Чтение онлайн

Как четвертует их детей война;

И жалость всякую задушит дикость;

Дух Цезаря в погоне за отмщеньем,

С Гекатою из преисподней выйдя,

На всю страну монаршьим криком грянет:

"Пощады нет! " — и спустит псов войны,

Чтоб злодеянье вся земля узнала

По смраду тел, просящих погребенья.

Входит слуга.

Ты послан от Октавия, не так ли?

Да, Марк Антоний.

Цезарь писал ему, чтоб в Рим он прибыл.

Он получил письмо и скоро будет.

Тебе же устно он передает…

(Увидев тело.)

О Цезарь!

Великодушен ты; уйди и плачь.

Скорбь заразительна; мои глаза,

Увидев перлы скорби на твоих,

Слезятся. Где сейчас твой господин?

Стал на ночь лагерем, семь миль от Рима.

Спеши назад, скажи, что здесь случилось:

Рим в трауре, в опасном возбужденье,

И Рим Октавию небезопасен;

Так передай ему. Нет, подожди.

Мы вместе тело вынесем на площадь,

Там буду речь держать и попытаюсь

Узнать, как отзывается народ

На злодеянье этих кровопийц;

И сообразно этому потом

Октавию доставишь донесенье.

Ну, помогай.

Уходят, унося труп Цезаря.

Форум.

Входят Брут, Кассий и толпа граждан.

Хотим мы знать причину! Объясните!

Друзья, за мной и слушайте меня. —

Ты ж, Кассий, избери другую площадь,

Толпу разделим. —

Кто хочет выслушать меня, останьтесь;

Кто хочет, пусть за Кассием идет;

Мы объясним, зачем для блага всех

Убит был Цезарь.

Брута буду слушать.

Я Кассия послушаю, а после,

Все выслушав, их доводы сравним.

Кассий уходит с частью граждан. Брут всходит на ростру.

Молчанье! Говорит достойный Брут.

Терпенье до конца. Римляне, сограждане и друзья! Выслушайте, почему я поступил так, и молчите, чтобы вам было слышно; верьте мне ради моей чести и положитесь на мою честь, чтобы поверить; судите меня по своему разуменью и пробудите ваши чувства, чтобы вы могли судить лучше. Если в этом собрании есть хоть один человек, искренне любивший Цезаря, то я говорю ему: любовь Брута к Цезарю была не меньше, чем его. И если этот друг спросит, почему Брут восстал против Цезаря, то вот мой ответ: не потому, что я любил Цезаря меньше, но потому, что я любил Рим больше. Что вы предпочли бы: чтоб Цезарь был жив, а вы умерли рабами, или чтобы Цезарь был мертв и вы все жили свободными людьми? Цезарь любил меня, и я его оплакиваю; он был удачлив, и я радовался этому; за доблести я чтил его; но он был властолюбив, и я убил его. За его любовь — слезы; за его удачи — радость; за его доблести — почет; за его властолюбие — смерть. Кто здесь настолько низок, чтобы желать стать рабом? Если такой найдется, пусть говорит, — я оскорбил его. Кто здесь настолько одичал, что не хочет быть римлянином? Если такой найдется, пусть говорит, — я оскорбил его. Кто здесь настолько гнусен, что не хочет любить свое отечество? Если такой найдется, пусть говорит, — я оскорбил его. Я жду ответа.

Такого нет, Брут, нет.

Значит, я никого не оскорбил. Я поступил с Цезарем так, как вы поступили бы с Брутом. Причина его смерти записана в свитках Капитолия; слава его не умалена в том, в чем он был достоин, и вина его не преуменьшена в том, за что он поплатился смертью.

Входит Антоний и другие с телом Цезаря.

Вот его тело, оплакиваемое Марком Антонием, который, хотя и непричастен к его убийству, но выиграет от этого — он будет жить в республике. В таком же выигрыше будет и любой из вас. С этим я ухожу, — и так же, как я поразил моего лучшего друга для блага Рима, так сохраню я этот кинжал для себя, если моей отчизне потребуется моя смерть.

Живи, о Брут! Живи! Живи!

С триумфом отнесем его домой.

Воздвигнем статую ему, как предкам.18

Пусть станет Цезарем.

В нем увенчаем

Все лучшее от Цезаря.

Проводим его домой с почетом.

Сограждане!

Брут говорит. Молчанье!

Потише, эй!

Друзья, позвольте, я уйду один,

А вас прошу с Антонием остаться.

Почтенье праху Цезаря воздайте,

А также славе доблестной его,

О них в надгробном слове Марк Антоний

Здесь с разрешенья нашего вам скажет.