Чтение онлайн

Тепло усиливало зуд волдырей. Она лучше пошла бы к Гаррону голой, чем превозмогая такую ужасную боль. Если бы она могла двигаться, она бы сорвала простыни.

Служанка ушла, обещая, что вернется, чтобы нанести новый слой мази на волдыри, и в комнату вошел Гаррон.

Его штаны были помятыми, рубашка выбилась и была расстегнута на три пуговицы ниже воротника. Оливия пригляделась и поняла, что это была та же одежда, что и прошлым вечером.

Гаррон смотрел на пергамент в руке, подходя к ее кровати.

— Прости, я пытался, но никак не обойти… — он замолчал и хмуро сверлил взглядом страницу.

Горло Оливии напрягалось из-за того, как засохло. Она закашлялась и смогла выдавить:

— Что?

Гаррон вскинул брови.

— Я всю ночь этим занимался, мадам. Пытался понять, как освободить тебя от контракта с Тристаном. Но, ты его работница, хоть и не по своему желанию, боюсь, попытки украсть тебя совет посчитает нарушением контракта, и Тристан сможет полноправно послать армию в Сосновую стражу, чтобы забрать тебя. Мои люди — не воины. Они могут защитить деревню от волков или медведя, но вряд ли выстоят против солдат совета, — Гаррон устроился на краю ее кровати, бормоча. — Боюсь, тебе придется и дальше ему служить, но теперь быть осторожнее.

Оливия впервые заинтересовалась.

— Как?

— Например, я советую не ездить по Королевству в карете. Грохот кареты сразу сообщает, что едет кто-то важный. Научись ездить на лошади. Сливаться. Думаю, тебе нужно рассмотреть эти варианты…

Он вскочил на ноги и вышел за дверь, оставив Оливию в еще большем смятении.

* * *

Через пару дней онемение и волдыри прошли. На рассвете второго дня она смогла сама сесть и даже съела миску бульона.

— Вот так, мисс. Чем больше будете есть, тем быстрее исцелитесь.

— Спасибо, Элис, — сказала Оливия. Оказалось, что болтливую служанку звали Элис. Это имя ей подходило. Оливии теперь стало лучше, и она могла сама справляться почти со всеми волдырями. Она запускала ладони в глиняный кувшин, зачерпывала пальцами прозрачную вязкую мазь. — Из чего это лекарство?

— Мы зовем их лозами покрова, мисс, из-за того, что у них широкие листья, — сказала Элис, нанося прохладную мазь на поясницу Оливии. — Это паразиты. Они растут высоко на деревьях, выдавливают из веток жизнь, если их быстро не убрать. Но сок их листьев — основа полезной мази.

Оливия сжала пальцы, а потом развела их, глядя, как мазь тянется тонкими волосками между ними.

— Я хотела бы увидеть, где они растут.

— Я не лазаю по деревьям, мисс. Но, когда вы сможете ходить сами, уверена, кто-нибудь из парней вам покажет.

Лозы покрова были не единственным интересным растением в Сосновой страже. Гаррон приносил ей большую охапку полевых цветов каждое утро, настаивая, что их запахи помогут и целением, а Оливию каждый раз потрясало буйство красок.

Больше всего ей нравился цветок с витыми кроваво-красными лепестками и черной вспышкой в середине. Стебель был черным, но концы шипов — красными.

— С этим нужно осторожнее, — пробормотал Гаррон, прижимая платок к точечкам крови на кончиках пальцев Оливии.

Следы шипов покалывало, немного темного сока стебля осталось на ее ладони. Но хотя цветок ужалил ее, она не могла отвести от него взгляда.

— Он ядовитый?

— Нет, к счастью. Хотя название у него жуткое — сорняк мертвеца. Из-за того, что лепестки похожи на смертельное ранение, — сказал он раньше, чем она спросила. — Это не садовый паразит. Но мой балбес-повар пытался сделать из сорняка мертвеца чай. Он клянется, что им можно прогнать тревоги, и, признаю, он успокаивает… если это проглотить, — он сжал губы, пронзительный взгляд устремился вдаль от воспоминаний. — Ужасно горькое пойло, самый ужасный чай из всех, что я пробовал.

Чай? Оливия была чуть разочарована, что сорняк мертвеца был не таким опасным, как выглядел. Но ей нравилось название. И пугающие цвета.

— Я могу попробовать чай?

Гаррон нахмурился и посмотрел на потолок. Он с осторожностью выбирал, какие цветы приносил ей, и он убрал ее шкатулку ядов. Хотя он был удивительно добрым к ней, было понятно, что он не доверял ей.

И это было к лучшему.

— Хорошо. Не вижу повода отказать. Элис принесет чашку вечером, — сказал он и вышел за дверь.

Со временем Оливия начала привыкать к тому, что Гаррон мог зайти в любое время дня и ночи, обычно делая это в раздумьях. Может, дело было в том, что ей было нечего делать, пока она была прикована к кровати, но он начал звучать умно. И он, казалось, хотел помочь ей улучшить навык переговоров. У него были неплохие мысли насчет того, как не дать себя поймать.

Как-то он спросил ее, что она думает о маске. Она не успела ответить, он развернулся и ушел. А через пару минут он вернулся и заявил, что маска ей не помогла бы, потому что глаза ее сразу выдали бы.

А потом он снова ушел и вернулся, заявив, что решил проблему.

— Вот.

Оливия не двигалась, пока Гаррон обвязывал ткань вокруг нижней половины ее лица. Когда его грубые пальцы задели ее шею, странное ощущение пробежало по ее спине. От этого ее голова стала легкой, лицо пылало, и плоть под кожей натянулась на костях.

Этот яд она давно не пробовала… но помнила его хорошо.

Она смотрела в пронзительные глаза Гаррона, пока он завязывал ткань, смакуя этот яд. Он всегда проявлялся… волнительно. И всегда удивлял ее.

Гаррон отпрянул. Часть кожи было видно за его воротником. Волоски завивались на тонком покрове над костью. Она коснулась бы их, но Гаррон накрыл чем-то ее макушку.

— Это зовется капюшоном, мадам. Мои люди так одеваются для охоты, он не пускает дождь к их глазам, но не мешает рукам, — он кивнул и поправил капюшон на ее лбу. — Да, так куда лучше.

Она отклонила голову и сказала сладчайшим тоном:

— О? И что ты будешь делать с остальной мной?

— Я не стану ничего делать, пока ты будешь скрывать эти глаза, — сказал он, подвинув капюшон до ее носа.