Заарин
Шрифт:
— Думаю, они, еще раз спасибо.
Убрав сотовый, Беликов обо всем рассказал остальным, предложив, раз уж прилет Хандагуровых они пропустили, встретить Забазновых в аэропорту и посмотреть, куда они направятся, до времени не вмешиваясь.
— Опять завуч лицея, она везде, — покачал головой «аномальщик». — Что-то мне все это не нравится…
Любопытствующий Виктор Кронштейн предложил свои услуги в качестве водителя и наблюдателя, мотивируя тем, что следователю и «аномальщику» необходимо поспать в машине хотя бы несколько часов, пока они будут ожидать в порту посадки самолета из Москвы.
— У вас хоть права-то есть? — поинтересовался Беликов.
— Обижаешь, кэп! — Кронштейн достал из кармана и помахал перед носом следователя пластиковой карточкой.
Лишь по необходимости предложение его было принято.
Ну а Федора Барлукова шеф отправил домой.
— Если вы понадобитесь, Федор, я вас вызову.
Прежде чем они разъедутся в разные стороны, Барлуков попросил минуту внимания и поделился своими впечатлениями от недавней встречи с Мариной Младич.
— Я давно сказать хотел, да не получалось слово вставить… Марина будто и не она, будто подмененная какая-то.
— В чем это выражалось конкретно? — спросил Беликов.
— Она ж словно родилась в туфлях на высоченном каблуке, а тут вдруг разулась.
— У нее каблук сломался, — защитил своего сотрудника шеф. — Что еще?
— Машину водить разучилась, — добавил Барлуков. — Марина раньше вполне уверенно себя за рулем чувствовала, а тут вдруг будто впервые села.
— Она неважно себя чувствовала, тем более четырех часов не было, когда мы ее с постели подняли, — сказал Есько, — так что неуверенность ее вполне объяснима. Еще?
— Манера говорить, интонация, особенно походка — все как будто не ее, вообще не женское.
— В поведении Младич я лично ничего необычного не заметил, — сказал Есько. — Но мы будем иметь в виду твои сомнения, Федор, спасибо…
Мешок с костями заарина захватили с собой для передачи впоследствии Василию Шарменеву. Возможно, шаман сумеет найти им достойное применение.
Глава 42
ЖУКИ И ДЮЙМОВОЧКИ
11.11. Остров Ольхон
Спать хотелось очень… Как только они выехали из Хандабая, Артем врубил русский рок, но, увидев, что мать Джины, Наталья Лунева, прикорнула на заднем сиденье, музыку выключил. Пусть спит…
Парни сразу договорились, что до самого Ольхона за рулем будет оставаться восемнадцатилетний Артем, а после паромной переправы его сменит Стас. Тот машину водил неплохо, однако прав не имел, до совершеннолетия ему было еще далеко. На острове же нет постов ГИБДД, да и сама встреча с инспектором граничит с чудом.
Только что выехав на красноватую грунтовку Ольхона, Артем покосился на сидящего рядом друга. Стас спал как младенец, с умиротворенным лицом, и Артему стало жалко его будить. Пусть спит и он, тем более до дома дяди Джины, Василия Шарменева, оставалось уже недолго.
Примерно на полпути между переправой и деревней Хужир Артем увидел двух полицейских, бурята и русского, один из которых поднял руку, останавливая его машину. Причина вопросов не вызывала: посреди дороги рядом с мужчинами в милицейской форме лежал на спине, раскинув руки, окровавленный мальчишка лет восьми, вероятно, сбитый каким-то уродом и брошенный умирать на безлюдной дороге.
Хотя старший брат категорически запретил ему брать пассажиров и даже просто останавливаться, Артем не мог проехать мимо, ведь там ребенок!
— Стас, просыпайся, авария, — сказал Артем, паркуясь на обочине в двух шагах от полицейских.
— Нельзя тормозить, ты забыл? — пробормотал Стас, протирая глаза.
— Там мальчишку кто-то сбил, помощь нужна.
— Срочно! В больницу! В Еланцы! Пацан еще жив! — выпалил русский мент в открытое окно, а бурят, подняв ребенка с дороги, уже нес его к машине. Проснувшаяся Наталья Лунева, мгновенно разобравшись в ситуации, распахнула дверцу и едва успела передвинуться к противоположной, как на ее коленях оказалась окровавленная голова мальчика, который тихо застонал, но в сознание не пришел.
— О господи… господи… — запричитала женщина. — Артемка, скорей, разворачивай машину!
— Постойте, мы с вами! — закричал бурят.
— Нам тоже надо! — вторил ему русский.
— А ваша-то машина где? — спросил раздраженный Стас.
— В Хужир ушла, там банк ограбили!
«Какой, к черту, банк? — пронеслось в голове Стаса. — Откуда на Ольхоне банки? Почта да сельсовет…»
О том же, вероятно, подумал и Артем, и этого мгновенного промедления людям в форме оказалось вполне достаточно.
Бессознательный мальчик открыл вдруг глаза, улыбнулся жизнерадостно и сказал с явной издевкой:
— Ку-ку, тетя! Что, напугал я тебя?
Лунева потеряла дар речи, а менты уже распахнули дверцы с обеих сторон, синхронно, будто отрепетированно, вышвырнули Артема из-за руля, Стаса с пассажирского сиденья и заняли их места, а мальчонка-притворщик уже сидел рядом с Луневой.
— Приветик! — широко улыбаясь, сказал он.
Менты расхохотались, а женщина вжалась в дверцу.
Мгновение спустя внедорожник рванул вперед, в полусотне метров развернулся и помчался навстречу уже поднявшимся с земли ошарашенным парням, которые едва не попали под колеса, в последний момент убравшись с дороги.
— И осиновые колья не пригодились, — сказал Артем, провожая взглядом удаляющийся джип в облаке пыли.
— Как пацаны сопливые прокололись, — сказал Стас.
— А мы кто? — усмехнулся Артем. — Последние события доказали, что мы с тобой, Стасик, и есть сопливые пацаны, а короче — лохи, которых не сделать попросту грех.