Чтение онлайн

Марго полезла в сумочку, но Ягодка перехватила ее руку.

— Все в порядке. Я не сержусь, правда. Просто это так по-детски.

— Не по-детски, а по-идиотски, — засмеялась Марго. — Ты не волнуйся, больше он тебя не побеспокоит.

Ягодка кивнула, чувствуя, что вот-вот расплачется.

— Мы теперь подруги? — спросила Марго.

— Да.

Больше всего на свете Ягодке сейчас хотелось, чтобы дружелюбная Марго скорее ушла. Будь она ее врагом, она бы и то не сумела причинить ей такую сильную боль…

Марго вышла из ресторана со смешанным чувством стыда и радости. Ей было стыдно за мысли и намерения, с которыми она встретила Ягодку. А радовалась она тому, что в борьбе со Спайком Дентоном у нее появилась союзница. Как минимум отношения Спайка и Ягодки закончатся, и это уже хорошо. Если только Ягодка ее не обманула…

Марго на секунду остановилась в нерешительности, но тут же тряхнула головой, отгоняя сомнения. Ягодка ей не лгала. Достаточно было лишь посмотреть в ее глаза. Марго вспомнила ярко-зеленые глаза Ягодки. Какой странный и редкий цвет. Из всех знакомых Марго только у ее отца были глаза похожего цвета.

Марго вспомнила, как потемнели светлые глаза отца, когда он рассказывал ей о происках Спайка. Она сразу поняла, когда пронырливый мистер Дентон раздобыл компрометирующие бумаги из кабинета отца. Ярость Марго не знала границ. Вот зачем Спайк появился в ее жизни второй раз. Чтобы вломиться в их дом и обокрасть отца! Как будто мало ему было первого раза, когда он раскритиковал ее аукцион в пух и прах. Как она могла поверить в его слезливые бредни?! Ах, я одинок, ах, я несчастен… Спайк Дентон по определению не может быть ни одинок, ни несчастен. Он вообще не знает, что такое чувства. Дружба, любовь, доверие…

Желание встретиться с Ягодкой и открыть ей глаза на поведение Спайка возникло у Марго внезапно. Она страдала, и ей хотелось уязвить его и всех, кто был с ним связан, как можно сильнее.

Но, когда она поговорила с Ягодкой, от враждебного чувства не осталось и следа. Марго с удивлением признавала, что Ягодка ей понравилась. Познакомься они при других обстоятельствах, они могли бы стать подругами…

Зачем я только натравила на нее Питера? — вздыхала Марго. И главное, из-за чего!

Марго села в машину и выехала на шоссе. Коктейль приятно шумел в голове и означал как минимум тюремное заключение, если ее остановят. Впервые Марго чувствовала себя неловко из-за этого. Несмотря на договоренность с отцом, она нередко позволяла коктейль-другой за рулем. Но о последствиях никогда не думала. Теперь же руки Марго тряслись, а лоб покрыла испарина. Если ее засекут, будет скандал на весь город. Папе только этого не хватало, учитывая его нынешние неприятности.

Марго очень удивилась бы, если бы узнала, что о неприятностях больше речь не идет. Когда она признавалась Ягодке в том, что натравила на нее Питера, Спайк Дентон заходил в кабинет ее отца.

Грэм хмуро разглядывал Спайка. Этот мерзавец, наверное, отлично выспался. Сам Грэм всю ночь не сомкнул глаз, придумывая выход из ситуации. Выход не находился. Взывать к сердцу Спайка было бесполезно, а по документам, которые не пойми как очутились в его руках, выходило, что он, Грэм, виновен. К утру созрело решение встретить удар достойно. Он подаст в отставку, если потребуется, а с объяснениями насчет подряда на строительство Артура Сорелли обратится не к Спайку Дентону, а напрямую к избирателям. Если и придется уйти с поста мэра, то достойно, не позволив какому-то охотнику за сенсациями запятнать его репутацию.

— Присаживайтесь, молодой человек, — сухо сказал Грэм.

Спайк сел. Выражение его лица меньше всего соответствовало образу торжествующего победителя.

— Нас не подслушивают? — Спайк с подозрением оглянулся на дверь. — Девица в приемной произвела на меня впечатление чересчур осведомленной особы.

— Не волнуйтесь, — сказал Грэм холодно, хотя намек на Дельфину ему не понравился.

— Отлично, — кивнул Дентон. — Итак… — Он кинул на мэра лукавый взгляд.

У Грэма все съежилось внутри. Как сытая кошка играет с глупой маленькой мышкой… Какой позор, что он, с его опытом, положением, связями, оказался в роли мышки!

— Я должен принести вам официальные извинения, господин мэр, — продолжил Спайк. — У меня нет никаких документов. И репортажа не будет.

Грэм меньше удивился бы, если бы Спайк объявил себя его внебрачным сыном. Чтобы Спайк Дентон отказался от возможности устроить скандал десятилетия?! Невозможно.

— В чем дело? — нахмурился Грэм. — В вас проснулась совесть? Что изменилось со вчерашнего дня?

Ни один мускул не дрогнул на лице Спайка.

— Скажем так, я получил новые, более веские доказательства вашей непричастности к этому делу.

Грэм расхохотался. Не иначе как Артур подсуетился. Его охватило радостное возбуждение. Пистолет, приставленный к его виску, выхватила и разрядила рука друга. Как именно Артуру удалось переубедить Спайка, Грэм не знал и не хотел знать. Как минимум ничего криминального не произошло, иначе Спайк не сидел бы сейчас перед ним целый и невредимый. Значит, кошмар действительно миновал и не вернется.

Спайк с кислой миной смотрел на Грэма.

— Не смею вас больше задерживать, господин репортер, — сказал мэр.

Спайк поднялся.

— Не слишком радуйтесь, господин мэр. Я буду рядом. В следующий раз вам так не повезет.

Грэм только усмехнулся. Угрожай, угрожай. Теперь он будет настороже и не подпустит Спайка к своему дому на пушечный выстрел.

Когда Спайк вышел из кабинета, Грэм набрал привычный номер. Старого друга следовало поблагодарить, и немедленно.

— Привет, Артур, — сказал Грэм в трубку. — Не знаю, как это тебе удалось, чертяка, но огромное тебе спасибо.

Спайк Дентон еще никогда не чувствовал себя таким униженным. То, что об этом унижении знали лишь двое, Сорелли и Джефферсон, ничего не меняло для него. Он не жалел, что принял предложение Артура Сорелли, но хотел бы, чтобы у него осталась хоть какая-то возможность уязвить Грэма или самого Артура. Спайк обещал себе всегда быть начеку. Пусть мистер Джефферсон не думает, что он теперь в безопасности…

Большеглазая блондинка с постным лицом, сидевшая в приемной мэра, выразительно кашлянула, когда Спайк проходил мимо ее стола. Дельфина Фокс, вспомнил он имя помощницы мэра.