Шрифт:
Пролог
В потрескивающем пламени факелов по неровным стенам пещеры двигались уродливые тени трех человек. Сами же люди склонились над каменным саркофагом и пытались сдвинуть тяжелую крышку. Работа шла трудно. Их сил было недостаточно, люди устали, но упорно продолжали работу. Трудились молча, слышалось лишь тяжелое дыхание и скрежет металла о камень. Наконец тяжелая плита немного сдвинулась. Движения людей стали энергичнее, они были близки к цели, и через несколько минут плита с грохотом сползла на пол. Тут же из глубины мрака к саркофагу выступили четыре закутанные в темные балахоны фигуры. Мановением руки старший из них отпустил уставших людей, и они бесшумно растворились в темноте. Наступила тишина. Фигуры склонились над открытым саркофагом.
– Дай свет, брат! – произнес старший выпрямляясь. Один из вновь пришедших засветил масляный фонарь, протянул ему, и они опять склонились над саркофагом, что-то разглядывая.
– Приступим, братья! – нарушил недолгое молчание старший. В его голосе слышалось торжество. – Час пробил! Он вернется в наш мир и поведет нас к истине!
– Да будет так! – хором ответили остальные. – Да свершится предначертание!
Старший начал вначале едва слышно читать на каком-то языке мантру. На определенном звуке его поддержал один из братьев, потом подключился другой, и, наконец, присоединился последний. Мантра звучала все громче, все мощнее, все торжественнее. В ней чувствовалась мрачная сила и неотвратимость. Пламя факелов тревожно колебалось, то сжимаясь, то выбрасывая длинные жаркие языки.
Не переставая петь, старший протянул руку над саркофагом, разжал пальцы – на ладони кровавым пламенем сверкнул большой кристалл. Человек несколько мгновений держал кристалл над саркофагом, чего-то, выжидая, потом, в только ему одному известное мгновение, резким движением положил сверкающий кристалл в изголовье каменного гроба. И пение оборвалось. Наступила мертвая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием факелов. Несколько минут ничего не происходило. Потом из изголовья саркофага вверх ударил узкий, едва различимый луч красного света, уперся в неровный свод, и, казалось, пронизав камень, ушел в бесконечность. Наступила тишина. Так продолжалось довольно долго, но люди терпеливо чего-то ждали, застыв неподвижными изваяниями. Пол под ногами едва заметно дрогнул, каменный свод пещеры осветился слабым мерцающим светом. Это продолжалось мгновение, и пещеру вновь заполнил гнетущий мрак. Люди молча ждали в непроглядной темноте. Стояла мертвая тишина. Наконец из мрака раздался усталый голос старшего:
– Не пришло еще время, братья, Ему возродиться в нашем мире! Будем смиренны и терпеливы! Мы умеем ждать! Наше время еще наступит…
Служебная записка.
Координатору Восточной зоны.
Крайне срочно!
Для служебного пользования.
18.12.2…г. в 05.17 аппаратура Центра контроля зафиксировала кратковременный пробой пространства в секторе 12-в. Мощность потока 0.011 ед., продолжительность 0.14 сек. Источник энергии: система «Туман». Дальнейшего нарастания активности, («пробуждения»), системы не отмечено. Предположительно имела место попытка внешнего воздействия на систему. Определить точные координаты источника воздействия аппаратурой Центра не удалось.
Начальник Центра контроля
по Восточной зоне Ростовцев Н.
18.12.2…г.
Часть 1. Орфей
Глава 1
Он пришел в себя, почувствовав, что кто-то деликатно трясет за плечо. Превозмогая сильную головную боль, открыл глаза, над ним склонилась встревоженная стюардесса, рядом стоял наготове один из пилотов.
– С вами все в порядке, господин? – спросила смуглая худенькая стюардесса, с выразительным лицом, увидев, что он открыл глаза. Ее бархатные глаза смотрели внимательно, она говорила с акцентом, медленно, но построение фраз было правильным.
Виктор с трудом кивнул головой. Отметил, что не слышит гула двигателей.
– Мы прилетели?
– Да, господин. Вам помочь? – смуглянка сделала движение.
– Нет, – через силу возразил он, понимая, что в ином случае у него могут быть сложности с карантинной службой, тем более учитывая, из какой страны прибыл рейс. – Нет, со мной нормально, просто не переношу полеты! – постарался улыбнуться, миловидной девушке. Собрав все силы, поднялся, и увидел, что салон самолета опустел. Пассажиры уже покинули лайнер. Обернулся, благодарно кивнул стюардессе и пилоту, двинулся к выходу. Голова просто раскалывалась от боли, глаза слезились, его тошнило.
Он слабо помнил, как миновал паспортный и таможенный контроль и вышел в зал. Идти дальше сил не было, и он сел в свободное кресло, закрыл глаза. Опять замелькали яркие фантасмогоричные картины. Они мелькали все быстрее и быстрее, пока не слились в одно мерцающее пятно. Пятно стало темнеть и превратилось в зловещую пульсирующую амебу. Его сильно дернули за плечо, он открыл глаза и увидел стоящего перед ним милиционера, точнее полицейского.
– Вам плохо? – второй раз за короткое время интересовались его состоянием.
На этот раз он не забыл, где находится. Устало провел по лицу:
– Плохо переношу полеты, сержант, а тут еще и разные времена года, – полицейский колебался. Виктор сделал попытку подняться, но сержант уже принял решение. – Ваши документы!
Виктор вздохнул, медленным движением достал документы и протянул полицейскому. Сержант раскрыл паспорт, сравнил фотографию, полистал книжечку авиабилета, сравнил даты, вернул. Поднес руку к козырьку:
– Прошу прощения, господин Жарков! Все в порядке! Стоянка такси на площади слева.
– Спасибо, сержант! – поблагодарил Виктор, едва сообразив, что Жарков это он. – Так и поступлю.
На улице дул легкий ветерок и ему стало значительно лучше. Пока он приходил в себя, основная часть пассажиров его рейса уже покинула аэропорт, и найти такси не составило труда. Учитывая неважное самочувствие, он подошел к ближайшей машине. Быстро сговорились с водителем о цене и Виктор с облегчением сел на переднее сидение.
Машина несла Виктора домой. Еще слышался мощный гул турбин взлетающих и садящихся самолетов, но это его уже не касалось. Он был дома, вернее почти дома. Хорошо авансированный таксист старался. Гнал старенькие «жигули» на пределе возможностей. В этой стране за валюту, тем более зеленую, забудут про все писаные и не писаные правила. Самочувствие улучшилось, по крайней мере, головная боль почти прошла. Виктор посмотрел на часы и ужаснулся, – в аэропорту он провел в полузабытьи почти час! Немудрено, что обратил на себя внимание сержанта. Сокрушенно покачал головой, он безнадежно опоздал. А его очень ждали в КБ 1 . Хотел поторопить таксиста, но посмотрев на спидометр, передумал, тот и так делал все возможное.
1
Конструкторское бюро.
В салоне было душно, и стоял свежий запах плохих сигарет. Виктор пошарил рукой по дверце, ища кнопку опуска стекла, но не нашел. Водитель понимающе хмыкнул, проговорил с легкой завистью в голосе:
– Видно, давно у нас не были?
– Почему решили, что давно не был? Может у меня иномарка, и я отвык от этих ручек? – Виктор, наконец, нашел ручку и опустил стекло. Горячий ветер ворвался в салон.
– Может и так, – согласился легко таксист, – но скорее вас долго не было на стране. Если были бы «крутым», то вас машина ждала, и не одна! – таксист грустно вздохнул. – А то такси! И валюту на рубли не успели поменять, – помедлил и продолжил с осуждением. – Неосмотрительно поступаете, господин! Могли бы и не доехать. Подзабыли куда приехали! Значит, долго не были…