Чтение онлайн

Старший сказал, что корабль скоро приземлится, шепчет голос в том уголке моего сознания, что по-прежнему горюет о них.

Когда корабль приземлится, их все равно разбудят. Так почему не разбудить сейчас?

Почему нет?

Почему нет?

Почему нет?

И что мне теперь делать с восстанием на корабле, космос побери? Если бы они просто послушали, мы сейчас могли бы уже обсуждать подготовку к приземлению. Вместо этого люди, похоже, решили порвать корабль по швам.

Первым делом я бросаюсь в пункт управления орошением.

— Включи схему самого сильного дождя, какой только есть, — командую я дежурному корабельщику, Тирли.

— Старший, — возражает он. — Это может вызвать частичное затопление улиц.

— Выполняй, — приказываю я.

— Длительность? — спрашивает он неохотно, но все же подходит к пульту.

— Я скажу, когда остановить.

Напротив, через коридор, находится отдел управления солнечной лампой. Она автоматизирована, но за уровнем тепла следит корабельщик — мышеподобная женщина, которой, кажется, было бы куда уютнее где-нибудь на ферме.

Ее зовут Ларин.

Достаю пленку и включаю видео с городских камер наблюдения. На экране появляется пункт распределения — на него льется вода, и пожар уже утихает, оставляя за собой дымящиеся развалины. Переключаюсь на камеры на фермах, в теплицах, на главной улице. Люди под дождем кричат и дерутся. Звука нет, но он и не нужен. Я и так отлично представляю себе, как звучит мятеж.

— Закрой солнечную лампу, — говорю я Ларин, которая с тревогой наблюдает за мной, ожидая команды.

— Но ведь сейчас разгар дня! — Она смотрит на меня, будто я свихнулся. Может, так и есть. Солнечную лампу никогда не выключают, но в условно-ночное время ее закрывает плотный металлический щит. Все рассчитано, темнота длится ровно восемь часов и наступает только по расписанию. Сейчас не время.

— Закрой лампу, — снова командую я.

— Но…

— Закрой.

Ларин встает и через всю комнатку проходит к панели управления. Пальцы ее зависают над выключателем. Она что-то бормочет.

— Что еще? — вопрошаю я.

— Может, Барти и прав, — говорит она четко.

Ринувшись через комнату, хлопаю рукой по выключателю. Уровень фермеров под нами погружается во тьму. Но здесь по-прежнему светло. Я наклоняюсь к лицу Ларин. Если бы Марай была здесь… Космос побери, если бы здесь был Старейшина…

Она вызывающе встречает мой взгляд.

А потом отворачивается.

— Теперь открой, — приказываю я.

Ее рука с готовностью дергается вперед и включает лампу. Ларин смотрит на меня, явно надеясь, что я собираюсь уйти. Но еще рано. Нужно подождать еще минуту.

Люди на видео задирают головы, стараясь сквозь ливень разглядеть солнечную лампу. Она никогда не гасла в неурочное время. По крайней мере, я сумел удивить их настолько, что они перестали драться.

— Закрой лампу.

Ларин колеблется, но на этот раз не возражает.

Экран пленки снова гаснет.

Нажимаю кнопку вай-кома и делаю общий вызов.

— Внимание, жители «Годспида». Всем на борту корабля — всем до единого — подняться на Уровень хранителей сегодня после наступления темноты.

— Включай, — командую я, отключив вай-ком.

Она тут же щелкает выключателем, но не отрывает глаз от меня.

Снова нажимаю кнопку. Барти обязательно догадается сделать собственный общий вызов и начнет втирать, что у меня нет права указывав всем, куда им идти, или что-нибудь в этом роде.

— Запрос доступа, степень: Высшая. Код авторизации: 00G. Отключить все устройства связи; исключение: устройство «Старейшина».

Выйдя из комнаты, приказываю Тирли остановить дождь и иду по коридору. Теперь Барти никого не сможет вызвать. Никто, кроме меня, не сможет. Хорошо, что Эми в безопасности в своей комнате.

Идя по уровню корабельщиков, я чувствую на себе их взгляды. Раньше я бы чувствовал в этих взглядах вопросы и сомнения, и они мучили бы меня.

Но теперь мне все равно. Я принимаю полномочия, которые уже давно должны были быть моими.

Впервые за всю жизнь я действительно чувствую себя Старейшиной.

Шелби и главные корабельщики уже ждут у входа на мостик. Я отправляюсь прямо к ним и закрываю за собой дверь.

— Что показали тесты? — спрашиваю. Если, чтобы остановить Барти и его идиотскую так называемую революцию, нужно посадить корабль, придется сажать. Но я этого не сделаю, пока не буду уверен, что это безопасно.

Пока Шелби выводит результаты тестов на пленку, я тихонько ненавижу весь мир. Это нелогично, но я не могу не винить Ориона хотя бы отчасти. Может, в его дурацких посланиях и найдутся данные, которые помогут нам приземлиться, но он был настолько двинутым, что все зашифровал.

Шелби протягивает мне пленку.

— Все результаты показывают, что планета пригодна для жизни. Там есть вода, приемлемый воздух, растительность… Нет никаких помех для того, чтобы приземлиться, — докладывает она.

Но в голосе ее звучит тревога.

— Что такое?

— Наши записи говорят, что на корабле должны быть зонды для более тщательной проверки. Мы все обыскали, но не можем их найти.

— Зачем нам зонды, если и так все ясно?

— Технически они не нужны. Но… в правилах говорится, что зонды нужно использовать. Кроме того, меня беспокоит… Почему мы все это время висим на орбите? Почему не приземлились, когда долетели? И… нет не только зондов, но и коммуникаций.