Чтение онлайн

Когда домовой ушёл, я ещё немного поиграла огнём в руках для того, чтобы устать ещё больше и суметь заснуть. Бояться не чего, ведь, когда я в сознании, я ничего не подожгу, а когда засну, пламя потухнет само. Это упражнение помогло, вскоре я провалилась в сон.

Проснулась я ближе к обеду. После пробуждения я просто смотрела в потолок и мечтала, пока не вспомнила сначала, что я проспала и нужно идти в школу, а потом, что сам директор мне приказал не идти и позвонить, когда проснусь.

— Лева, — позвала я домового.

— Я тут, — кот тихонько открыл лапой дверь. — Что такое?

— Ничего, — улыбнулась я. — Я просто хотела узнать, что ты в порядке и никто не приходил.

— Приходил только Аарон, — отчитался Лев. — Я отослал его домой. Сказал, что после твоей странности Фокус сказал тебе выспаться. А теперь звони ему и узнавай, что с тобой было.

— Тебя не волнует, кто это сделала?

— Бедная сиротка оказалась талантливой волшебницей, которую удочерил богатенький папаша, к тому же не только директор, но и хозяин школы. Если бы я был на месте с трудом успевающего ученика, чьим родителям-волшебникам трудно платить за образование, то я бы тоже тебя ненавидел. Только есть те, которые ненавидят тихо, а есть те, кто убить готов объект своей ненависти, — как детектив, заявил Лёва. — Теперь главное узнать, что за волшебная аномалия случилась, так что звони Фокусу.

Лёва иногда умел успокаивать, а иногда он делал только хуже. Это был второй случай. Ну, ладно. Я чувствовала себя отдохнувшей и готовой колдовать, так что сделала звонок моему приёмному отцу. Он сказал встретиться в лесу у Юкии, якобы такие аномалии не обсуждаются в общественных местах.

Фокус уже ждал меня, глядя куда-то в небо.

— Здравствуйте, — тихо сказала я.

— А, это ты, — обрадовался волшебник. — Ну, во-первых, с днём рождения! Виктория доставит тебя домой подарок и предупредит Льва, чтобы не открывал, пока ты не придёшь. Подарил бы здесь, но тебе не повезло родиться в мокрый и холодный месяц март, так что на улице подарки лучше не дарить.

— Спасибо, но… — мне было не до дня рождения, я про него совсем забыла.

— Ну, да, — будто вспомнил Фокус. — Тех, кто пытался тебя убить поймали. Сейчас их допрашивает твой старый огневик, он умеет делать это лучше меня. Теперь о той странности, что с тобой случилась. Не волнуйся, в этом нет ничего плохого или страшного, это не болезнь и не что-то вроде этого, но говорить об этом в присутствии других волшебников не надо.

— Тогда что это? — я всё равно волновалась. В тот момент в моих глазах Фокус выглядел, как врач, сообщивший о плохих анализах, но не желающий поставить диагноз.

— В учебниках же написано, что волшебник может пользоваться только одним видам магии? Правильно? — ответил Фокус вопросом на вопрос.

— Да, но я…

— Знаешь, это самая большая несправедливость в моей жизни, — недовольно заявил волшебник, не дав мне договорил. — Волшебников создала природа. Они тоже могут эволюционировать, как и любые другие живые организмы. Во время Инквизиции волшебники благодаря этой так называемой аномалии только и выжили, но вышестоящие волшебники хотят превратить мир в утопию. Там все должны быть волшебниками только одного вида магии, поэтому им не выгодно, чтобы волшебники знали правду. Сомневаюсь, что я был первым, но я доказал, что один волшебник может пользоваться несколькими видами магии. Смотри.

Он на несколько секунд закрыл глаза, а потом, их открыв, щёлкнул пальцами. Его ладонь превратилась в факел, прямо, как моя, когда я в первый раз колдовала.

— Огонь… — прошептала я удивлённо.

— Он такой же, как и твой, — тихо сказал волшебник. — Я овладел ими всеми, но подорвал своё здоровье, потому что для каждого нужно быть на краю гибели. Мне должны были дать Мерлиновскую премию за это, а я стал объектом преследования. Одна из причин, зачем мне псевдоним. Интересно, долго ли у них получится скрывать правду? Маги эволюционируют, а проявление другой стихии вместо смерти становится всё чаще и чаще. Признаюсь, я особо не удивился, когда узнал, что ты выжила после часа в холодной воде, хотя, признаю, огонь и вода — необычное, но вполне закономерное сочетание. В Инквизицию магов огня как раз топили. Но не важно. Доучишь волшебство огня, и я тебя буду учить управлению водой. Только никому об этом не говори, хорошо?

— Ладно, — вздохнула я. — Мне жаль, что с Вами обошлись так несправедливо.

— Да ладно, — махнул волшебник рукой, которая уже давно потухла. — Ты вскоре поймёшь, что я и так далеко не ангел. Я не один проводил эксперименты. Мои соратники были готовы умереть ради новых способностей, и они умирали. Когда я попытался опубликовать своё открытие и начались новые разборки, убийства повесили на меня, потому что я единственный выжил и многие смертельные эксперименты проводил именно я. Наверное, после этого я тронулся умом и начал так странно одеваться, ну, и ты знаешь, как меня иногда заносит на монологи.

— Так что мне делать? — вздохнула я.

— Просто не волнуйся и, когда будет время, изучай магию воды по книгам. Я могу тебя иногда поучить. Например, сейчас, ведь…

У Фокуса зазвонил телефон лунной сонатой. А мой папаша, оказывается, меломан.

— Да, — волшебник ответил на звонок. После он минут пять слушал, а затем заявил: — Готовьте приказ на отчисление. Я, конечно, снисходительный, но это уже слишком.

Я была очень удивлена, ведь Фокус никогда никого не отчислял, он прощал все шалости детей, но когда телефон снова отправился в карман к своему хозяину, директор всё объяснил:

— Те, кто хотели тебя убить сознались: их подговорили это сделать. Как они сказали, это был внучатый племянник Зимина. Хороший был волшебник, но перед смертью начал всякую чушь нести о том, что Миге ещё жив и тому подобное. Не понимаю, он же сам убил этого маньяка и тридцать лет был в этом уверен. Что изменилось за последние годы? Наверное, и родственничка этой идеей заразил. Жаль, что мы не знают, зачем этому родственничку ты.

— Я видела его на новый год, — решила я рассказать только спустя два с половиной месяца. — Он залез в дом к Аарону, когда его не было, и пытался внушить Саше, что Миге жив и нужно от него спасаться.

— Сумасшедшая семейка, — тяжело вздохнул Фокус, как будто до этого не называл себя таким же. — В общем, всё, что я могу тебе сказать: будь осторожна. Ты сильнее, этого пацана, который убил домового, я это точно знаю, но не надо сражаться. Многие безумцы опасны.

Многие безумцы опасны. Эта фраза заставила меня задуматься. Андрей Зимин. Его родственничек. Томас Миге. Все они опасные психи. А Фокус? Как же мне хотелось, чтобы Фокус не оказался одним из них…

========== Глава 29 Последний, кому можно верить ==========