Я тебя рисую
Шрифт:
Лежал, закрыв глаза и слушая ее дыхание. И шелест драконьих крыльев в ущелье. И ловил себя на том, что счастлив…
Она заворочалась в моих руках, устраиваясь удобнее, свернулась, словно новорожденный дракончик. Беззащитная, но смелая…
Вытащил ее рисунки, которые она так упорно от меня прячет. Отложил в сторону, чтобы не мешали ей спать. Утром посмотрю.
Лежать без сна так привычно, непривычно — просто лежать, обнимая девушку. Подтянул ее выше, уткнулся ей в волосы. Трогаю губами, желая большего… До безумия хочу большего, но нельзя. Сказал, что сберегу ее жизнь, значит, сделаю, чего бы мне это ни стоило. Ева будет моей, непременно, просто чуть позже…
Образы того, что я сделаю с ней, как только доберусь до Ранххара, вспыхнули в голове так ярко, что пришлось откинуть голову и вспомнить старика Аониса. Или Хранителя вместе со старейшинами… Такие мысли обычно отбивали желание напрочь. Правда, с Евой это плохо помогало. Поймал себя на том, что глажу ее спину, жадно втягиваю воздух, ловлю ее запах…
Драконье пламя…
Заставил себя переключиться на другие мысли. К тому же есть, о чем подумать. То, что по возращении в Ранххар меня ждут неприятности — однозначно. Вопрос, насколько большие. Впрочем, меня это не остановит. Меня уже ничто не остановит… Я сделаю то, что задумал, даже если придется воевать против своих. Правила… их давно пора изменить.
Быстро прикинул расстановку сил в Долинах.
Но прежде нужно вернуться. В отличие от моей дикарки я точно знаю, где мы находимся. Это благословление драконов, что Еву не нашли загонщики в первый же час ее пребывания в ущелье. И то, что она не ушла далеко от того места, куда ее выкинул портал Аярны.
Скривился, вспомнив Светлейшую. Принцесса будет наказана. И так, чтобы больше ей и в голову не пришло делать что-то за моей спиной. Кажется, она начала забываться…
Провел ладонью по бархатной коже моей дикарки. Прижался губами к ее шее, там, где бьется ток ее крови. Вернемся — поселю ее в своих покоях, хочу, чтобы всегда была рядом. И плевать на правила… Аярну буду навещать. Иногда. После того, как она осознает и раскается. Или просто смирится… Другого выхода у нее нет. А Ева… Ева будет рядом со мной. И со временем забудет о своей ненависти, обо всем забудет, я постараюсь…
Еще один поцелуй. Только один…
Отворачивается даже во сне. Ничего, я умею ждать…
Прижал ее крепче, ощущая такую сладкую муку от близости и недоступности ее тела. Главное — пересечь это проклятое ущелье и подняться в горы. Сейчас важно лишь это. Все же, я не так самонадеян, чтобы не осознавать, насколько сильны загонщики… И что будет, если они учуют запах самки.
Сжал зубы, быстро перебрал в памяти свой арсенал. Вполне справлюсь с двумя десятками ххрра, в этих местах обычно лишь небольшие отряды, по несколько людей-ящеров. Значит, у нас есть все шансы добраться до разлома благополучно…
Нога побаливала, и я чуть хромала, наступая на нее. Линтар посмотрел, а потом перекинул меня через плечо и пошел, легко перепрыгивая с камня на камень.
— Отпусти, — попробовала я возмутиться, но он лишь сжал крепче.
— Так быстрее будет, Ева. Надо уйти отсюда, загонщики близко, я чувствую их. Закончатся камни — возьму на руки, а пока так…
Но все же уйти далеко мы не успели, хотя и поднялись довольно высоко в гору. Арманец вдруг резко остановился, поставил меня на землю и закрыл собой. И сразу же в его руках оказались клинки, хотя я пока не видела никакой опасности.
Я настороженно осмотрелась, не понимая, что происходит. Все то же горное плато, с одной стороны отвесная скала, увитая цветами и другой растительностью, впереди серые камни и кустарники. И вдруг…
Дальний валун чуть шевельнулся. Я присмотрелась, решив, что померещилось. И ахнула. Потому что камень не просто шевельнулся, он начал подниматься, разворачиваться, открывая свое нутро. И я поняла, что серая поверхность валуна — это спина ужасного создания.
Загонщик… Помесь человека и ящера.
Лицо почти человеческое, лысая голова с наростами. Шипы тянулись от носа через макушку и переходили на спину, как у арманцев, которых я видела в ту ночь, возле дорххама. Но загонщик был без одежды, если не считать короткой набедренной повязки, и у него был длинный хвост ящера, ноги скорее напоминали драконьи лапы и были покрыты чешуей, а вот торс походил на человеческий. Загонщик принюхивался, как зверь, желтые глаза неотрывно смотрели на меня. Я попятилась, напуганная этим существом так, как никогда в жизни. А если еще и вспомнить рассказ Линтара о том, какая роль отводится у этих ящериц женщинам… Горло свело от страха.
— Ева, отойди дальше, — не оборачиваясь и не повышая голоса, сказал арманец. — Не бойся.
Странно, но это уверенное «не бойся» почему-то успокоило меня. Но лишь до того момента, пока я не увидела, как стали разворачиваться еще несколько валунов. Светлый Дух! А ведь я могла наступить на такой, и даже не понять, что это не камень! И все они смотрели на меня, принюхивались, облизывались, между тонкими губами мелькал длинный, раздвоенный язык.
— Отойди, арманец… — шипящие звуки резанули слух. — Сссамка наша, ты знаешшшь это. Все, кто приходят в Ущелье Тлена, ссстановятся добычей ххрра…
— Не в этот раз, — равнодушно бросил Линтар. Я смотрела со все возрастающим ужасом. Загонщиков было слишком много… слишком!
— Уйди… — шипели люди-ящеры, приближаясь. — Иначе умрешшшь. Ты не нужен нам, арманец… Только она…
— Она моя собственность, — арманец не отошел ни на шаг. — И моя пара. Вы знаете, что это значит.
Загонщики замерли, словно раздумывая. Я молилась Создателю, чтобы они оставили нас в покое. Сейчас я согласна быть и собственностью, и лаей арманца, лишь бы это помогло! Да я готова с радостью подтвердить, что я его пара, сестра, или даже дочь! Кто угодно!
Еще несколько камней развернулись, явив смуглые тела и набедренные повязки.
— На твоем плече метка… — прошипел ххрра. — Но самка еще не знала мужчину. Я чувствую… Ты врешшшь. Она не твоя. — ящеры снова зашевелились, подбираясь ближе. — Да и неважжжно… Вы на нашшшей земле… Значит, мы возьмем ее… Сейчассс…
Мне стало дурно от перспективы, и я чуть не заорала, когда голова говорящего загонщика отлетела, снесенная серебряным обручем.
— Нет, — сказал Линтар.
Ххрра бросились со всех сторон, и я поразилась, насколько они быстрые. А я-то надеялась, что загонщики медлительны и неповоротливы… Толстые хвосты им нисколько не мешали, напротив — удерживали нечеловеческое равновесие, служили точкой опоры, когда люди-ящеры резко поворачивались.