Юрка
Шрифт:
Ведь, бразды правления отдав,
Можно навсегда в нём потеряться.
Мы слова бросаем сгоряча.
Мы молчим, где это неуместно.
Прогорает тонкая свеча
В окруженье сплетен, лжи и лести.
Разум лихо душу тормозит.
Та в недоуменье замолкает.
Во безмолвии кричит она навзрыд.
И тогда нам кислорода не хватает.
И тогда пронизывает боль.
Нервы плоть стянули до предела.
Изнутри сжигает нас огонь.
Бьётся наше сердце оголтело.
Что ж ты про погоду говоришь,
Про ушедший поезд мне внушаешь?
Что ж ты делаешь, чего же ты творишь?
Сам потом ведь слёзы, хмель вкушаешь.
Сам рыдаешь, воешь вечера.
Позвоню: ругаешься, злословишь.
Но, порой, не спится до утра,
Сам себя никак не успокоишь.
Сердце ждёт, а разум гонит прочь.
То меня, а то себя сам обвиняешь.
Кто же может в жизни сей помочь,
Коли сам себе не доверяешь!?
За делами прячешься от дум.
От навязчивых есть горькой опохмелка.
Раздражает перебор душевных струн.
Как всё глупо, как напрасно, мелко…
Ликование прожитой воли
Сумасшедшая я, сумасшедшая.
Баба, счастье ненадолго нашедшая.
Чем-то странная в современности.
Нестандартные мои ценности.
У меня в крови озёра и леса,
Реки и пруды, лесополоса.
Чернозём меня влечёт и манит.
Сердце бьётся, рвётся, воет, скулит.
Вновь душа вдоль по полю скитается.
Время то бежит, то вдруг тянется.
В речке пяточка вновь замочена,
И колечко блестит в свете солнечном.
Ностальгия и воспоминания.
И души, что безмолвны, признания.
Очи чистые, только заплаканы.
Речи добрые где -то запрятаны.
Вот поклёвочка – ритм учащается.
Сколько мыслей в башке помещается.
Сколько горя, сколь счастья, сколь боли…
Ликование прожитой воли.
По русалочьим тропам в заветной тиши.
Шум рогоза, гладь озера и камыши.
Там плотва, там уклейка, вьюнок и карась.
Там вдоль берега я пробегаю, смеясь.
Сумасшедшая, глупая, честная.
В этой жизни, увы, неуместная.
Не оконченный сказ, не законченный.
Слов клинок только остро заточенный.
Не огорчай
Ты, родной, меня не огорчай
Фраз намеренным и скудным безразличием.
Пью ромашку с валерьянкой, словно чай.
И несчастна я до бесприличия.
Я устала от терзания разлук.
Боль в душе сковала жизни силы.
Я хочу твоих касаться рук,
Целовать твою, любимый, спину.
Травы приласкает ветерок.
Их омоет вечером росою.
Лучик солнца, греющий росток…
Свежестью всё дышит луговою.
Вся душа пропитана тобой.
Вновь всю ночь сидела на крылечке.
Я давно забыла про покой.
Я, как догорающая свечка.
Как же хорошо, порой во сне:
Рядом ты. И страшно просыпаться:
Вновь не те обои на стене.
Нет тех глаз, хочу где отражаться.
Вечно б продолжался этот сон.
Лучше, чтоб во Яви воплотился.
Господи! Судьбу Ты успокой!
Ей скажи, пускай угомонится.
Буду дорожить я каждым днём!
Каждым мигом, вздохом наслаждаться!
Только б любящим и рядом был бы он.
Плакать, чтоб от счастья и смеяться.
Мой родной! Любимый человек!
Муж! Мужчина! Юрка! Мой желанный!
Поцелуем докоснуться век
В час заветный, добрый, долгожданный.
Чтоб уста слов грубых не рекли.
Чтобы уши сплетни век не знали.
Чтоб мы по теченью не текли.
Чтобы сами жизнь мы создавали.
Снова слышать искренность речей.
Понимать, как раньше, с полуслова.
Доверять и восхищаться жизнью сей,
Где Любовь – единая основа.
Вновь ловить глубокий нежный взгляд,
Полный трепета и чистоты великой.
Чтоб по жизни не было преград
На Земле перед Небесным ликом.
Счастье с горем
Счастье с горем курят вместе.
Часто вместе пьют.
От падения до чести
Несколько минут.
Только душу не обманешь,
Не утопит хмель.
Лишь чуть-чуть она подремлет,
Брюхом сев на мель.
Много злости, много шума,
Грустной глубины.
Сердце разрывают стоны –
Проблески вины.
Слишком много, слишком мало,
Лишних пять минут.
Жизнь уходит постоянно,
Ведь часы не ждут.
Слишком много мы теряем.