Шрифт:
С любовью моему сыну Юре,
подарившему мне идею,
как проникнуть в зазеркалье
Вряд ли мне придется еще раз рассказать эту историю столь подробно: сам я очень скрытен, да и нет того, кто поверил бы в нее. Все, чего я хочу, это чтобы у меня был шанс, что однажды, когда я уже не смогу держаться и уйду за край, кто-нибудь поверил мне и последовал за мной. Не знаю, что мне нужно на самом деле: чтобы меня вытащили оттуда или остались там со мной? Невыносимо лишь одно – одиночество, от которого некуда деться.
Все началось с разговора на кухне у профессора Святина. Александр Иванович пригласил меня к себе, чтобы обсудить мою философскую диссертацию. Якобы мой научрук его попросил. Только потом я узнал, что это был предлог.
– Сережа, – мягко говорил он, разливая по кружкам бледную заварку, – Вы ловите за хвост вчерашний день. Формирование личности и ценности, бог мой!
Я, до тридцати лет застрявший в аспирантуре, уныло кивал, не понимая к чему он клонит. Тема была не хуже других, а то, что я так долго тянул с защитой – ну так подработки, нагрузка на кафедре, лень, в конце концов.
– Личность – это тьма, тьма и бездна, – качал головой Святин. – А нам нужен прорыв в эту бездну, вот для чего сегодня существует философия.
Какой такой прорыв, думал я. Скажите, что переделать, я переделаю. Но какая методология позволяет заглянуть в бездну, господь с тобой, старый хрыч.
– Идемте, покажу кое-что, – подмигнул он. И я поплелся за ним в гостиную. Старый, массивный рабочий стол, шкаф с книгами, продавленный диван – вот и вся обстановка.
– Вот, – Александр Иванович протянул мне прибор в виде наручного браслета. – Одолжил у нас в НИИ, у физиков, их новейшая разработка.
– Пульс измеряет?
– Черта с два, Сережа, – оживился Святин. – Это наш проводник в бездну.
Дело в том, заверил меня профессор, что если его изыскания верны, то есть один верный способ заглянуть туда, где обитает все потаенное и скрытое в человеке – а зазеркалье. Этот потусторонний мир неспроста одновременно манит и пугает: там – все секреты человеческой души. Попасть туда мешает ли одно обстоятельство – наше отражение не дает нам. Преграждает путь. Вот если бы мы смогли двигаться быстрее отражения и обойти его, то оказались бы там, где наш двойник хранит все свои тайны. Как будто ощутив нужды современной философии, физики в нашем НИИ додумались изобрести прибор, который позволяет человеку двигаться быстрее скорости света. А ведь отражение – это лишь частицы, отскакивающие от поверхности зеркала! Значит, наше отражение скорости света достичь неспособно. И доппельгангера в зеркале можно легко обогнуть, оставив его стоять и смотреть в пустоту, оставшуюся от тебя.
Ну блин, с тоской подумалось мне. Старик двинулся.
Заметив мой неосторожный вздох, Александр Иванович рассмеялся. Но не смехом здорового человека, ловко разыгравшего дурачка-аспиранта. А каркающе, сдавленно. Когда твои собеседники не верят потому, что глупы. И тебе не терпится объяснить им всё.
Я понимал, что надо линять, но вежливость не позволила сделать это сразу. Я кротко и очень деликатно попытался намекнуть, что все сказанное профессором противоречит не только законам физики, но и здравому смыслу. У него же загорелись глаза.
Конец ознакомительного фрагмента.