Чтение онлайн

— Вперед! Убейте их всех! После этого вам достанутся их женщины, их еда и все их имущество! Также вы сможете стать выше остальных, и получите равные с китайцами права! Если вы не убьете их, то вы и ваши семьи будете похоронены в одной могиле!

— Убить!

— Мне очень жаль, прости меня!

— …

С такими криками две сотни вьетнамских подчиненных Наньгун Бинъюнь, размахивая мечами, бросились на своих соотечественников-повстанцев.

«Эта девушка совсем не проста», — подумала Синь Цзяжоу, краем глаза смотря на командовавшую Наньгун Бинъюнь.

Из всех вьетнамцев девушка выбрала себе 200 человек, у которых были семьи, и сейчас просто шантажировала их, грозя родственникам. Подобным образом она заставляла подчиненных убивать своих же соотечественников, и после такого они, замарав свои руки в их крови, уже не смогут отступиться от нее. В будущем ее двумстам вьетнамцам место будет только в вооруженных силах Юэ Чжуна, где они будут выступать еще одним его орудием.

Между тем большинство бунтовщиков, в лучшем случае, было вооружено лишь кухонными ножами, поэтому они никак не могли сравниться с солдатами с мечами в руках. Обе стороны вступили в бой, но уже вскоре все неорганизованные простые вьетнамские обыватели были зарублены, а их кровь обагрила улицы. После этого бойцы девушки отправились к следующему очагу восстания.

Тем не менее, среди бойцов Наньгун Бинъюнь также было немало раненых повстанцами людей. В конце концов, они не были безжалостными машинами, и в ряде случаев не могли нанести решающий удар, из-за чего получали ответные нападения бунтовщиков, которые и вышли-то на улицу, как будто, только для, того чтобы устроить резню, совсем не обращая внимания, что перед ними их же соотечественники.

Тем временем у ворот в город три огневые точки продолжали поливать вторженцев свинцовым дождем. Против обычных людей, даже вооруженных автоматами, три крупнокалиберных пулемета были прямо-таки тремя богами смерти, поэтому до тех пор, пока у них не закончатся патроны, боевики опасались нападать.

— Вперед! — в ярости закричал лидер нападавших, вооруженный огромной булавой.

Оставшиеся в живых несколько десятков боевиков попытались все одновременно броситься вперед, но моментального убийства еще шестерых-семерых из них было достаточно, чтобы они совсем пали духом и кинулись обратно в укрытия. Все-таки эти боевики были лишь сборищем немного отважных людей, и представляли собой неорганизованную толпу. Среди них было только семь-восемь Энхансеров, чьих способностей и уровней было недостаточно для противостояния тяжелым пулеметам.

В конце концов, высокоуровневые мастера были далеко не таким распространенным явлением. Райское Государство и Великая Вьетнамская Империя имели в своем распоряжении множество таких супер-экспертов только потому, что у этих организаций была огромная база, большое количество обычных выживших, различные ресурсы, материалы и регулярная армия. Только имея все это можно было развивать собственных или же привлекать независимых сильных мастеров и гроссмейстеров.

Во внешнем диком мире Энхансер 30-го уровня мог стать лидером небольшой группы выживших, а если повезет, то и главой более крупной фракции, что тоже не было редкостью.

Между тем на передовую, что образовалась возле входа в город, вскоре прибыл Юэ Чжун и, посмотрев на атаковавших его боевиков, просто не находил слов: «Вознамерились атаковать меня настолько малыми силами?!»

Напавшие боевики были просто сбродом людей с оружием. Юэ Чжун может подготовить таких, просто набрав случайных людей и заставив их пройти десятидневную подготовку.

— Иди, оставь в живых пятерых, от остальных можешь избавиться, — приказал Юэ Чжун скелету.

Получив команду, скелет со вспыхнувшими глазами понесся к боевикам, словно ураган. Оказавшись через несколько мгновений среди них, он выпустил костяные лезвия и шипы, устроив кровавый фонтан и настоящую мясорубку. Естественно, среди вторженцев не было никого, кто бы мог ему противостоять.

— Что за ходячий ужас?! Отступать! Всем отступать! — заорал лидер боевиков, увидевший, как всего один мастер потрошит и рубит его людей как скотину на бойне, заливая все вокруг свежей кровью.

После своего крика мужчина с боевой булавой, которого звали Цэнь Я, мгновенно повернулся и, не оглядываясь, побежал прочь в темноту ночи. Сейчас он отчетливо осознал, что ему не стоило провоцировать этих людей.

Ночное нападение — это одна из классических тактик «победы над сильным, обладая слабыми силами». С древних времен и по сей день огромное множество ночных налетов завершились невероятными успехами. Вот и Цэнь Я, услышав, что городок Цин подвергся нападению и был захвачен, сразу же собрал бойцов и поторопился выбить оттуда еще не успевших укрепиться китайцев. Само собой, с целью поглощения местных выживших, а не освобождения их от китайского ига.

В конце концов, он мог быстро мобилизовать сто с лишним боевиков, плюс к этому фактор внезапного ночного нападения, да еще и вероятная поддержка вьетнамцев внутри города — все эти условия позволяли ему считать, что шансы на успех составляют не менее 80 %. Разумеется, он не мог учесть, что сила и организованность Юэ Чжуна и его людей выйдет далеко за рамки его воображения. И на их фоне он четко понял, что переоценил свое собственное войско — всего три пулемета просто приковали к одному месту сто с лишним человек, не позволяя им даже поднять головы, ведь люди — далеко не зомби, что не боятся смерти.

— Кажется, мне тоже придется немного размяться, — пробормотал Бо Сяошэн, увидев, что противник потерпел сокрушительное поражение, и с десяток боевиков во главе со своим лидером сейчас убегают в темноту.

Не останавливаясь, Цэнь Я убегал в ночь, делая все возможное для того, чтобы убраться как можно дальше от проклятого города, тем не менее, обернувшись, он увидел горящие глаза кровавого мясника, который до сих пор его преследовал.

«Я уже ушел достаточно далеко!» — решился он и, активируя свой навык «Неистовая сила», с безумием в глазах резко повернулся, нанося сумасшедший удар по преследовавшему его мастеру.

Однако скорость скелета была намного выше, поэтому сделав шаг в сторону, он как будто растворился, исчезнув со своего места. Цэнь Я промахнулся и уже в следующий миг почувствовал огромную опасность, благодаря чему сумел немного сместиться, и костяной шип, направленный в его голову, проткнул лишь плечо.

— Не убивай! Я сдаюсь! Я сдаюсь! — отчаянно закричал он по-китайски, с трудом сдерживая боль.

Его можно назвать лицемером — несмотря на свой патриотический призыв к сражению с чужаками, фактически он оказался трусом. Только его жизнь оказалась под угрозой смерти, как он тут же решил сдаться — как бы там ни было, он очень хотел жить.