Чтение онлайн

– Отец и брат полетели на вертолете в Лондон. Они собирались пожить там несколько дней перед тем, как лететь сюда. Вертолет разбился недалеко от Лондона – и все погибли!

Он заплакал у нее в объятиях.

– О Боже, нет! – Маккензи похолодела от ужаса. Вот она – цена успеха! Она крепко-крепко прижала его к себе, как будто стараясь заслонить от беды. У нее почему-то было такое чувство, как будто все случилось по ее вине. – Мне так жаль тебя, дорогой… Я тебе так сочувствую!

– Я всегда держался подальше от него, мы никогда не были близки, – бормотал Элистер. – Такие же отношения у меня были и с Яном. Но я всегда надеялся, что когда-нибудь мы с ним станем друзьями. Я думал, что их приезд сюда предоставит мне возможность стать к ним поближе.

– Как ты узнал о случившемся?

– Моя сестра позвонила мне из Лондона. Я никак не мог ей поверить. Я сидел здесь и все думал, и думал. Звонил телефон, но я не мог поднять трубку.

В этот момент телефон опять зазвонил, перепугав их.

– Пусть звонит, я не могу ни с кем разговаривать! Он теснее прижался к Маккензи.

– Мак, ты мне нужна сейчас, как никто…

– Хорошо, хорошо, дорогой.

Она гладила его и пыталась думать. Все случается по какой-то причине. Ее друзья из Виллидж сказали бы, что это часть космических правил. Может, это случилось, чтобы она все-таки вышла замуж за Элистера, чтобы у ее ребенка был отец?

Они еще долго просидели в углу спальни. Телефон звонил несколько раз. Она чувствовала, что несет ответственность за Элистера. Ей казалось, что она должна исправить баланс отношений и сделать для него жизнь лучше. Наконец Элистер сказал:

– Мне нужно выпить.

– Сейчас принесу.

Она встала и потянулась, сильно выгнув спину.

В кухне она налила «бурбон» и добавила лед, потом отхлебнула глоток из бокала. Маккензи почувствовала тепло в желудке. Нервы стали понемногу успокаиваться. Она пошла к Элистеру. Интересно, станет ли пьяным мое дитя, подумала она, подавая Элистеру бокал.

Он быстро выпил и повернулся к ней со странным выражением на лице.

– Я тебе не все еще рассказал. Мне казалось, что ты сама догадаешься…

– Что? – Она села на кровать и испуганно посмотрела на него.

– Я теперь лорд Брайерли. Я уехал из Англии, чтобы избежать их жизни, но она достала меня здесь.

Она продолжала смотреть на него, потом нахмурилась, и ребенок шевельнулся у нее в чреве.

– Конечно, я могу не пользоваться титулом, – продолжал он.

– Не глупи, – автоматически возразила она. – Конечно, ты станешь пользоваться этим титулом. Ты что, думаешь, что я не хочу родить ребенка от лорда? Все происходит, как в сказке. Я стану принцессой Грейс из Бронкса.

Они смотрели друг на друга. Он улыбнулся ее словам.

– Ты все еще не поняла, о чем я говорю, Мак? – спросил ее Элистер. Она пожала плечами. – Ты не можешь быть принцессой, но если ты выйдешь за меня замуж, ты станешь леди Брайерли, – объяснил он.

Вот это да! Она заволновалась и задрожала – так было с ней, когда она победила в конкурсе «Дивайн». Она ощущала одновременно жар и холод. Фантазия становилась реальностью! Может измениться вся ее жизнь. Леди Маккензи Брайерли! Какая девушка сможет отказаться от подобного предложения?

– Первый титулованный дизайнер в индустрии тряпок? – сухо заметила она.

– Ну, правда, не считая графа Хуберта де Живанши… – Элистер серьезно смотрел на нее, отпивая из бокала. – Ну как? Выйдешь за меня замуж, Мак? Станешь леди Брайерли?

– Лорд и леди Брайерли! – повторила Маккензи, наверное, в сотый раз. – Моя семейка написает в штаны!

Прошла неделя после того, как распространилась новость о гибели лорда Брайерли. Она пригласила к себе домой Майю.

– Мне стыдно, но я не могу грустить по человеку, с которым не общалась, – сказала она. – Я все хочу представить себе лица моих родителей, когда они услышат, что я теперь леди Маккензи! А мои братцы? Ты можешь себе представить их? Они считали, что стали такими важными, потому что живут недалеко от Беверли-Хиллз, когда бывают в Лос-Анджелесе. А я стану принадлежать к европейской знати!

Майя внимательно смотрела на нее.

– Маккензи, – тихо сказала она, – тебе не стоит жить в постоянном стремлении поражать свою семью.

– Пошли они!.. Это я поражена! Мой ребенок станет принадлежать к высшему обществу, ему везде будет зеленый свет! Разве я могу лишить мое дитя подобных благ?!

– Ты перечислила преимущества этого брака, но забыла про одно – самое главное…

– Люблю ли я его? – сердито спросила Маккензи. – Майя, ты такая нудная. Что бы ты стала делать, если бы была беременна и застала своего суженного, когда он трахал какую-то красивую модель, а вокруг стояла кучка извращенцев и подбадривала их, ведя счет, как будто это был забег на сотню метров?

– Я… – начала Майя.

– И что бы ты делала, если бы этот мужчина стал лордом и сделал тебе предложение? Что бы ты делала, зная, что он зависит от «травки» и уколов и принимает все средства, которые известны наркоманам и даже не всегда известны специалистам? Что, если он…

– Маккензи, – остановила ее Майя. – Прости, но я не понимаю тебя.

– Да, нет… просто мы совершенно… разные. Маккензи открыла бутылку и налила шампанское в высокие тонкие бокалы.

– Именно поэтому ты сочиняешь элегантные наряды для приличных леди, а я – для сумасшедших и закомплексованных чокнутых, таких, как я сама! Дорогая, в наших дизайнах, как в зеркале, отражаемся мы сами! Она чокнулась с Майей.

– За… мое дитя, которое будет любить шампанское! Оно привыкнет к нему. Я пила шампанское всю эту неделю!

– Почему? – Майя сделала глоток. – Ты праздновала?

– О…

Маккензи пристально посмотрела на Майю, а потом отвела взгляд.

– Я не могу обманывать тебя, Майя. Я влюблена в другого человека. Ты когда-нибудь слышала что-либо более глупое?

– В этого менеджера по бизнесу, который работает у вас?

Маккензи кивнула.

– Эдди… Боже мой, Майя… Тебе так повезло, что ты такая холодная и спокойная. Мне бы тоже хотелось быть такой. Зачем я только встретилась с ним!

Маккензи улеглась на диване и задрала ноги.

– Мне всегда были нужны определенные вещи. Это. – Она обвела рукой квартиру. – Я всю жизнь мечтала об этом! И мне нужен был мужчина, любящий, внимательный. Конечно, я не мечтала о титулованном муже. Если бы я читала о себе в каком-нибудь модном журнале, как бы я завидовала сама себе!

Майя молча смотрела на нее.

– Боже ты мой, – Маккензи закатила глаза. – Почему Эд Шрайбер не мог быть лордом? Все тогда было бы великолепно.

– Для тебя так важно, что Элистер лорд? – спросила Майя.