Чтение онлайн

Рыбка, почувствовав крючок и леску, которая никак не желает ее отпускать, кинулась было в сторону, перевернулась на бочок и вот-вот должна была последовать за моей снастью… И тут из-под лодки тенью-молнией метнулась к рыбке, попавшейся на крючок, очень приличная щука.

Щучью челюсти сжаты, охотник, перехвативший у меня рыбку, останавливается после броска-атаки. Я хорошо вижу все, что происходит сейчас в воде, и потихоньку-потихоньку стараюсь подтянуть щуку-разбойницу е своей лодке.

Моя красноперка пока у щуки поперек пасти — хищница пока не переворачивает добычу, чтобы затем проглотить. Я, конечно, не надеюсь доставить в лодку эту щуку. Сейчас она, почувствовав сопротивление мой снасти, разожмет челюсти и оставит рыбку, попавшуюся на мой крючок. Но удачливый охотник пасть пока не раскрывает, и я медленно-медленно подвожу эту щуку к борту своей лодки. В воде уже мой широкий подсачек. Вот-вот я подведу его под оплошавшую рыбину… Но в это время из-под моей лодки вырывается еще одна тень-молния и хватает поперек туловища щуку, которая пока так и не разжала свои челюсти. И весь этот «слоеный пирог»: красноперка, щука и еще одна щука, — по инерции медленно движется в сторону к берегу.

Я снова приподнимаю свое удилище и пробую подтянуть этот чудовищный «пирог» к лодке. И страшный «пирог» вроде бы начинает подчиняться мне…

Подсачек снова в воде… Вот-вот… И в конце концов я все-таки подхватывают своим подсачком обеих щук.

Щука, атаковавшая свою соплеменницу, опомнилась только тогда, когда я поднял ее вместе с подсачком из воды — она широко раскрыла пасть и отпустила свою добычу. А самая первая щука-охотница разжала челюсти и освободила мою красноперку уже в лодке.

Красноперка, попавшаяся мне на крючок, как и ее подруги, оказавшиеся ранее в моей лодке, была чуть побольше моей ладони. А вот самая первая щука, напавшая на красноперку, выглядела куда солидней своей добычи — весу в ней было явно за килограмм. Вторая же щука меня, честно говоря, немного разочаровала. Судя по всем предыдущим встречам с такими вот каннибалами, килограммовый «живец» должен был соблазнить охотника никак не менее трех килограммов весом, на самом же деле этот охотник, поплатившийся за свою патологическую жадность, был не намного тяжелей своей предполагаемой добычи.

Щуки успокоились у меня в лодке. Успокоилась вода возле моего суденышка, и я снова хорошо видел в этой прозрачной воде красноперок, красноперок и красноперок, которые, как ни в чем не бывало, продолжали свою главную в жизни игру тут же, где только что объявлялись их главные враги-щуки.

Такие вот это невозмутимые, открытые рыбки-красноперки, рыбки-красавицы!

Закончил я эти воспоминания о своих красноперках и решил напоследок заглянуть в «старинные» книги, доставшиеся мне от деда и от отца. И здесь, в «Спутнике рыболова-удильщика» (автор Н. Рождественский. Москва. 1928 год) с удовольствием перечитал строчки, посвященные нашей рыбке-красавице. Я думаю, что и вы не откажетесь познакомиться с описанием красноперки, оставленным когда-то на страницах «старинного» «Спутника рыболова-удильщика»:

«Хотя эта рыба и очень похожа на плотву, но между ней и обыкновенной плотвой имеются весьма существенные различия… Красноперка гораздо шире обыкновенной плотвы; крупноватой своей фигурой и складом она очень похожа на подлещика, покрыта чешуей желто-золотистого блестящего цвета; края чешуи как будто оторочены золотисто-коричневой каемкой; перья, особенно нижние, ярко красного цвета, отчего она и получила свое название; глаза коричневые. Все это вместе взятое делает из красноперки одну из самых красивых наших рыб. Изредка попадается особая разновидность красноперки с красной чешуей, называемая, например, в Вышнем — Волочке — корольком… Ловить красноперку надо по преимуществу на червя, но можно также и на хлеб. Клев ее совершенно отличен от клева плотвы: она не теребит, не рвет, не таскает крючка, схватив за кончик червяка; красноперка или вовсе не берет, или берет верно…»

Кто-то из читателей, знакомых с моими прежними рассказами, наверное, сейчас подивится: «Надо же — живут люда! То ловят тайменей в реках Горного Алтая, то теперь на Камчатку со спиннингом за тихоокеанскими лососями…»

Нет, ни одно мое дальнее путешествие, где я встречался с реками, озерами и их обитателями, никогда не было для меня некой рыболовной экспедицией. Это сегодня телевизионные каналы снаряжают специальные рыболовные экспедиции то на Нижнюю Волгу, а то на самый Дальний Восток страны. А в то время, о котором мой нынешний рассказ, считалось, как минимум, крайне несерьезно совершать дорогостоящие поездки да еще за чужой счет ради удовлетворения своей рыболовной страсти… Такое, пожалуй, в то время мог позволить себе лишь президент, например, Финляндии, который, как и многие его соотечественники, страстный рыболов — именно о таком, как теперь говорят, рыболовном туре главы страны Суоми, и рассказали мне прежде всего мои камчатские друзья, узрев, что в командировку в Петропавловск-Камчатский я прихватил с собой спиннинговую снасть: «мол, ты у нас, как президент такой-то…» Другого сравнения в той ситуации просто и не могло быть…

Да, почти в каждую свою дальнюю командировку я старался прихватить с собой ту или иную рыболовную снасть. И иногда мне все-таки удавалось в какое-то «окошечко» между остальными делами вспомнить о своей любви, о своем главном душевном деле — о рыбной ловле… Но, увы, не всегда такое счастье выпадало мне. Так из двух поездок в Горный Алтай (поездок достаточно длительных по времени) только однажды предоставился мне случай собрать свой спиннинг и поближе познакомиться с обитателями бурного Чулышмана…

Что будет в этот раз? Останется ли время, будет ли возможность встретиться один на один с осенней камчатской рекой?.. Этого перед поездкой я еще точно не знал, но все равно к такой встрече заранее теоретически приготовился и из справочника-определителя «Рыбы СССР» выписал имена всех тихоокеанских лососей, заходящих в реки Камчатки.

Наверное, кто-то из вас слышал в майском саду, когда вокруг тихо горит белым торжественным светом черемуха, хорошо приметный, чистый посвист занятной птички-чечевицы, который переводится нами нередко именно так: «Витю — видел?.. Чечевицу — видел?..»

Птичка-чечевица занятна прежде всего тем, что прибывает к нам по весне не с юга, как большинство перелетных путешественников, а с востока… Зиму проводит наша чечевица в Юго-восточной Азии, а с весной стремится на север, добирается до наших самых восточных земель, а там уже направляется и в Европу, двигаясь тут с востока на запад. Говорят, что такая особенность перелета чечевицы осталась как память о том, что еще совсем недавно устраивала она свои гнезда только на Дальнем Востоке, а там уже по каким-то причинам стала переселяться постепенно на запад. Именно там, на Дальнем Востоке, чечевица, явившаяся с мест зимовки домой, и извещает местных рыбаков о том, что в реки из океана вот-вот войдет самый первый тихоокеанский лосось — чавыча…