Шрифт:
The Paternity Pact
«Загляни в свое сердце»
Глава 1
– Должна сказать, я совершенно не ожидала тебя здесь увидеть, – заявила Роуз Эверетт-Шустер.
Модный показ с анонимным аукционом и дегустацией вин в «Спун энд стейбл», кафе во французском стиле на главной площади Ройяла, был устроен Бет Уингейт в поддержку «Зеста» – некоммерческой организации, которую возглавляла ее младшая сестра Харли. Офис «Зеста» находился в Таиланде.
– Я подарил ящик шато пьер де дюпре медок урожая 2014 года для сегодняшней дегустации, – ответил Грант Эверетт, зная, что этот ответ не удовлетворит, а только усилит любопытство его старшей сестры.
Брови Роуз поднялись, взгляд сделался более пристальным, но Гранту удалось сохранить бесстрастное выражение лица.
– Еще я подарил ящик шато марго бордо урожая 2016 года для анонимного аукциона.
– Сомневаюсь, что лучший репродуктолог в городе, ведущий уединенный образ жизни, пришел на светский прием только для того, чтобы подарить вино, – сказала Роуз. – Должно быть, сегодняшнее мероприятие для тебя особенное, раз ты решил его посетить.
Его нельзя было назвать замкнутым и нелюдимым. Он просто не распространялся о последних пяти годах своей жизни, которые были далеко не лучшими. К тому же его профессия требовала от него конфиденциальности, и он строго ее соблюдал.
Грант мысленно отругал себя за внутренний порыв, который заставил его прийти сюда сегодня, несмотря на то что он редко появлялся на других благотворительных мероприятиях, на которые его звала Роуз. Ему не хватало терпения на то, чтобы ходить по набитому людьми залу и вести светские беседы. Он предпочитал анонимно переводить денежные суммы на счета благотворительных организаций и фондов.
Как он сможет объяснить Роуз, почему пришел сюда, не признавшись ей, что наблюдает за деятельностью «Зеста» со дня ее основания три года назад?
– У сегодняшнего мероприятия благая цель.
– У всех них благие цели, – возразила Роуз. – Этот прием отличается от остальных лишь тем, что все вырученные от него средства получит некоммерческая организация, которую возглавляет Харли Уингейт.
– Не понимаю, о ком ты говоришь, – солгал он.
Роуз интересовалась жизнью самых богатых семей Ройяла. Грант подозревал, что ее осведомленность ограничивается лишь слухами и сплетнями. Она не могла знать, как он относится к младшей из сестер Уингейт. Черт побери, он и сам не мог разобраться в сложных чувствах, которые его охватывали всякий раз, когда он думал о Харли!
– Об одной блудной дочери, которая недавно вернулась домой после своего таинственного исчезновения несколько лет назад.
– О ком? – спросил Грант, сделав вид, будто не понимает, о ком идет речь.
Скептический взгляд, который бросила на него Роуз, дал понять, что ему не удалось ее обмануть.
– Ты прекрасно знаешь, о ком, – не унималась она. – О женщине, вместе с которой ты исчез с ежегодного бала «Клуба техасских скотоводов» несколько лет назад. О женщине, с которой ты тогда провел выходные.
– Я понятия не имею, о чем ты говоришь.
Губы Роуз изогнулись в самодовольной улыбке: очевидно, выражение лица все-таки выдало его.
– Все тогда гадали, почему она так внезапно покинула Ройял.
– Ко мне это не имеет никакого отношения, – произнес Грант резче, чем следовало. Обычно он не позволял своей сестре лезть в его дела, но на этот раз ей удалось задеть его за живое. Причина была в том, что его поведение во время их с Харли последнего разговора вызывало у него чувство сожаления.
– После ее отъезда ты изменился.
– Каким образом?
– Ты женился на Пейсли. – В голосе Роуз появились нотки сочувствия. – А после того, как ты понял, что это было большой ошибкой, ты с головой ушел в работу.
Когда Роуз упомянула о его бывшей жене, он допил залпом остатки скотча, и крепкий напиток обжег ему горло. Это была всего вторая порция спиртного за вечер, но он выпил их за короткий промежуток времени и чувствовал, как алкоголь притупляет здравый смысл и пробуждает чувства.
Грант отвел взгляд от своей сестры:
– Я не хочу говорить о Пейсли.
За три года их брака он понял, что плохо подходит для романтических отношений. Пейсли многократно утверждала, что у него нет сердца, и обвиняла его в том, что он никогда ее не любил. Он ни разу не пытался доказать ей обратное. По правде говоря, он женился на Пейсли только потому, что она была привлекательна и происходила из одной из богатейших семей Ройяла. Ему казалось, что она подходит на роль жены успешного доктора. Он слишком поздно узнал, что она искренне верила в то, что ее любовь сможет превратить его в идеального семьянина. Из-за ее чрезмерной заботливости Грант, напротив, стал еще больше времени проводить на работе.
– Я знаю, что ты ненавидишь проигрывать, и твой неудачный брак для тебя больная тема, – мягко произнесла Роуз. – Я просто надеюсь, что ты поймешь, что одна неудачная попытка создать семью вовсе не означает, что у тебя ничего не получится с другой женщиной.
Грант покачал головой. Как ему объяснить сестре, что из человека, который отдает приоритет работе, не получится хорошего мужа и отца? Ему придется довольствоваться тем, что он делает другие семьи счастливыми.
– Признаться, я приятно поражена.
К Роуз подошла миниатюрная темноволосая женщина, и Грант мысленно поблагодарил ее за то, что она прервала их разговор.
– Вся коллекция просто отличная. – Генриетта Синклер указала на яркий сарафан, сшитый женщинами из «Зеста», который демонстрировала ее дочь Риган.
– Все модели выполнены из хлопка, окрашенного природными красителями, – сказала Роуз.
– Харли Уингейт великолепно поработала, – заметила Генриетта. – Должно быть, ее семья ею гордится.
– Да, – пробормотала Роуз. – Учитывая то, какой она была до своего отъезда из города, полагаю, никто не ожидал, что она сможет добиться чего-то значительного.