Чтение онлайн

— Мне было интересно. Я давно подключилась к персональному экрану Кедры. Она этого не знает. Когда сообщили, что ты обнаружен, я решила, что я могла бы взглянуть… Может быть, подумала я, ты мне пригодишься… Против Кедры или против Захарии… Я еще не знаю. Попозже я это обдумаю. Не сейчас. Сейчас я думаю о Захарии. И о Харкерах. Я ненавижу Харкеров, Сэм. Я ненавижу всех Харкеров. Я ненавижу даже себя, потому что я тоже наполовину Харкер. Да, наверное, я использую тебя против Захарии. — Она наклонилась к нему, и голубой огонь сверкнул из-под тяжелых ресниц. Его плечо скрылось под золотисто-зеленым шелком ее волос.

— Ты ведь тоже ненавидишь Захарию, правда, Сэм? Ты должен ненавидеть. Он хотел тебя отравить. Как ты думаешь, что может ранить его больнее всего? Все, что связано с Кедрой… Если он узнает, что ты жив и молод… Молод? — На какое-то мгновение ее тонкие брови удивленно сдвинулись. Но эта тема требовала слишком большого напряжения, а серьезные рассуждения были ей явно не под силу. Было видно, что ее мозг пытался делать более глубокие заключения, но оказался способен только на самые поверхностные выводы.

Внезапно она откинулась назад и засмеялась, прямо задохнулась от смеха. «Это чудесно, — выдавила она, глядя на Сэма затуманенными глазами. — Я накажу их обоих! Раз ты опять объявился, Захария должен будет ждать, когда ты надоешь Кедре. А Кедра не сможет тебя заполучить, если она не будет знать, где ты. Не мог бы ты уйти и спрятаться, Сэм? Где-нибудь, где люди Кедры тебя не найдут. Ой, пожалуйста, Сэм, пойди и спрячься! Для Сари. Ты сделаешь Сари счастливой!»

Сэм встал. Мостик под его ногами зазвенел мелодичным аккомпанементом к ее смеху. Когда он вошел в холл-туннель, ароматный ветерок снова подул ему в лицо. Лифт стоял там, где он его оставил. Выйдя из кабины и поднимаясь к выходу по стеклянным ступенькам над журчащей водой, он не увидел ни одного человека.

Двигаясь как во сне, он встал на ближайшую дорожку, которая понесла его неизвестно куда. Случившееся имело все признаки грезы, ему пришлось здорово сосредоточиться и убедить себя в том, что все это произошло на самом деле. Надо разобраться, что здесь главное, а что нет, но в любом случае тут скрыты потрясающие возможности.

У Харкеров есть слабое место, о котором они и не подозревают — Сари. Ситуация становится еще более щекотливой, если учесть, что Сари тоже по крови Харкер. Потому что она точно не вполне нормальная. Незрелость сознания и пристрастие к наркотикам только частично объясняют ее патологическую неуравновешенность. Сэм быстро прокрутил новую цепочку. Выходит, Бессмертные не так неуязвимы, если у них такие далеко не безупречные гены.

Вот две тропинки, на которых можно устроить засаду Захарии Харкеру. И та, и другая могут привести к большому скандалу. Но это потом.

Сейчас важнее всего найти место, где можно скрыться, чтобы все спокойно обдумать. Чем больше он об этом размышлял, тем больше его прельщала идея навестить Колонию, выстроенную под руководством Робина Хейла.

Хейл, может быть, пристрелит его на месте. А если не его, а Иоиля Рида? Никто не узнал Сэма, кроме Сари, но кто знает, что взбредет ей в голову, пока он будет собираться встретиться с Хейлом. В его интересах нужно действовать быстро.

Так он и сделал.

Самое удивительное в Колонии было то, что она могла с таким же успехом находиться под водой.

С тех пор, как Сэм покинул Купол, он ни секунды не находился под открытым небом. Сначала — непроницаемый свод Купола и миля воды над ним. Потом — крыша гидроплана из металла и пластика. Наконец, гигантские боксы Колонии с их системами защитной санитарной обработки: ультрафиолетом, кислотой и так далее. И вот он стоит на поверхности Венеры под прозрачным, но тоже непроницаемым сводом, преломляющим множеством радуг изредка выглядывающее из-за облаков солнце. Воздух такой же, как в Куполе. Та же самая смесь. В венерианском воздухе слишком мало кислорода и слишком много углекислого газа. Но в принципе дышать можно. Здесь, под сводом Колонии, все составляющие тщательно подобраны. Но главное — колпак совершенно необходим для защиты от безумного всеобщего размножения, этого главного кошмара венерианской природы. И флора, и фауна ведут бесконечную, беспощадную войну за право цвести, сеяться, оплодотворять, размножаться, чтобы выжить в условиях непрерывно нарушающегося биологического равновесия.

На берегу стоял старый форт, бывший когда-то оплотом Свободной Компании Дунмена. Сейчас его заселили заново. Он находился под еще одним Колпаком, диаметром около полумили. То тут, то там были разбросаны маленькие домишки. Поскольку ни смерчи, ни ураганы здесь никому не грозили, архитекторы могли строить все, что им вздумается. Единственным ограничением была естественная сила тяжести, да и та с помощью парагравитационных щитов регулировалась так, что можно было строить хоть пизанскую башню. Тем не менее, ни в конструкциях, ни в выборе материалов не было ничего экстравагантного. Все очень просто. На Колонии лежала едва уловимая печать медленного умирания.

Настоящей почвы под сводом не было.

Земля была застлана пластиковыми щитами. Защита от ползучих плющей? Наверно. Сады высаживались в огромных гидропонных резервуарах, хотя несколько чанов поменьше были заполнены стерилизованной почвой. Люди работали, но с ленцой. Время, вероятно, было послеобеденное.

Сэм пошел по одной из дорожек, следуя указателю с надписью «Администрация». Он почувствовал легкое отвращение к континентальным порядкам. Вся его жизнь прошла под Куполом, он всегда знал, что толща воды надежно отделяет его от открытого неба. Теперь, когда сквозь прозрачный свод он видел настоящее небо и неяркий солнечный свет, это казалось Сэму жалкой копией искусственного дневного освещения Куполов.

Его мозг работал без устали. Он отмечал все виденное, оценивал и распределял факты и впечатления, откладывая их до того времени, когда они смогут пригодиться. На время он позволил себе забыть о Сари и Харкерах. Эта информация должна отлежаться. Сейчас главным было то, как Робин Хейл примет Иоиля Рида, сына Сэма Рида. Он отнюдь не считал себя должником Хейла. Его интересовала только личная выгода, и в этом смысле Колония выглядела многообещающим местом.

Девушка в розовом комбинезоне, склонившаяся над чаном с ростками, подняла на него взгляд. Любопытно смотреть на лица этих колонистов при необычном солнечном свете. Ее кожа была кремовой, а не молочно-белой, как у Сари. У нее были прямые, гладко расчесанные, каштановые волосы, карие глаза, глядящие, пожалуй, более открыто, чем у живущих под водой. Но так же как у них, ее жизнь была ограничена непроницаемым куполом. Правда, в ее купол светило солнце и непрерывно ломились голодные, буйные джунгли, а не серая вода океана. И по ее глазам было видно, что она знает об этом.

Сэм остановился. «Где администрация?» — спросил он, хотя в этом не было никакой нужды.

— Вон там, — голос звучал довольно приятно.

— Тебе нравится здесь?

Она пожала плечами: «Я здесь родилась. В Куполах, должно быть, чудесно. Никогда не видела Купола».

— Никакой разницы, все то же самое, — уверил ее Сэм. Ему вдруг пришла в голову занятная мысль. Эта девушка родилась здесь. Ей на вид не больше двадцати. Довольно милая, хорошенькая, но не совсем в его вкусе. Мысль была такая: раз у нее лишь отчасти есть то, что ему нравится в женщинах, то он может подождать рождения ее дочери или внучки, подбирая при этом родителей так, чтобы получилось то, что он хочет. Бессмертные могут производить селекцию человечества так же, как простые смертные могут выводить пушистых котов или быстроногих лошадей. Жалко, что в итоге получится цветок-однодневка, который пышно распустится и на другой день увянет. Интересно, сколько Бессмертных уже проделывали это, устраивая себе гарем не в пространстве, а во времени? Должно быть, очень увлекательно, если, конечно, не впадать в сентименты.