спокойствием ответил Груздиков, цепко держа руку парня. – Просто хочу на твои часы посмотреть. Импортные, что ли?

– Какое вам дело?

– Любопытно, просто любопытно. Да ты не дёргайся, чувак, спокойно…

Груздиков попытался расстегнуть замочек ремешка, но владелец часов вырвался и, подхватив тяжёлый портфель, размашисто хватанул Фёдора по плечу.

– Ах ты… – зашипел Фёдор. – Я к тебе по-человечески, а ты, сука, драться задумал! Да я тебя, студент вшивый, по стенке размажу!

– Федя, уматываем! – Сошников потянул его за рукав. – Народ подваливает.

И Алексей первым бросился бежать, подобрав с асфальта несколько монет. Груздиков, помедлив несколько секунд, последовал за приятелем, но не очень быстро. Его самолюбие было уязвлено «наглостью» студента. Остановившись, он оглянулся, потряс кулаком и крикнул:

– В следующий раз урою тебя!

– Ты чего? Оборзел, что ли? – удивился Сошников, когда они ушли достаточно далеко. – Чего вдруг за часами потянулся?

– Клёвые часы…

– Украсть, когда тебя не видят, – одно, а вот так забрать – совсем другое дело. – Алексей говорил встревоженно. – Опознают же!

– Хрена с два! И вообще… Что мне делать, если часы понравились? Ладно, хватит… Давай Наташке звонить…

Наташа вышла к ним быстро.

– Привет, – бросила она строго.

– Чего насупленная?

– Думаю.

– О чём тебе думать, киска? – хмыкнул Груздиков.

– Есть о чём… Пойдёмте…

– Далеко зазываешь?

– Познакомить хочу вас с одним человеком.