Я смертная
Шрифт:
Девушки поспешили обратно в сторону школы-пансиона, чтобы не привлекать к себе еще больше внимания.
– Но как мы попадем к имморталис? – зашептала Галишка, едва они скрылись за поворотом, при этом она выразительно показала руками на их простую поношенную одежду с цветными пятнами. Одежда была чистая, но некоторая грязь попросту не отстирывалась.
– У меня есть план, – сказала Марго. – У Ады в кабинете есть гардероб, мы возьмем одежду и…
– Украдем? – ужаснулась Галишка.
– Конечно, нет. Мы вернем ее.
Галя с сомнением покачала головой: концепция "попользуемся без спроса и вернём" не казалось ей такой уж правильной. Она чувствовала, что это всё ещё очень близко к воровству, даже если они вернут вещь в идеальном состоянии.
– Переоденемся и пойдем к Симоне, – невозмутимо закончила Марго, в ее глазах уже опять запрыгали чертики: Галишка всегда так забавно пугалась.
– Притворимся бессмертными?
В голосе Галишки прозвучал настоящий испуг: это было ещё ужаснее, чем она себе представляла. Одно дело прокрасться, как натуральные крысы: незаметно, быстро, и совсем другое – притвориться бессмертными. Сколько перья на крысу не клей – она не станет похожа на попугая.
– А как мы найдем ее адрес?
Если они не узнают, куда идти, то не смогут отправиться в дорогу.
– Ну, это-то легче лёгкого. Он точно есть в интернете. Вообще имморталисы не слишком скрывают свои адреса. Кстати, ты знала, что Симона живет с Эдвардом Кларком? Он занимается различными эко проектами. Очень классный. Честно говоря, я немного завидую их паре. Мне кажется, это и есть любовь. И сколько они уже вместе? Лет семьдесят!
Слушая воодушевленный, если не сказать влюбленный, голос Марго, Галишка убедилась для себя в одном: это случится. Они пойдут к Симоне, этот факт уже не изменить. Даже если бы прямо сейчас на них упал астероид, Марго бы с лёгкостью его откинула и пошла, до того она была уперта в своих устремлениях.
– Ладно, хорошо, – обречённо сказала Галишка, между тем начиная и сама предвкушать это приключение. Было все же что-то героическое в их поступке, и от того казалось, что не может закончиться плохо. К тому же Симона действительно казалась очень хорошей. – Но сначала мы должны встретиться с твоей мамой. Будет подозрительно, если мы внезапно исчезнем.
– Хорошо, учительница Галина, – засмеялась Марго над наставительными строгими нотками подруги.
Эпизод 2.
Девочки вернулись в школу и сразу же направились в холл, где должна была состояться встреча с родителями. Разумеется, с теми родителями, которые хотя бы чуть-чуть интересовались своими детьми, таких было немного.
В 2215 году семьи уже не выглядели так, как это бывало в старых романтических фильмах. Новейшие исследования показали, что семьи действуют разрушающе на развитие общества в целом, поэтому была придумана новая социальная модель. Куда практичнее было людей с самого рождения отдавать в ясли, садик и школу, где о них заботятся профессионалы. На эти вакансии проводился тщательный отбор, ведь дети должны были в будущем приносить пользу и найти свое место в мире. Этому и правда уделялось немало внимания.
Браки потеряли свою силу. Если раньше люди еще верили в то, что можно прожить с одним человеком сорок или шестьдесят лет, то когда счет пошел на сотни лет, стало очевидно, что мало кто готов так долго выносить друг друга. Хотя в последние годы наблюдался рост пар среди бессмертных, живущих друг с другом годами, но это новое явление социологи только начали изучать.
Имущественное право также было отменено – все ресурсы принадлежали людям поровну. Правда людьми стали считаться только бессмертные. Государство теперь занималось распределением различных благ равномерно между бессмертными людьми, и доля зависела от полезности конкретного бессмертного в обществе. Квартирные и тому подобные бытовые вопросы больше не беспокоили умы бессмертных, которые должны были двигать и менять мир.
Система образования за последние столетия тоже претерпела множество преобразований. Все школы превратились в пансионы, в которых дети содержались с самого рождения. Связь с родителями не просто не считалась чем-то важным, а скорее не поощрялась вовсе. Производить потомство теперь можно было только получив разрешение: это касалось и смертных, и бессмертных. И у смертных было даже больше свободы, потому что никто не запрещал видеться детям и родителям. Правда чаще всего родители занимались собственной жизнью, и лишь редкие из них не выпускали судьбу детей из виду. Мама Марго была именно такой, хотя даже с точки зрения смертных она была не самой обычной.
Что же касается имморталис, то у них семейные связи отсутствовали вовсе. Все имморталис регулярно сдавали анализы, доктора отбирали лучшие гены, и дети фактически выводились искусственным путем. Впрочем, у бессмертных каждый ребенок был желанным, и с детства они не видели ничего кроме добра и заботы от всех окружающих взрослых.
В смертных же районах детей не слишком любили, поэтому такую элементарную логику как “выживает сильнейший и самый ловкий” дети постигали очень быстро.
– Галишка, солнышко! – женщина в длинном платье с кудрявыми светлыми волосами потянулась к невысокой Галишки, обнимая ее, после чего обняла и свою дочь Марго. Та лишь терпеливо подождала, когда мама ее отпустит.
Марго в таких ситуациях всегда ощущала себя лишней. Галишка смотрела на Фаину влюблёнными глазами, и они всегда с энтузиазмом обменивались новостями, пока Марго просто стояла рядом. На этих встречах она чувствовала себя неловко, потому что на самом деле не испытывала каких-то особенных чувств к матери. И когда некоторые из детей ей завидовали, потому что мама не просто приходила к ней, но еще и была такой доброй, Марго было стыдно, потому что даже чувство благодарности давалось ей с трудом. И если уж говорить честно, то ей была ближе Кристина, мама Галишки. То была усталая женщина, которая не тратила попусту слов, и эту черту в ней Марго уважала.
Конец ознакомительного фрагмента.